Российский учитель и видеограф Павел Таланкин, получивший "Оскар" за фильм "Господин Никто против Путина", вернулся в Прагу. Заявка на премию была подана от Дании и Чехии, в каждой стране награду считают своей.

Ведущий Настоящего Времени Алексей Александров встретился с Павлом Таланкиным в кинотеатре в Праге, где показывают этот фильм, и поговорил о работе над фильмом, жизни в Карабаше Челябинской области, обстоятельствах отъезда из России, "Оскаре" в авоське и давлении со стороны властей.

– Ты вообще привык к мысли о том, что сейчас люди в Европе могут прийти в кинотеатр посмотреть твой фильм, парня из Карабаша Челябинской области?

– Нет, я к этой мысли не был готов и не привык к ней до сих пор. Не во всех городах Европы его показывают: у нас нет дистрибьюции в Будапеште. Это очень плохо, потому что мы были на кинофестивале в Венгрии. И вместо двух показов, было восемь показов фильма.

– А понятно, почему там нет дистрибьюции? Потому что власти...

– Конечно. Я так думаю, что да. У нас в Штатах была проблема с дистрибьюцией. Фильм-то вышел год назад, в январе. И после СанденсаSundance Film Festival — национальный американский кинофестиваль независимого кино – НВ подошел один очень крупный игрок и сказал, что у вас замечательный фильм. И мне кажется, это оскаровский фильм.

Я готов вас брать, готов вас доводить до "Оскара". Чем смогу, тем помогу. Будем везде показывать, будем делать туры с фильмом по штатам. А потом выиграл Трамп. И он сказал: "Опа, а я не знаю, как на это реагировать. У вас фильм с таким названием, я беру самоотвод".

И он от нас отказался. А он крупнейший игрок. Мы же понимаем, что там все на финансах замешано, и если крупнейший игрок слетает, то за ним посыпались все остальные. И мы год сидели без дистрибьюции. И в январе этого года, практически перед самим "Оскаром", мы нашли дистрибьютора.

– А сейчас сколько кинотеатров показывают в Америке фильм, и сколько в мире?

– Я знаю, что он есть на на платформах Apple TV, Google TV, Amazon TV, Amazon Prime. Я в этом не особо-то разбираюсь. И я знаю то, что перед "Оскаром" четыре недели подряд мы лидировали на Apple TV.

И обгоняли фильм "Мелания Трамп"Документальный фильм "Мелания" – о первой леди США Мелании Трамп – рассказывает о 20 днях ее жизни в январе 2025 года, во время подготовки к инаугурации ее мужа Дональда Трампа и возвращению в Белый дом после четырехлетнего перерыва. Используются эксклюзивные кадры частных встреч, обсуждений деталей церемонии, сцен с командой Мелании Трамп и с семьей избранного президента. По сообщениям СМИ, компания Amazon потратила на продвижение картины около $35 млн и около $40 млн заплатила за права на него – НВ.

– Сколько перед "Оскаром" вы проехали стран?

– Не так и много, на самом деле. Я не во многих странах был. Я только недавно начал кататься. И не так много побывал, но часто: часто в Нью-Йорке, часто в Лос-Анджелесе, часто в Лондоне.

– Как выглядит график режиссера, создателя фильма, который вот-вот получит "Оскар". Как это можно описать?

– Это очень плотный график. Эх, у меня телефона нет с собой, я бы вам сейчас календарь показал: очень плотный график. Мне кажется, пилоты столько не летают, сколько я за последние полгода облетал. Причем достаточно долгие перелеты, трансатлантические, по десять часов. Это сложно так. Вроде бы, сиди, читай книжку, смотри кино какое-нибудь, что-нибудь жуй, но ничего не получается. Не читается, не смотрится, не слушается. Просто сидишь. Мне сложно даются перелеты. У меня еще зубы были сделаны неправильно. И видимо, там оставался воздух (ChatGPT сказал). И они просто как шампанское открываются. Эти пломбы вылетают, ты сидишь, и просто – "пуф". Когда давление меняется, у тебя летит пломба вместе с давлением. Смешно.

– За неделю после "Оскара", во-первых, фильм запретили к распространениюЦентральный районный суд Челябинска 26 марта этого года запретил распространение в России документального фильма "Господин никто против Путина". Выступая в суде, прокурор заявил, что целевая направленность фильма – выражение негативного отношения к власти и "специальной военной операции" (так российские власти называют полномасштабное вторжение в Украину). В суде также отметили, что в фильме присутствует "пропаганда терроризма", так как в нем есть несколько кадров, где на доске в кабинете Таланкина висит бело-сине-белый флаг, который признан в России "экстремистской" символикой – НВ в России, в тебя в пятницу внесли в список "иноагентов"Министерство юстиции России утверждает, что Таланкин сотрудничал с зарубежными СМИ, распространял "недостоверную" информацию о политике российских властей и выступал против военных действий в Украине – НВ. Ты по поводу этого что чувствуешь?

