36-летнего отца четверых детей Егора Сабынича из Петрозаводска полицейские остановили пьяным, увезли в военкомат, где отобрали телефон, документы и обманом заставили подписать контракт. По словам его родных, Егор никогда не служил в армии, и военный билет ему сделали в военкомате "за 15 минут".
"У младшего из его четверых детей порок сердца, инвалидность. Он не может даже в сад ходить. Егор никогда бы не подписал контракт сам, он нужен семье", – говорят родственники Сабынича.
Редакции Север.Реалии выяснила, что это не единичный случай, когда полицейские, воспользовавшись нетрезвым состоянием человека, отправляют его на фронт.
"Загребут и пикнуть не успеешь"
13 марта Егор Сабынич возвращался домой из общежития по Октябрьскому, где справлял новоселье друга. На выходе из общежития его остановили полицейские и спросили документы. У Егора с собой их не оказалось, и его повели в машину "устанавливать личность".
"Там же по базам и подтвердили, что да – Егор Сабынич, 36 лет, четверо детей, малолетние. Но почему-то повезли в отделение, а потом сразу в военкомат. Егор помнит, что говорил: "У меня семья, отпустите, дети ждут. Жене завтра на работу, я буду следить за дочерьми и сыном младшим, он у меня инвалид". Никаких обвинений ему не предъявляли, просто увезли в участок, а потом тут же в военкомат на Лизы Чайкиной, 17", – говорит родственник Сабыничей Андрей (мы не называем фамилии собеседников из соображений их безопасности).
По словам друзей семьи, "Егор не склонен злоупотреблять, да и вырваться из дома у него в последнее время получалось нечасто".
Когда он очнулся, подумал, что в вытрезвителе. Оказалось, в комиссариате
"У них четверо детей: старшему 12 лет, две девочки-двойняшек 10 лет и младший сын 6 лет. В сад младший ходить не может, он инвалид, порок сердца, была операция и иммунитет еще слабый. Поэтому они решили, что по уходу за ним Егор, он – разноробочий, пойдет в отпуск. Тем более, он сам не очень здоров – язва, была операция, простатит. В тот вечер он пошел единственный раз за долгое время отдохнуть к другу, когда жена Лариса была не на работе и вот такое произошло, – рассказывает Андрей. – Просто опасно выходить на улицу. Загребут и пикнуть не успеешь. Мужики, не выходите на улицу, если не хотите попасть на войну!"
Егор Сабынич с женой и детьми
По словам друзей Егора, он категорически не собирался подписывать контракт и даже отговаривал других.
"Он был против всего этого [участия в войне], не собирался ни сам идти воевать, и другим не советовал. Он даже в армии не служил. А когда в компаниях начинались такие разговоры – просто говорил, что "ты своим детям нужен живым". Потому что, знаете, сейчас и в личном разговоре об этом [войне] лучше не высказываться, привлекут, – говорит друг Сабынича Олег. – Когда ему начинали "втирать", вот, мол, у тебя куча детей, один инвалид, а на контракте – поможешь семье финансово, он всегда резал: "Чем я им мертвый помогу?". Поэтому у меня сомнений нет, что его обманули и в алкогольном опьянении заставили подписать это. Мол, вот тебя задержали за то, что документов при себе не было, увезли, поэтому мы должны составить документ об этом, распишись. Конечно, он ничего не читал. Он даже это смутно помнит. Ну, пьяный человек. Это же незаконно: и задерживать, и в таком измененном состоянии заставлять что-то подписывать. Тем более, такие важные документы. Утром 14 марта, когда он очнулся, он вообще подумал, что в вытрезвителе. Оказалось, в комиссариате и сейчас повезут в учебную части "на стрельбы".
О том, что на подпись ему дали "протокол" сам Егор успел сообщить вечером 14 марта, дозвонившись до жены с чужого телефона.
"Понимаете, его даже не выпускали из военкомата. Ни документов с собой, ни телефона. Когда повезли в "учебку" в Горелово, выпросил у такого же бедолаги телефон, позвонил. Ему перед этим уже сказали, что он себе "смертный приговор" (контракт) подписал – он перепуганный звонил, просил жену бить во все колокола. Потому что сам сбежать уже не мог, за ним следили", – говорит Андрей.
На следующий день Егора увезли на учебный полигон под Выборгом. После этого на связь он не выходил.
Теперь у нас полигон – вместо вытрезвителя
"Мы пытались передать ему в учебку личные вещи, телефон для связи, но нам отказали, сказали: "Не положено". В военкомате его жену Ларису даже слушать не стали: "Мы же ему ручку в руку не пихали". Хотя "пихали" – нет сомнений. Он сам был пьян. Жаловались куда только можно. В военную прокуратуру написали, в Следственный комитет тоже. Ответ только отписка – мол, принято в работу (документ есть в распоряжении редакции). Лариса даже до главы Карелии достучалась – ничего, – говорит Андрей. – И ведь это не единственный случай – в автобусе с ним такие же ехали, кого загребли по пьяни. Теперь у нас полигон – вместо вытрезвителя. Только домой обратно уже не вернешься".
