Игорь Жабаров еще несколько лет назад представлял Татарстан на Специальной олимпиаде для людей с особенностями интеллекта, но в марте 2026 года погиб на войне в Украине.
Алексея Васнецова из Удмуртии, по словам его сына, увезли на фронт прямо из психиатрического стационара.
Эти случаи — не исключение, а следствие юридической ловушки, в которой оказались самые незащищенные слои населения. Правозащитники констатируют: когда армия нуждается в количестве, "качество контингента" и тяжесть диагнозов отходят на второй план. Путь домой для таких солдат закрыт навсегда — ведь оспорить контракт человек, не окончивший и средней школы, просто не в состоянии, пишут Idel.Реалии.
Уголовные дела атлета Специальной олимпиады из Татарстана
О смерти 20-летнего Игоря Жабарова из Татарстана стало известно шестого апреля. Он родился 8 мая 2005 года, погиб на войне в Украине 8 марта 2026-го.
О погибшем в открытых источниках нет никакой информации. Есть только несколько его личных страниц во "ВКонтакте", которые он активно вел в разные годы. Из них известно, что он увлекался футболом, хоккеем с мячом, баскетболом. Жабаров играл в различных командах и участвовал в детских и юношеских соревнованиях.
В 2021 году, судя по фотографиям, он принимал участие во Всероссийской специальной олимпиаде по зимним видам спорта в Казани. В 2023 году — играл в футбол на Единых играх Спецолимпиады, представляя Татарстан.
Специальная олимпиада — это крупнейшее в мире спортивное движение для людей с ментальными особенностями. В отличие от профессионального спорта, здесь акцент делается не на рекордах, а на инклюзии и создании условий, в которых каждый участник, независимо от уровня способностей, может проявить себя и получить признание.
На странице Специальной олимпиады в России сказано, что, согласно официальным правилам Special Olympics Inc., к участию в соревнованиях допускаются лица, достигшие 8-летнего возраста, с особенностями интеллектуального развития, то есть признанные "умственно отсталыми", или те, кто является "инвалидом в силу нарушения познавательных способностей и испытывает значительные трудности при обучении и профессиональной подготовке".
На сайтах судов Idel.Реалии обнаружили сразу несколько дел, в которых полный тезка Игоря Жабарова в 2024-2025 годах был ответчиком. Это дела о взыскании сумм по договору займа, кредитному договору с Т-банком и "прочие дела" с "Мегафоном".
В августе 2025 года в Зеленодольский городской суд Татарстана поступило уголовное дело в отношении полного тезки Игоря Жабарова. Его обвинили в краже группой лиц (п. "а" ч. 2 ст. 158 УК) и мошенничестве (ч. 2 ст. 159 УК РФ).
Это дело — часть более крупного кейса, по которому обвиняемыми проходят сразу три человека (имена двух других скрыты в карточке на сайте суда). Однако дело Жабарова выделили в отдельное производство. И 13 августа прошлого года его приостановили. Как правило, это может означать, что обвиняемый подписал контракт с Минобороны РФ и ушел на войну.
Это не единственное уголовное дело в отношении полного тезки Игоря Жабарова. В 2024 году в том же суде рассматривали еще одно — по статье о "неправомерном завладении автомобилем без цели хищения" (ч. 2 ст. 166 УК РФ). Тогда обвиняемыми проходили четверо граждан, один из них Жабаров, второй — некий Сергей Порванов. Имена еще двоих неизвестны, они скрыты в карточке дела. Приговор по этому делу огласили первого ноября 2024 года, но его содержание неизвестно.
Отметим, что Сергей Порванов, которого судили вместе с Игорем Жабаровым, тоже подписал контракт с Минобороны РФ и погиб на войне в Украине 11 февраля 2025 года. Ему было 26 лет. Один из его Мы не раскрываем его имя из-за закона о "нежелательных" организациях в России сначала согласился ответить на вопросы о связи Жабарова и Порванова, но позже перестал отвечать на сообщения. Так же поступил и родственник Жабарова, с которым удалось связаться Idel.Реалии.
"Невменяемый отец" и долги по алиментам
Недавно в паблике "Комитет — совет солдатских матерей России" во "ВКонтакте" появился пост Даниила Васнецова. Он рассказал, что его "невменяемого отца" насильно завербовали на войну.