– То, что его запретили, окей, там все запрещено. И там все смотрят, все, что запрещенное, там вызывает еще больше интерес. И на самом деле – это прекрасная промоушн-компания. Лучше не придумаешь. Рекламной акции лучше не придумаешь. Там же еще было то, что они написали в ЮНЕСКО.

– Они написали в Оскаровский комитет, написал ФадеевВалерий Фадеев – председатель Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека – НВ – глава СПЧ.

– Лучше рекламы не придумаешь. Это с одной стороны – приятно, с другой стороны – неприятно. Приятно, что все-таки, почему спустя год? То есть они настолько в меня не верили, что запретили его только после "Оскара"? Это такой уровень недоверия, неверия, что это может случиться. Зря они в меня не верили, конечно. Я бы уже после "Бафты"Премия Британской академии кино и телевизионных искусств (BAFTA) — это одна из самых престижных наград в мире кино, ТВ и игр, часто называемая британским аналогом "Оскара". Фильм "Господин Никто против Путина" получил кинопремию BAFTA в феврале 2026 года – НВ его запретил. Что они тянули?

– Ты принес "Оскар". Но в эти выходные ты его освятил в Париже. Объясни, зачем носить "Оскар" в православную церковь и освящать его.

– Во-первых, потому что мне так захотелось, чтобы он был освящен. Я спросил у СhatGPT, есть ли "Оскары", которые освящены. Он сказал: "Нет".

Я потом спросил, вообще, возможно ли это? СhatGPT сказал: "Да". То есть никаких запретов на это нет, ни со стороны церкви, ни со стороны киноакадемии. Ты волен с ним делать все, что хочешь.

И в фильме есть фраза, где Путин говорит, что "войны выигрывают не полководцы, а школьные учителя"Бисмарк не говорил: "Войны выигрывают не полководцы, а школьные учителя". Также он не говорил: "Могущество России можно подорвать через Украину" и "Никогда не трогайте русских". Но эти фейковые цитаты немецкого канцлера активно использует пропаганда в России, когда ей надо придать вес какой-то мысли – НВ.

Это он коряво цитирует Бисмарка, который сказал: "Войны выигрывают не полководцы, а школьные учителя и священники". (эту фразу приписывают Ото фон Бисмарку, но многие историки и факт-чекеры утверждают, что она принадлежит другому человеку, и в книгах с высказываниями Бисмарка такой цитаты нет – НВ)

Это прямое доказательство, если на эту акцию смотреть, как на перформанс, прямое доказательство, того, что он-то эту войну проиграет, потому что есть и учителя, которые против войны, есть и священники, которые против войны.

– А как это выглядело, службу вел Уминский, правильно?

– Да. Да.

– Он знал о том, что ты его принесешь?

– Нет. Закончилась служба, я к нему подошел, говорю: "Можно освятить?" Он говорит: "А почему бы и нет?" А у него там хор стоял, он крикнул: "У нас есть что-нибудь для освящения "Оскара"?" Они: "Нет".

Я вот "Оскар" в авоське ношу. Кто поверит в то, что это настоящий "Оскар", потому что его так не носят, возможно. Но если я ношу, значит носят.

– Ты, наверное, первый. Кстати, к нему выдают что-то?

– Инструкцию, как протирать? Как за ним ухаживать?

– Ты шутишь?

– Нет, я не шучу. Как за ним ухаживать, из чего он сделан, на каком он заводе распечатан?

– Коробку?

– Нет, коробку не выдают. Только "Оскар" и только инструкция. Но я забрал еще конверт.

– Конверт?

– Который открывают во время церемонии. Я забрал на "Бафте", а Дэвид забрал на "Оскаре". Я говорю: "Нет, нет, нет, дружочек, это не для тебя". Выхватил у него из рук себе подмышку.

– Ты был в Париже. А как ты его в аэропорту провозишь?

– В аэропорту кладу в сумку среди вещей, штаны заматываю какие-нибудь. В Париже, когда вылетал, мы стояли с девчонками знакомыми. Я говорю: "Господи, я забыл из брюк размотать. Сейчас будет так неудобно. Потому что они сканируют". Я говорю: "Смотри, сейчас моя сумка пойдет туда". Сумка полетела туда, и они ее внимательно как-то рассматривали. Я не вижу, к сожалению, что там происходит в этот момент на экране. А он поворачивается ко мне и говорит: "Оскар?" Я говорю: "Оскар". "Why?" Я говорю: "Why not?" И принесли сумку. Я раскрыл, из этих брюк выматываю. Даю им, они хлопают, радуются, фотографируются. Почему бы нет?

– Он выглядит как золотой.

– Он покрыт золотом.

– Он покрыт золотом?

– Он позолоченный.

– Я к тому, что, по таможенным правилам, ты не можешь вывозить золото так просто.

– Серьезно?!

– Я к тому, что они не спрашивают, что золотой он, не золотой. Эти вопросы не задают?

– Опа, я про это тоже не знал. А зачем вы мне про это рассказали? Я так свободно его возил, а теперь мне придется думать об этом.

