Три филиала немецкого Института Гёте в России будут закрыты, заявил глава МИД РФ Сергей Лавров. Он назвал это ответом на решение Германии закрыть Русский дом в Берлине, которое в свою очередь стало одним из дипломатических ответов на инциденты с дронами в аэропорту Лейпцига. Германские власти обвинили Москву в организации диверсии.
Пятого августа в аэропорту Лейпцига нашли беспилотник, который целился в украинский транспортный самолет, но срикошетил и не взорвался. Так же были обнаружены еще два дрона.
Министр внутренних дел Германии сообщил, что данные разведки указывают на причастность лиц, действовавших по поручению российских государственных структур. Ответной мерой Берлин объявил закрытие самого большого консульства России в Германии – в Бонне, а также Русского дома в Берлине. Глава МИД России Сергей Лавров заявил, что в России закроют все филиалы немецкого Гёте-Института (их оставалось три). "Они сознательно идут на шаг, который, они не могли этого не понимать, однозначно означает прекращение их культурного присутствия в Российской Федерации, которое оставалось, несмотря на все вот эти вот украинские перипетии", – сказал Лавров.
Русский дом проработал в Берлине 42 года, Гёте-Институт в России – 36 лет. Последние несколько лет последний работал в существенно сокращенном режиме: в 2023 году Москва и Берлин высылали дипломатов, и Россия установила лимит в 350 человек на присутствие Германии в стране, которое распространили не только на дипломатов, но и на преподавателей института.
В Германии сотрудников Русского дома часто подозревали в возможной шпионской деятельности. Вот что сказала Настоящему Времени председатель комитета Европарламента по безопасности и обороне Мари-Агнес Штрак-Циммерман:
"Я уверена, что это место для шпионов. Думаю, сейчас очень важно четко сказать, что мы тоже подвергаемся атакам. Гибридным – хотя это уже не гибридная война. Это настоящий террор. Это саботаж. И, безусловно, это не единственный случай. Именно поэтому правительство сейчас заявило, что закроет Русский дом в Берлине. Как немка я рада, что такое решение сейчас принято в Германии".
"Русский дом – это центр шпионажа, дезинформации и саботажа, а значит, он представляет угрозу безопасности граждан Германии. Российский дом служит инструментом влияния Путина в Берлине и центром распространения дезинформации. Это часть инструментария России в гибридной войне. Организация-оператор находится под санкциями, а значит, деятельность этого здания позволяет обходить санкции ЕС", – сказал Настоящему Времени депутат Бундестага от ХДС и полковник Бундесвера в отставке Родерих Кизеветтер.
Русские дома по всему миру находятся в ведении Россотрудничества. Это государственное агентство по связям с соотечественниками за рубежом. С лета 2022 года Россотрудничество под санкциями Евросоюза.
"Российский дом управляется государственным агентством Россотрудничество, которое считается головной организацией сети российских экспатов и агентов влияния. В связи с этим предположение о том, что здание также может служить центром шпионажа или тайных операций, представляется правдоподобным. Например, возможно, что языковые курсы и мероприятия используются для попыток вербовки агентов. Есть информация, согласно которой в здании проживают как минимум 100 человек, а потребление электроэнергии необычно высокое, что указывает на возможное наличие специализированного технического оборудования. Совсем недавно французские власти пришли к выводу, что Русский дом "используется российскими спецслужбами в качестве прикрытия". Поэтому закрыть Российский дом следовало уже давно", – считает депутат Бундестага Кизеветтер.
После введения санкций Евросоюза в части стран ЕС русские дома закрыли – например в Словении, Словакии, Хорватии, Румынии. Пытались закрыть и в Бельгии, но в некоторых странах Евросоюза русские дома входят в структуру посольств России и пользуются дипломатическим иммунитетом. В итоге они продолжают работу в 15-ти государствах ЕС.
Как объяснили в Еврокомиссии, каждая страна сама отвечает за выполнение санкций: "Что касается национальных домов или учреждений, представляющих, в данном случае, Россию в государствах-членах ЕС, то, очевидно, именно государства-члены должны рассматривать этот вопрос и оценивать целесообразность закрытия таких учреждений. Это полностью относится к их компетенции", – сказала представитель Еврокомиссии Паола Пиньйо.
Один из видов деятельности русских домов в Европе – это, например, литературные конкурсы для детей. Призом для победителей долгое время была поездка в лагерь "Артек"в оккупированном Крыму, пока этот лагерь два года назад не попал под санкции ЕС за милитаризацию украинских детей.
"Германии по-прежнему не хватает политической воли для принятия по-настоящему жестких и последовательных мер против России, – комментирует закрытие Русского дома в Берлине Родерих Кизеветтер. – Вместо этого федеральное правительство продолжает придерживаться политики умиротворения и хочет сохранять каналы коммуникации с Москвой, ошибочно и наивно полагая, что Кремль оценит такой примирительный подход. Но происходит обратное. Москва воспринимает наши примирительные шаги как признак слабости и поэтому чувствует себя все более свободно, атакуя нас со все большей интенсивностью. К сожалению, в немецкой политике и бизнесе по-прежнему существуют сильные "московские связи", а также определенное романтизированное представление о России. В этом смысле Русский дом был закрыт довольно неохотно и лишь в качестве реакции на события, вместо того чтобы сделать это превентивно еще много лет назад ради собственной безопасности".
Основатель Brussels Freedom Hub Роланда Фройденштайн полагает, что за закрытием Русского дома могут последовать и другие меры со стороны правительства Германии:
"[Немецкое правительство] ясно дает понять как российскому правительству, так и немецкой общественности, что эта кампания саботажа, убийств и влияния на выборы не может оставаться безнаказанной. И поэтому, надеюсь, это послужит сдерживающим фактором в будущем. Потому что после закрытия Русского дома, что само по себе не является такой уж радикальной мерой, могут последовать и другие меры. И я уверен, что федеральное правительство уже разработало планы".
Что касается Института Гёте, филиалы которого были закрыты в России в качестве ответной меры, Фройденштайн говорит, что в последние годы его работу нельзя было назвать полноценной:
"Давайте будем реалистами: он не мог нормально функционировать после 2022 года. Он существовал, [его сотрудники] могли предлагать курсы немецкого языка, но среди слушателей с российской стороны было много российских агентов, а сотрудники Института Гёте, как местные, так и уполномоченные немецкие, постоянно подвергались угрозам преследования и не могли свободно общаться с российским гражданским обществом или тем, что от него осталось. Так что, должен сказать, это не такая уж и ужасная потеря".