"Моего отца Васнецова Алексея Валентиновича — невменяемого — заставили по указке представительницы администрации Увинского района [Удмуртии], пользуясь его невменяемым состоянием, поехать на медосмотр в ижевский военкомат для подтверждения, что он не пригоден на военную службу. Во время прохождения медосмотра и прохождения тестов ему дали бумагу об отрицательном прохождении медосмотра, а на обратной стороне был контракт на военную службу", — написал Васнецов, уточнив, что его отец не проходил даже срочную службу, поскольку в то время лежал в психбольнице.
Не посмотрел, где расписывается, и подписал контракт
Алексею Васнецову — 44 года. Он жил в Увинском районе Удмуртии. Его знакомые рассказали Idel.Реалии, что у мужчины были долги по алиментам, поэтому ему, по мнению собеседников редакции, и предложили списать их и уйти на войну в Украину.
Васнецов, уточнили его знакомые, отказался, но вместе с тем его попросили пройти медосмотр. После него мужчине сказали, что он не годен и дали подписать документы. "Он не посмотрел, где расписывается, и подписал контракт", — уточнил собеседник Idel.Реалии.
После этого Васнецов вернулся домой. Но уже через день, по словам его знакомого, приехала еще одна представительница администрации. Она якобы потребовала, чтобы мужчина поехал с ней в военкомат. Васнецов отказался.
"Моя бабушка (его мама) увезла его в стационар на лечение. Положили его на три недели, но через неделю его незаконно забрали, подделав заявление об отказе от лечения. Сейчас его готовят на борт," — писал его сын Даниил.
Он болен и погибнет в первый же день на СВО
Он добавил, что семья уже обращалась к юристам в Центр юридической помощи: "Они свою работу делать не стали, хотя деньги им заплатили".
"Требуем местные органы власти провести проверку всех участников данной группировки, кто принуждает к контракту невменяемых, заведомо зная, что он болен и погибнет в первый же день на СВО или специальной военной операцией власти России обязывают называть полномасштабное вторжение в Украину., с целью завладеть его картами и документами и получить незаконную прибыль и выгоду от своих мошеннических действий в отношении моего отца", — писал Даниил Васнецов.
Знакомые Алексея Васнецова рассказали Idel.Реалии, что мужчину в итоге увезли представители Минобороны РФ. По словам собеседников, он уже может находиться на войне. Никакой связи с ним нет. Знакомые Васнецова не смогли предоставить какие-либо документы о диагнозе мужчины, поскольку это "можно сделать только после запроса военкомата".
Окончил только шесть классов
"Он дееспособен в целом, но лишь отчасти, на базовые потребности хватает. Работал на самых простых работах, где не надо думать. Но все, что касается более сложной умственной деятельности, уже не в его поле ответственности, — сказал собеседник и добавил, что Васнецов окончил только шесть классов".
В середине марта в проекте "Идите лесом", который помогает уклониться от службы в российской армии, рассказывали о еще одной истории из Удмуртии, где 50-летнего мужчину вынуждали подписать контракт прямо в психиатрической больнице.
"Женщина рассказала, что сын позвонил ей из больницы и сообщил: туда приходили из военкомата и уговаривали подписать контракт на войну. Он отказался. После этого врач сказал, что выпишет сына, но "не домой", а "передаст его в руки представителю военкомата", — писали правозащитники.
Женщина уточнила, что сын ничего не подписывал. "Врачу сказал, что лучше удавится, но подписывать ничего не будет", — сказала мать в разговоре с правозащитниками.
Она решила не ждать выписки сына и поехала в больницу. После некоторых препирательств и угроз обратиться в минздрав и прокуратуру женщине удалось добиться того, чтобы сына выписали в тот же день.
"Доктор сказал, что ему сильно повезло, что военные могли прийти в любой момент, но мама опередила. И еще военкомат взял его на заметку", — отметила женщина.
22 психиатрических диагноза, с которыми не берут на войну
В марте в проекте "Идите лесом" рассказали, что Минобороны РФ опубликовало проект изменений, расширяющий список психических расстройств, с которыми нельзя служить по контракту во время мобилизации.
В списке — 22 психических расстройства. Среди них — шизофрения, шизоаффективные и хронические бредовые расстройства, острые психотические расстройства, фобические и тревожные расстройства, обсессивно-компульсивное расстройство, посттравматическое стрессовое расстройство, диссоциативные расстройства, расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ, а также умственная отсталость и ряд органических психических нарушений.