– Ну, если он позолоченный, то никаких проблем, потому что, если он из чистого золота...

– Нет, он позолоченный. На этой бумажке написано "24 карата". Я не знаю, золото считается в каратах или нет. Это самое золотое, что у меня есть. У меня нет больше золота никакого.

Мне назвали металл, которым он внутри сделан. Что-то посильнее бронзы. Я не запомнил, говорю, бронза. Пускай будет бронза. Пускай будет брозовый. Мой бронзовый, просто позолоченный.

– На самом "Оскаре" (когда ты говорил речь) ты говорил, что сейчас в последние годы вместо падающих звезд во многих странах падают, собственно, ракеты и дроны. Знаешь ли ты, какая претензия возникла, например, у украинцев? Они говорят: "А почему он не назвал буквально Украину? Почему он не сказал слово "Украина"?" Что ты можешь на это ответить?

– Во-первых, что бы я ни сказал, на каком бы я языке ни сказал, все бы подверглось сомнениям и вопросам. Я это понял относительно недавно. Что бы я ни сделал, тут же появятся какие-то вопросы, какие-то сомнения со всех сторон. Абсолютно.

Все мои спичи ["речи"], которые заготовлены заранее, это, например, на "Санденсе" было так, это было в Лез АркеLes Arcs Film Festival — престижный европейский кинофестиваль, ежегодно проходящий в середине декабря (обычно 14-21 декабря) на горнолыжном курорте Лез Арк во французских Альпах. Он специализируется на независимом европейском кино, представляя конкурсную программу, панораму и способствуя развитию кинематографистов – НВ, это было на "Оскаре", мне писали выпускники из Карабаша.

Они написали текст, он был гигантский. И затем я его показал переводчице уже во время самой церемонии. Она сказала: "У нас всего 10 секунд. У нас всего 10 секунд". Потому что в каждой ветке есть определенное количество времени. Допустим, "Лучший режиссер" может бесконечно долго говорить, а документальное кино – 45 секунд, по-моему, что ли, 40. И это время поделилось на меня и на Дэвида [Дэвида Боренштейна, режиссера фильма "Господин Никто против Путина"] пополам. Мое время говорить делится пополам, потому что я с переводчиком. И у меня оставалось десять секунд. Пока мы сидели, мы сжимали текст, и она переживала, как это переведется, она сильнее меня переживала. И мы его сжали так, чтобы суть осталась то, что они сказали.

– Просто показалось, как будто ты говорил в этот момент не только про Украину, но еще и про Иран, Израиль, про другие страны, где идут войны. Так было?

– Видимо, они так посчитали важным сказать.

– Я много смотрел отзывов в фейсбуке о том, что пишут про фильм. Знаешь, какой главный вопрос у журналистов по поводу фильма?

– Какой?

– Почему он вывозил жесткие диски? Есть облакаОблачные хранилища — сервисы для хранения файлов, фото и документов на удаленных серверах с доступом через интернет (Google Диск, Яндекс Диск, Облако Mail.ru, OneDrive, MEGA) – НВ.

– А кто это спрашивал? Кто это писал, какие журналисты?

– Это вопрос, который мы обсуждали за завтраком с коллегами. Все посмотрели фильм и говорят: "А зачем вывозить, если есть облака?"

– А ваши журналисты давно были в России?

– Кто-то из них вообще не был никогда.

– Не был никогда. Так вот передайте своим журналистам, что были введены санкции и платежи не проходят. И оплатить Google Облако из России просто невозможно. Конечно, я мог бы воспользоваться Mail.ru или Яндекс.Диском, но почему-то не хотелось.

Да и скорость интернета. Мало того, что скорость интернета, так еще и то, что это все запрещено оплатить. Ты не можешь это оплатить. Как по-другому? Надо вывозить.

– Еще один вопрос, который возник у нас. В том моменте, когда ты рассказываешь про Берию в фильме, говоришь, что это отец ГУЛАГа, вы показываете такой кадр: во-первых, тут ГУЛАГ на английском написано. Коллеги заметили, что это кадр из "Маппет Шоу""Маппет-шоу (The Muppet Show) — англо-американская телевизионная юмористическая программа, созданная Джимом Хенсоном. Выходила в 1976—1981 годах – НВ.

– Да, серьезно? А я не знал. Я же не сидел на монтаже.

– Как это произошло?

– Я не знаю. Слушайте, надо Дэвиду сказать об этом. Он, наверное, сам об этом ничего не знает. Ух ты. Здорово! А есть фотографии ГУЛАГа такие?

– Мне кажется, что фотографии, на которых будет написано по-английски ГУЛАГ, это в принципе невозможно.

– Ну да, я же не знал, я на это внимание никакого не обращаю. Мне достаточно, что люди идут, что заборы, я на надписи внимания не обращал. Слушайте, какое интересное замечание. Откуда, из какого это шоу?

– Из "Маппет Шоу".

– Ух ты, как здорово! Я, серьезно, я не знал про это.