Родные Егора Сабынича боятся, что его со дня на день отправят с "учебки" на фронт.
"Пока будешь доказывать – несколько раз погибнешь"
Правозащитники из разных регионов подтверждают: практика вербовки нетрезвых становится все более распространенной.
Если уже в учебке, шансов нет. Только побег из части или с фронта
"Я подавал несколько жалоб в прокуратуру и СК по таким бедолагам. Если они уже в учебке, шансов нет. Только побег из части или уже с фронта. Даже если подпись поставили не они сами, пока будешь доказывать – несколько раз погибнешь. Тоже самое, если поставили подпись в неадекватном состоянии", – говорит юрист из Сибири Используем псевдоним для безопасности собеседника
При этом, подчеркивает эксперт, само задержание человека в состоянии опьянений без других причин – незаконно.
"Согласно пункту 2 части 1 статьи 13 закона "О полиции", у полиции есть всего три основания для проверки документов человека: у полицейских есть данные, позволяющие подозревать человека в совершении преступления. Это могут быть имеющееся у него орудие преступления (нож, пистолет), предмет преступления (украденные кошелек, сумочка и т.д.). Второе – у полиции есть основания полагать, что человек находится в розыске. Например, на похожего человека поступила ориентировка. Она должна носить конкретный характер с точным описанием, задерживать всех мужчин в кожаных куртках сотрудники полиции не могут. То есть должна быть распечатана подобная ориентировка при задержании. И третье – если гражданин совершил правонарушение и есть свидетели – например, переход дороги в не положенном месте, хулиганство и любое другое нарушение, подпадающее под административный кодекс.
Необоснованные подозрения, например, алкогольное опьянение или домыслы об отсутствии регистрации по месту жительства не являются поводом для проверки документов. Насколько я понял по ситуации многодетного из Карелии, у полиции не было оснований. Но у нее не было оснований и моих подзащитных везти на "освидетельствование" или "проверку документов". Однако наши люди привыкли, что подобное нарушение со стороны полиции в порядке вещей и считают, что лучше "не качать права", обойдется малой кровью. Как видите, уже не обходится. Лучше в руки к ним не попадать". – говорит Грязнов.
Московский вытрезвитель, иллюстративное фото
27-летний Сергей А. родом из забайкальского города Могоча пропал в январе 2026 года.
Был человек и вдруг пропал. У него даже паспорт дома у матери остался, все документы, карты
"В новогодние праздники брат ушел к друзьям и только через сутки его кинулись искать. Пятого января его друг сказал, что Сережа вышел от него еще четвертого января в обед. Ну такой, опохмелившийся, но на ногах держался. Мы обзвонили все отделения полиции, больницу, морг – ничего. Только через знакомых удалось узнать, что еще днем четвертого января он был в отделении на Комсомольской, но его не регистрировали! Сразу увезли на Зеленую (улица, где находится военкомат). И там заставили подписать контракт, – говорит сестра контрактника Елена. – Нам он позвонил через неделю, уже из "ДНР". С чужого телефона, сказал, что он ничего не помнит, как там оказался. Он думал, что мы ему что-то скажем. А мы сами не знаем: был человек и вдруг пропал. У него даже паспорт дома у матери остался, все документы, карты. Нет, никаких выплат мы не получаем, он про деньги тоже не говорил. Возможно, кто-то другой за него их получает. Больше Сережа не звонил, мы пытались [дозвониться] на тот номер – не отвечают".
Юрист Грязнов подтверждает, что в некоторых случаях из его практики военное довольствие не доходит ни до самого "алко-контрактника", ни до его семьи.
Подмахнул не глядя, потому что сотрудник сказал – это протокол, что мы осмотрели тебя и ничего подозрительного не нашли
"Был в практике случай, когда молодого парня – 23 года, задержали прямо в центре Читы. Он был выпивший, но нормально запомнил все: ему не показывали никакие ориентировки, личность установили на месте. Однако сказали, что нужно провести в отделении "освидетельствование" (осмотр на наличие особых примет на теле или следов преступления), поэтому, мол, мы тебя увезем. При этом не показали и не упомянули, а что за преступление они расследуют, в чем конкретно его "подозревают". Когда они ничего не нашли, дали ему на подпись документ. Он такой товарищ, что и трезвый-то особо не читал, а тут выпивший – подмахнул не глядя, потому что сотрудник сказал – это протокол о том, что мы осмотрели тебя и ничего подозрительного не нашли.
Когда на следующий день он протрезвел, оказалось, что подписал контракт с Минобороны. Который ему показали всего один раз. Там, видимо, изначально были указаны реквизиты не его и не его родных, потому что ни разу довольствие он не получил. На второй месяц "службы" он звонил из-под Павловки (село в Донецкой области). На третий – уже пропал без вести". – говорит Грязнов.