"Важно понимать, что речь идет именно о новых контрактах. Это не означает увольнения тех, кто уже служит с такими заболеваниями. Более того, на практике наличие таких диагнозов само по себе не гарантирует увольнение. Мы не раз видели случаи, когда людей с тяжелыми психическими расстройствами вербовали и удерживали на войне", — отмечали правозащитники.
Пресс-секретарь "Идите лесом" Иван Чувиляев пояснил "Idel.Реалии", что ключевое слово в этом расширении списка — "при мобилизации".
"Мобилизации нет, по их [властей] мнению. Это впрок принятый законопроект на тот случай, если они потом примут мобилизацию, объявят мобилизацию еще одну вдруг — решат. И тогда этим можно будет пользоваться. Но не сейчас", — отметил он.
По мнению Чувиляева, даже при наличии у человека официального статуса недееспособного, его не всегда удается вернуть из армии — особенно если он уже оказался в Украине.
"Были случаи, когда родственники это дело оспаривали, принося документы о том, что человек признан недееспособным: он не может подписывать никакие бумаги, в том числе контракт. И тогда можно бодаться и вытаскивать человека из части. Но это надо делать до момента, когда он оказался в Украине. Сразу", — пояснил Чувиляев.
"До правозащитников доходит лишь малая часть таких дел"
Глава юридического отдела "Школы призывника" Тимофей Васькин рассказал об истории из Кирова.
В середине марта этого года к ним обратился мужчина, который рассказал о вербовке на войну в Украину человека "с предполагаемой инвалидностью".
Ночью приехали, представились судебными приставами
"Это было ночью, к нему приехали люди, которые представились судебными приставами, и сказали, что у него якобы долги по алиментам (у него нет детей и никогда не было с кем-либо отношений). Человека увезли неизвестно куда", — рассказывал обратившийся.
На следующий день мужчина, к которому пришли приставы, по телефону рассказал, что его забрали на пункт сбора для последующей отправки на войну.
"В 12 дня получилось последний раз дозвониться, он ответил, что уже находится в Екатеринбурге. После чего мы пытались связаться с воинской частью, и он перестал выходить на связь. Он не знал, где он именно находится", — рассказал заявитель.
Он также пояснил, что у мужчины есть отец, брат и две сестры. Но все они, кроме одной сестры (она является опекуном) — люди с ментальными особенностями. "Точной информации о его заболевании нет, он закончил коррекционную школу, с его слов получал пенсию по инвалидности, работал грузчиком по договору", — отмечал заявитель.
Как пояснил Тимофей Васькин, они не смогли получить обратную связь от заявителя, поэтому не смогли помочь.
По словам Тимофея Васькина, система вербовки людей с ментальными особенностями зачастую опирается на их социальную незащищенность и невозможность постоять за себя.
"К нам периодически обращаются родственники с жалобами на то, что их близкие так или иначе оказываются подписавшими контракт и отправляются на фронт. Как именно это произошло — как правило, непонятно. Обычно история сводится к тому, что человека либо убедили, либо обманули, либо он вообще ничего не помнит — например, был в состоянии опьянения", — рассказал правозащитник.
Он объяснил, что родственников больше всего пугает три факта: во-первых, контракт уже подписан; во-вторых, человека вот-вот отправят на фронт; и в-третьих — по своим умственным способностям он просто не может отдавать отчет своим действиям и не справится с воинскими обязанностями.
Это люди в социально уязвимом положении, живущие в небогатых районах. Поэтому большинство таких случаев остается в тени
"К сожалению, до правозащитников доходит лишь малая часть таких дел. Многие из этих людей одиноки, и за них просто некому волноваться. Другие не знают о возможности обратиться за помощью, так как не следят за общественной повесткой. Это люди в социально уязвимом положении, живущие в небогатых районах. Поэтому большинство таких случаев остается в тени", — констатировал Васькин.
С другой стороны, по его словам, о масштабах проблемы можно судить даже по публикациям так называемых Z-блогеров.
"Они повально пишут, что им на фронт присылают людей с умственными отклонениями либо с психиатрическими заболеваниями, — сказал правозащитник. — То есть таких постов прямо очень много и видеороликов очень много. И из их постов можно делать вывод, что командование тоже не очень довольно тем, какое, скажем так, качество контингента к ним поступает для выполнения боевых задач. Ведь даже для выполнения примитивных задач человек должен понимать, что происходит: как держать в руках автомат и в какую сторону идти, чтобы элементарно ориентироваться на местности".