– Ну то есть это, не знаю, ошибка или как ты сейчас это сам трактуешь?

— Я не знаю. Надо у Дэвида спросить, специально он это сделал или пошутил он так. Здорово. Интересно. Давай позвоним Дэвиду, спросим.

– Удивительно, что ты не знал про это.

– Я не знал про это, правда. Я даже внимания не обращал на этот кадр. Мне главное, чтобы все хорошо выглядели в кадре. Я был там цензор всего этого. Видимо, я на этих моментах выключался отдохнуть.

Интересная история была с этими туалетами, конечно.

Это на самом деле звуковая дорожка одна, видеоряд другой. И они сделали так, что я как будто бы захожу в туалет поговорить по телефону. Я это вижу и говорю: "Ребята, ну не про это же, ну стыдно же, стыдно. Давайте убирайте".

Это была пятница. Монтаж делали в Дании. Дания – такое государство, где ты не можешь остаться на работе после окончания твоего рабочего времени. Нельзя тебе. И монтажеры остались и удаляли все эти кадры. Меняли местами. Я же в свою очередь пошел домой. И вот суббота, воскресенье я хожу, думаю: "А почему бы и нет?" Прихожу в понедельник, они мне показывают. Мы исправили ошибку, которую ты сказал, мы послушали твою рекомендацию. Я говорю: "Не, ребят, верните все обратно". Пускай будет туалет. Страна научилась делать ракеты, но не может никак сделать школьникам туалеты. Перегородки хотя бы.

– Ты знаешь, к какому еще кадру есть вопросы? Ты в фильме сидишь и показываешь свой кабинет, где висит бело-сине-белый флаг. Флаг антивоенных россиян, флаг без красного цвета. Не все поверили, что он у тебя там реально висел, потому что это уже была экстремистская символика в России признана или нет тогда?

– Нет.

– То есть висел?

– Висел.

– Руководство школы или кто-то, они знали, что это и что это значит?

– Нет. Для них это белые полоски, синие линии. Они не знают, что это такое.

Мне кажется, мэр знал, что это такое. Однажды мэр зашел в мой кабинет и увидел это. И он – "оп". Но быстренько переключился. Там полным-полно всего понавешено, ты же не будешь внимание обращать конкретно, что там.

– После фильма что в школе происходит?

– После фильма, приехали фсбэшники и сказали, что фильма не было и нет. Человека не было и нет. Никак не комментировать фильм.

В этом году они его официально запретили через Челябинский суд. Может, премию судья захотела. Она вообще с кем-то советовалась, не советовалась? Как вы думаете? Это сверху было указание, либо она сама приняла такое решение с прокурором? А давай-ка запретим! Может тебе премию дадут?

Я думаю, что это все-таки сверху спустили, но почему в Челябинский суд? Не понимаю. Как это работает? Я просто не знаю. Я вообще не понимаю, о чем они там думают. Иногда просто диву даешься от их действий.

"74.ru" написала в январе того года пост о том, что мою мать со стыдом, с позором уволили из школы. Она мне звонит и говорит: "Я как раз в школе узнала, на работе, что я на этой работе больше не работаю". Она продолжает работать, работает до сих пор. Зачем им это надо было, я не понимаю. То есть Карабаш, десять тысяч человек теперь не верят "74.ru". Но может они и раньше не верили, но теперь есть основание не верить.

Я маме своей могу бесконечно долго говорить "не читай российскую прессу, там одно вранье". И вот оно, подтверждение.

Зачем они это сделали? Я не понимаю. Может быть, это журналистка антивоенных взглядов и на самом деле ненавидит Путина, и специально так написала, чтобы зрителям донести: "Не читайте нас, мы все врем". То есть жители Карбаша знают, что 74.ru врет.

– У мамы все хорошо?

– Да.

– Это главное. Я хотел тебя спросить про детство в Карабаше. Как это детство выглядит? Что ты там делал? Как ты проводил там лето? Что ты там делал зимой? Какие температуры там зимой?

– Разные температуры. И зимой, и летом – разные температуры. Летом может быть +35, зимой –40-45. Особенно крещенские морозы, вот эти, прямо трещат. Он же среди гор находится и внутри город, пятиэтажки, частные домики. И бывали такие морозы, что люди топят печку и дым не может подняться от печной трубы. И так вот облаком над всем Карабашом. И ты выходишь на балкон и прям чувствуешь, как кто-то там, в другом районе города топит печь, потому что пахнет дровами, но и с заводом такая же штука. Завод дымит и газ не может улететь, и он точно так же еще одним облачком сверху. Вот этот газ от медиаплавительного комбинатаЗавод "Карабашмедь" специализируется на выплавке медных анодов из минерального и медьсодержащего сырья – НВ.

– То есть это буквально в воздухе висит все, что осталось от производства меди.

– Да. Да. Но сейчас предупреждают горожан. Раньше никто никого не предупреждал, а сейчас пишут: "Неблагоприятные метеорологические условия". Значит, мы все понимаем, если "неблагоприятные условия", то газ будет. И ты идешь иногда и просто закрываешь нос, чтобы это все не вдыхать.

Сколько там люди натерпелись всего этого безобразия, конечно. С экологической обстановкой, с платежами по коммунальным [услугам]. Карабаш лидирует в списках самых дорогих мест в Челябинской области, где люди платят за отопление. В самые холодные месяца приходят по 7-5 тысяч [рублей] за отопление. Представляете? А зарплата 20 [тысяч рублей].

Это очень, очень большая сумма. Тем более сейчас все увеличивается, нет никаких послаблений.

Там была крупнейшая авария за последние несколько лет. В тот момент, когда мы узнали, что мы номинированы, там была крупнейшая авария, люди сидели без отопления, без газа, без горячей воды несколько дней. А что это такое, когда у тебя на улице –40, и ты сидишь без отопления? Это значит, вода в стояке может замерзнуть, а потом, когда дадут отопление, это все резко лопнет.

При этом при всем, новость, может быть, была два года назад или полтора года назад, начальник этой теплосети, его там вычислили, что он майнит, занимается криптой, майнит на отопительной ферме. То есть за счет налогоплательщиков он там майнит денежки себе, биткоины зарабатывает. Почитайте. Очень удивительно.

– Ты сказал про зарплату 20, я просто подумал, а этот учитель истории, который у тебя в фильме, Абдульманов, у него тоже зарплата 20?

– Я не знаю, он передо мной квиточком не тряс.

– Ты же понимаешь, сколько в школе зарабатывают люди? Сколько у тебя зарплата?

– После того, как ввели "Разговоры о важном", Путин подписал закон, что добавить еще по пять тысяч рублей тем, кто это говорит. А это делают, в основном, классные руководители. То есть у них было пять тысяч классные руководители и плюс еще пять тысяч за то, что они ведут "Разговоры о важном". Но заработный фонд школы никто не увеличил и поэтому директор забирала у одних и отдавала другим, потому что обязана это делать. И в конце моя зарплата скатилась до аванса в пять тысяч рублей, зарплата в 16 тысяч рублей.

– То есть ты был в категории, у которых директор забирал деньги, а те, кто проводил "Разговоры о важном", получали больше?

– Да. Им добавили. Потому что фонд заработной никто не увеличил. Путин сказал: "Дайте им еще по пять тысяч рублей". Но не сказал откуда.

Это нам еще повезло, потому что у нас школа большая. Школы финансируются по количеству обучающихся. А те школы, которых по 200 обучающихся, по 400 обучающихся, там вообще катастрофа. Абсолютно катастрофа.

– Но получается, что у тех учителей, тех учительниц, которые у тебя в фильме, эта женщина, которая не может выговорить слова "денацификация", "демилитаризация". Получается, что даже внутри школы сделали так, что у учителей есть финансовая мотивация проводить эту пропаганду?

– Ну какая мотивация? У них нет никакой мотивации. Финансовая мотивация? Сперва ведь их заставили говорить, а потом только про деньги сказали.

– Почему люди это делают? Почему люди стали проводить эти "Разговоры о важном"? Потому что они, как ты сам думаешь, верят в это, потому что на них тоже работает пропаганда по телевизору? Или потому что они боятся быть уволенными?

– Оба варианта верны. Каждый по-разному. Кто-то думает, что это никак не повлияет, кто-то боится потерять работу, кто-то искренне в это верит, кто-то боится связываться с государством.

– Сколько вообще ты снимал?

– Два года.

– Когда ты уже именно работал над фильмом?

– С самого начала войны я снимал.

– С 2022-го до 2024-го?

– Да. 14 марта пришел приказ. А ты видишь этот приказ. Он же приходит с листами откуда отправлено. То есть первый лист – откуда отправлено, кто переслал и ниже и ниже. Министерство образования Российской Федерации, Министерство просвещения Челябинской области, из Министерства просвещения Челябинской области в Управление образования Карабашского городского округа.

То есть ты видишь всю эту нить, все эти ступеньки. Значит, на этом приказе написано: "В целях воспитания патриотических чувств провести то-то, то-то, то-то, то-то, опубликовать так-то, так-то, с такими-то хештегами. Материал можете взять отсюда, отсюда, отсюда, отсюда". То есть там ссылки в этом письме. Конкретный сайт, куда это все заливать. И там был, по-моему, Яндекс.Диск.

Ты его открываешь, и ты видишь все школы. И ты просто в свою папочку это все сливаешь? Я чужие, кстати, школы не проверял. Вот это я, конечно, сделал плохо. Надо было мне еще и оттуда поскачивать.

И вот заливаешь туда все эти отчеты, и звонит мне завуч и говорит: "Павел Ильич, я вас поздравляю, теперь вы еще обязаны все это снимать и опубликовывать". И я начал это все снимать и опубликовывать. То есть начал снимать я до того, как позвонил Дэвид.

– Он позвонил?

– Сначала написал, потом позвонил.

– А как тебе удалось вообще это делать секретно? Мама знала, что ты снимаешь?