На вопрос, какие именно диагнозы должны освобождать от службы и почему они не становятся преградой на практике, Тимофей Васькин ответил, что система настроена на количество, а не на качество.
Даже если вы больной — просто не говорите об этом
"Те, кто выполняют план по набору на местах, ориентируются исключительно на количественные показатели. У них нет задачи отобрать "качественный" контингент, — заявил Васькин. — Поэтому все эти распоряжения Министерства обороны РФ о том, с какими диагнозами можно брать, с какими нельзя брать, — вообще все равно. Рекрутеры, которые за деньги ищут людей, даже прямо говорят: "Даже если вы больной — просто не говорите об этом".
Васькин напомнил, что на медкомиссиях ведется аудиозапись: если человек самостоятельно не заявляет о проблемах, формально он считается здоровым. В свою очередь тех, кого принуждают к службе силой, просто не слушают: их жалобы игнорируют или оформляют документы так, чтобы человек "прошел" комиссию, сказал глава юридического отдела "Школы призывника".
"Мужчину уволили, контракт признали недействительным"
Правозащитники из проекта "Призыв к совести" рассказали Idel.Реалии, что в прошлом году у них была успешная история того, как мужчина смог расторгнуть контракт с Минобороны РФ уже после того, как оказался на фронте.
"Имя изменено рос в интернате для детей с ментальными нарушениями. Покинул ПНИ (психоневрологический интернат), куда его перевели, а дальше — улица, тюрьма, дешевый спирт, снова тюрьма и… контрактная служба. В 2023 году он с трудом ходил из-за пьянства, не мог читать и писать. Ивана определили в саперы и через десять дней отправили на фронт. Осенью 2024 года получил ранение, долго пытался расторгнуть контракт, но юрист лишь обманом тянул из него деньги", — рассказывали в сентябре 2025 года правозащитники из "Призыва к совести".
Они отметили: после того, как история стала публичной, Ивану удалось добиться военно-врачебной комиссии. Та установила категорию "Д" (означает полную негодность к военной службе) в связи с умственной отсталостью — и контракт расторгли.
В организации также отметили, что у них есть еще одна похожая история, в которой удалось спасти человека после подписания контракта, но рассказать о ней правозащитники пока не могут — идут суды.
"Человек сбежал из дома и связался с вербовщиками, они сделали ему справку и отправили на фронт. К счастью, его опекун с помощью адвоката вовремя подал иск в суд. Суд принял меры предварительной защиты, и на время разбирательства человека отправили в военный госпиталь. Мужчину уволили по состоянию здоровья, а контракт признали недействительным", — рассказали правозащитники.
Тимофей Васькин из "Школы призывника" считает, что корень проблемы кроется в том, как изменилось законодательство с началом полномасштабного вторжения и мобилизации. До войны система, по его словам, работала прозрачно: существовало постановление правительства о военно-врачебной экспертизе и четкое "Расписание болезней". Было понятно, с каким диагнозом человек годен, а с каким — нет. Однако после указа о мобилизации ситуация резко изменилась.
Согласно указу президента, увольнение со службы (как и отказ в приеме на нее) стало возможным только при наличии диагноза, соответствующего категории годности "Д".
" Категория годности "Д" — это буквально предынвалидное состояние или уже инвалидное состояние. А так как сначала-то они не думали, видимо, так наперед, а потом это вылилось в то, что оказалось, что принимать можно на службу кого угодно. Главное — если мы смотрим с точки зрения закона — чтобы у него не было категории годности "Д". А до категории годности "Д" огромнейший список диагнозов, самых разных — ВИЧ, например, тот же", — пояснил Васькин.
Позднее военное руководство, по его словам, осознало масштаб проблемы: в войска начали массово попадать люди с тяжелыми заболеваниями. Чтобы хоть как-то отрегулировать этот процесс, Минобороны РФ начало издавать дополнительные приказы.
Сначала, напомнил Васькин, появился список "социально значимых заболеваний", с которыми нельзя заключать контракт (в него вернули часть диагнозов из категории "В" — ограниченно годен). Сейчас ведомство пытается расширить этот перечень, включая в него новые психические расстройства. Однако, по мнению правозащитника, эти меры остаются формализмом.