– Никто не знал.

– Ты говорил внутри фильма, что ты снимаешь для Би-би-си. Это для детей?

– Там был такой, что и взрослый тоже приветы передавали. Он говорит: "Вы куда снимаете?" Говорю: "Для BBC. Хотите привет передать?" Он говорит: "Да, хотим передать привет". Ну кто вам поверит?

– Как ты сам считаешь, сейчас есть возможность в российской школе – мы понимаем, что выступить против невозможно – саботировать?

– Не проводить "Разговоры о важном"?

– Например.

– Такая опция есть. Да. Некоторые учителя говорят так: "Сегодня у нас "Разговор о важном". Химия – очень важный предмет. Открываем тетради, записываем тему урока – "Газы".

Есть учителя, которые так отвратительно читают то, что присылает министерство, что даже я, когда снимал, ничего не понял. То есть формально прочитала, но никто ничего не понял. Это здорово.

– Когда я тебе написал про интервью, ты написал мне приятное сообщение, из которого я понял, что ты нас, Настоящее Время, смотрел.

– Было дело.

– И у меня к тебе здесь вопросы: смотрел ли ты нас еще в России?

– В России-то я вас как раз и смотрел. Я помню, когда этот объявлял о начале "специальной военной операции"СВО – так российские власти называют полномамасштабное вторжение в Украину – НВ. Я смотрел "Дождь". А я подумал, что может быть они прикалываются как-то. Я потом на вас переключился через YouTube. Нет, это был не прикол. К сожалению большому.

– Действительно людям нужна независимая информация в России?

– Да, конечно. Но мне была нужна. Я поэтому смотрел. Много, на самом деле, людей (не то уж чтобы все) стараются искать информацию, но много людей читают и смотрят то, что пытаются запретить.

Конечно, сейчас все сложнее и сложнее находить альтернативные источники информации и нужно приложить максимум усилий, чтобы что-то прочитать.

– Ты рассказал, что ты снимал два года. Я из фильма не понял, как было принято решение, что вот сейчас надо уезжать.

– Пока я там снимал, в Копенгагене собиралась комиссия. Они не знали, что делать. Что делать? Это интересно, но мы не знаем, что делать. И позвонила Холли, продюсерка [Холли Бейли]. И сказала: "Фильм будет только в том случае, если ты покинешь Россию. Мы пересмотрели, перебрали все варианты. Фильм будет только в том случае, если ты покинешь Россию".

Когда я снимал, я думал то, что возможно, мне придется сменить регион на Калининград или Владивосток. Нормально. Но не думал, что придется уезжать. Они сказали: "Придется уезжать". И вот тут я подзадумался.

У меня были билеты в Стамбул на семь дней туда-обратно. Как будто я лечу в отпуск, отдохнуть. Я собрал сумку, все, что смог. Все эти русские диски, компьютер, фотоаппарат и поехал.

– То есть ты ехал из Карабаша куда?

– До Екатеринбурга, с Екатеринбурга до Стамбула.

– Все было в порядке. Вопросов не было?

– Но у меня вопросы были, конечно, больше. Так. Я стоял вот на этой вот, где проверяют [на таможенной границе]. Они говорят: "Открывайте сумку". Я открыл. Я заранее все эти жесткие диски наверх положил. Это же невозможно, что ты нигде не спрячешь это. Ты будешь проходить через металлоискатель. И они посмотрели и сказали: "Окей, проходите". Я пошел.

– Ты боялся?

– Боялся. Они бы сказали: "А что вы везете? Вы на семь дней едете, у вас столько много жестких дисков. Вам зачем это вообще? Вы не успеете. Даже посмотреть все это не успеете. На хрена вот это все? Едете на отпуск без плавательных трусов к морю. Здорово".

Но ничего не спросили, слава Богу. Я потом, когда прошел, я думаю, как обидно, я стоял, нервничал, переживал, они ничего ни слова не сказали. Развернуться к ним, подойти и спросить: "А вы ничего не хотите спросить?".

А они, еще вдобавок, эта принимающая сторона, они заказали мне двойной обед, типа "питание плюс".

– В самолете?

– Да, в самолете. Было много свободных мест. Я пересел к окошку. И тут по громкой связи – звоночек. Я-то сижу, я весь напуганный. Я первый раз, я ничего не знаю, ничего не понимаю, как с этими жесткими дисками.

Слышу стюардесса говорит: "Господин Таланкин, где вы сидите?" И я: "Опа, что происходит?". "Господин Таланкин, мы не можем вас найти, нажмите на кнопку вызова проводника".

Я нажимаю на кнопку. Она подходит и говорит: "У вас заказан дополнительный обед". Господи, этот дополнительный обед чуть поминальным не стал для меня в ту секунду!

– Ты сказал, что ты летел впервые. Ты был за границей до этого когда-то?

– Не, я даже в больших аэропортах не был никогда. Но Москва считается большой аэропорт?

– Ну да.