В итоге те, кого вербуют обманом или принуждением, становятся заложниками этой юридической неразберихи, констатировал Васькин. Если человек сам не заявляет о болезни или не способен осознать тяжесть своего положения, система охотно "не замечает" его диагноз, отправляя на фронт тех, кто заведомо не пригоден к службе, отметил правозащитник.
Артем Клыга из "Движения сознательных отказчиков" дополнил, что люди часто забывают или не хотят актуализировать информацию о себе в военкомате — и из-за этого оказываются в ловушке. То есть даже при наличии у них какого-либо из перечисленных заболеваний они могут просто не заявить об этом.
До 65 лет или до 70 ты должен актуализировать данные о себе
"Например, человек с категорией "В" (ограниченно годен) и с военным билетом. Он после того, как его получил, никакие данные о себе и своем заболевании в военкомат не отправлял. Я вообще почти никогда не встречал мужчин, которые ответственно подходили к этой задаче. То есть есть восприятие, что "вот я военный билет получил — и все". А нет, там до 65 лет или до 70 ты должен актуализировать данные о себе", — пояснил правозащитник.
Клыга подчеркнул, что главной причиной системного игнорирования диагнозов является полная безнаказанность тех, кто отвечает за набор.
"Надо понимать важный момент: ответственности за это, по сути, нет никакой, — объяснил юрист. — Да, написали красивый приказ, что вот с таким-то перечнем заболеваний контракт заключен быть не может. Но ничего не прописали. А что будет конкретному человеку, если он допустит, что человек окажется на фронте, а потом погибнет? А ничего".
По мнению Клыги, огромное количество нарушений в российской армии связано именно с отсутствием санкций:
"От мелких каких-то вещей — призывников где-то там с учета не снимают или личное дело не выдают — до чего-то серьезного: когда человек просто гибнет, потому что он не должен был там служить, его не должны были отправлять в армию или на срочке вербовать как-то. Вот от таких [нарушений] санкций нет", — пояснил Клыга.
"Пути расторгнуть контракт — нет. Все контракты на автопродлении, точка"
Несмотря на наличие формальных списков болезней, правозащитники подчеркивают: когда человек уже оказался в зоне интересов Минобороны РФ, юридические механизмы защиты практически перестают работать.
Тимофей Васькин констатировал, что разговоры о законном "освобождении" после подписания контракта в нынешних условиях во многом теряют смысл. Он напомнил об истории мужчины из Удмуртии, который уже оказался в руках Минобороны РФ:
Те, кто пытаются добиться освобождения по здоровью — их ищут, забирают, отправляют обратно
"Потому что когда человек уже подписал контракт и находится в зоне интересов Министерства обороны и Генерального штаба, то вытащить его очень сложно. То есть даже те, кто дезертируют уже из армии, их ищут, забирают и отправляют обратно. Те, кто пытаются добиться освобождения по здоровью — их ищут, забирают, отправляют обратно".
Васькин отметил, что Министерство обороны РФ и суды в подавляющем большинстве случаев встают на сторону государства. Для офицеров на местах, по словам правозащитника, даже "проблемный" солдат остается ресурсом. Собеседник Idel.Реалии уточнил, что бывают случаи, когда таких людей просто держат в подвалах, отбирают банковские карты и присваивают их зарплату, то есть человек становится инструментом для заработка командиров.
Правозащитник отметил: чтобы дойти до суда, нужно составить иск, найти адвоката, потратить деньги и — самое невыполнимое — пройти независимую медицинскую экспертизу. А для этого нужно покинуть линию фронта, чего сделать никто не даст: "На каждом этапе видно, что ситуация безвыходная, к сожалению".
С ним солидарен и Иван Чувиляев из "Идите лесом".
"Пути расторгнуть контракт — нет. Все контракты на автопродлении, точка. Ждать их истечения невозможно. Оспаривание контракта возможно — это бывает. Это крайне редкий случай, но он есть, такая практика существует. И она практически всегда проваливается, но она успешна, если родственники сразу бьют тревогу. Чем быстрее они пытаются оспорить контракт и сказать, что он, скажем, заключен с нарушениями: если у человека серьезные проблемы со здоровьем и не было медкомиссии, или решение было принято на основе старых документов, или на эти документы никто не смотрел, или опять же контракт составлен с ошибками. И тогда действительно бывает, что контракт оспаривают и расторгают. Но это крайне редко", — заключил Иван Чувиляев.