– Большой? Ну вот в таких, как в Стамбуле, это же ужас какой. Я никогда даже с пересадками не летал. А сейчас мне пришлось. И это было страшнее, потому что я не знаю, куда идти, что это такое, как это работает. Слава богу, есть GPT! Ты просто фотографируешь билет, фотографируешь табло. Он тебе пишет: "Так, иди туда, не волнуйся, теперь сюда, потом там, потом так".

В Стамбуле мы познакомились с чешским продюсером. Я впервые увидел его. Я даже не знал, что он существует. И мы стали оформлять. Как это называется, Шенген? Мы стали оформлять Шенген. И не было известно, дадут его или не дадут его.

Чехия не впускает граждан Российской Федерации. Никого. Но у них есть определенный лимит. Они впускают людей, которым угрожает угроза по политическим каким-то. У них есть лимит. (Чехия не выдает гражданам России туристические визы и новые виды на жительство в связи с военным вторжением в Украину в 2022 году. Граждане РФ с действующим европейским ВНЖ или ПМЖ могут въезжать на территорию страны, но только с биометрическим паспортом – НВ)

– 500 человек в год.

– Да. 500 человек в год. И я стою, прохожу паспортный контроль. И сотрудник паспортного контроля говорит мне по-русски: "Мы вас не впустим. Разворачивайтесь. Заберете свой паспорт вот там, в том окошке. Мы не впускаем граждан Российской Федерации. Вы летите обратно".

Я думаю: "Окей". Я думал, обратно куда – в Стамбул или в Карабаш? Куда я сейчас? Куда мне? Что делать дальше? Я ничего не понимаю. Ведь никого нет рядом, чтобы спросить, потому что все уже прошли этот контроль. Я подхожу к этому окошку, стою, жду. Выходит оттуда мужчина и говорит: "Мы знаем про вашу ситуацию. Идите". Я печать поставил.

– Ты тут прожил сколько уже? Полтора года? Есть такое, что ты здесь уже что-то полюбил? Что тебе больше всего нравится?

– Трамвай.

– Почему?

– Удивительное место. Трамвай. И для меня такое, не то, что удивление, что ли, это очень здорово, что если кто-нибудь заходит в трамвай, бабушка какая-нибудь, все тут же встают, без малейшего напоминания. Ей вступают место, она садится, или девушка с ребенком с маленьким. И тут бывает до ругани, типа "я не сяду", "нет, вы садитесь", "я не буду сидеть", "нет, вы сядете"? "присядете", "простите". Это говорит об обществе очень много. Потому что в Нью-Йорке в метро или в автобусе такого не дождешься ни от кого.

– У тебя есть какой-то город, который тебе больше всех понравился? Куда бы ты хотел вернуться?

– Везде, где я побывал, я бы хотел в каждый этот город вернуться, чтобы просто погулять, потусить, посмотреть этот город, посмотреть музеи, посмотреть достопримечательности. Потому что тот режим, в котором я посещал эти города, не позволял этого делать. Я сел в поезд из Праги в Берлин, ехал пять часов, а в Берлине было четыре часа. Показ фильма Q&A, дорога до аэропорта в Лондон. Обидно. То есть я был в Берлине и не видел Берлин. И так с многими городами.

– А по Карабашу ты сейчас скучаешь? Тебе снится, например?

– Снится. Иногда, не всегда. Снится. Да.

– Что во снах? Что ты видишь?

– Да разное снится.

– Знаешь, какой у меня, например, типичный сон. В разных обстоятельствах, с разными деталями я часто вижу себя в России, я оказываюсь в каком-то городе. По-разному это бывает. Это бывает и Москва, и Петербург, и Нижний Новгород. Я вижу себя во сне и думаю: "Блин, а как я здесь оказался? А я, наверное, сейчас не выйду, а как меня пустили вообще?" То есть мои сны связаны со страхом, что я оттуда не смогу выбраться снова. У тебя какие?

– У меня, знаешь, как было? До переезда, если сон происходит в каком-то помещении, это помещение всегда была моя старая квартира. 32-ая, где я вырос, где детство мое проходило. Всегда тот же самый вид из окошка, это может быть, например, но снится мне этот кинотеатр. Но это будет моя квартира старая, перестроенная в этот кинотеатр. Понимаешь? То есть этот кинотеатр будет в моей квартире. Если будут окна, там будет вид на город Карабаш.

Но после переезда это потерялось. Теперь я вижу сны, и школу вижу, и город вижу, и все такое. Мне снилось, что я стою в школе, что-то оформляю к Новому году, елку наряжаю при входе в фойе. Попутно идет какое-то родительское собрание. И родители спускаются и говорят: "Вот это ты дал жару. Мы смеялись. Пойдем покурим".

В общем, разные сны сняться. Сегодня что снилось? Что я грядку ковыряю, что-то там копаю у мамы в огороде. А земля плохая. И она говорит: "Принеси хорошей земли". Я иду за землей с этим ведром куда-то. Странно. Надо посмотреть, почему это такое.

– То есть ты сегодня маму видел у себя?

– Слышал.

– А ты по маме скучаешь сейчас?

– Конечно.

– Вы созваниваетесь?

– Да.

– Как это сейчас работает?

– Слушай, пока я тебе не буду на этот вопрос отвечать, потому что, мне недавно внесли список "иногентов", и, вполне возможно, там у нее будет допрос, и ее будут спрашивать об этом, через какие средства связи вы общаетесь.

Мне позвонила правозащитная организация и сказали, что вполне возможно, это не точно, у нее будет допрос. Она может от него отказаться, но если будут вопросы задавать, то один из вопросов будет, через какие средства связи вы поддерживаете общение.

– Что делать?

– Ничего не делать. Пускай отказывается. Я думаю, что они там скажут: "Мы должны вас как бы опросить. Дайте, как будто мы вас опросили. Просто распишитесь вот здесь". Мне кажется, так это все пройдет.

Но не знаю, на самом деле – вырежете этот момент или не вырезайте – это очень важно. Почему об этом в средствах массовой информации не говорят то что, Россия строит цифровой занавес, который сложно пробивать.

То есть был железный занавес, а сейчас цифровой занавес.

И мне, чтобы позвонить маме, даже если она установит этот новый мессенджер "Макс"Мессенджер Мах в России был запущен весной прошлого года, летом его объявили "национальным мессенджером". В одном приложении должны объединить переписку, государственные сервисы, платежи, электронную подпись и систему цифровой идентификации – НВ себе, я его себе установить не смогу, потому что он регистрируется только по российской сим-карте, а здесь российские сим-карты не работают. И Telegram – это сложности теперь. Instagram, Facebook – это вообще все супер сложно. И там летят VPNы, как осенние листья, один за другим просто падают, просто перестают работать. И очень часто жалобы идут, и студенты пишут, что вообще нет никакого интернета.

В общем, будет цифровой занавес. Он уже есть, но он будет еще жестче, который сложно пробивать.

– Ты помнишь, когда ты в последний раз видел маму?

– Да. Перед отъездом. Я весь день с ней провел.

– Какое число?

– Не помню число. Летом.

– 2024 года?

– Да. Весь день с ней провел, потом ночью вызвал такси, уехал.

– В фильме ты говоришь что у тебя в комнате стоит 427 книг. У тебя есть там любимая книга, которую знаешь, или несколько любимых книг, которые ты мог бы сказать: "Вы должны это прочитать, это прямо маст".

– Даниил Хармс. Случаи и рассказы. Цветаева, Ахматова, Даниил Хармс. В Лос-Анджелесе меня привезли в библиотеку, единственная в самая большая в Калифорнии русская библиотека. И они мне говорят: "Какую книжку ты не успел взять с собой?" Я не успел взять Хармса как раз-таки. Я говорю: "Хармс, Даниил". И они мне нашли, дали Хармса Даниила. Это чудо!

– Ты хочешь вернуться в Россию? Я имею ввиду не сегодня, не сейчас. Теоретически. Ты хотел бы вернуться?

– Хотел бы.

– Почему?

– Почему нет? Слушай, нас так много уехало, мы же тоже сейчас тут все останемся, а режим падет. Он же не вечный, режим падет. И нам надо будет всем приехать.

– Почему всем вернуться?

– Потому что если мы не вернемся, это все воскреснет вновь. Нам надо будет вернуться всем дружно и говорить о том, что это все было неправильно. Проводить работу над ошибками.

– Ты веришь, что это возможно вообще?

– Возможно. Возможно. Невозможное возможно.

Я так думаю, что да, нам надо будет вернуться. Чем больше людей вернется, тем эффективнее будет работа над ошибками.

Многие люди в России за границей-то не были никогда. Даже я до этого, что уж там, ха-ха. И нужно будет людям просто объяснять, что, это было все неправильно. Вы были обмануты.

Я еще думаю, что все журналисты мира, когда этот режим падет, обязательно должны будут поехать по России в самые-самые, в самые маленькие города, в самые маленькие деревушки и просто снять, как это все живет. Потому что потом по всем этим федеральным каналам, у которых сменится руководство тоже, должны показать, вот как это на самом деле, вот оно что. Вот так живут, допустим, в Республике Саха. Вот деревня, они живут вот так. Они могут передвигаться по этой реке только зимой. А чтобы летом там куда-нибудь попасть, вам нужно там перебраться. И тут Настоящему Времени огромное спасибо, потому что у вас есть проект "Неизвестная Россия". Это очень большой вклад.

И нам нужно будет, чтобы все журналисты собрались и такие: "Мы – в Россию снимать такой же проект про каждую деревушку. Нам нужен будет хороший завхоз, нам нужна будет перепись населения, самая честная перепись населения. Нам надо будет много, много людей".

А если вы здесь все останетесь: мы пригрелись тут, нам хорошо, у меня здесь собака, у меня здесь квартира. Ничего подобного! Готовьтесь!

И вы тоже поедете. Я вами лично займусь. Что-то вы засиделись, товарищи! Собираемся!