Ссылки

Глава штаба Навального: на кампанию нужен минимум миллиард рублей


Основатель Фонда борьбы с коррупцией Алексей Навальный объявил, что выдвинет свою кандидатуру на выборах президента России 2018 года. Официальная кампания начнется только через год, но политологи констатируют, что своим заявлением Навальный дал старт предвыборной кампании. Другие кандидаты, в том числе действующий президент России Владимир Путин, пока не заявляли о своем желании участвовать в выборах.

Право выдвинуть свою кандидатуру у Алексея Навального появилось после того, как Верховный суд отменил приговор по делу "Кировлеса". Это дело отправили обратно в Киров на новое рассмотрение, и новое решение суда может вновь лишить оппозиционного политика права быть выбранным.

Настоящее Время поговорило Леонидом Волковым, который возглавил предвыборный штаб Алексея Навального.

— Как давно вы узнали, что Навальный попробует себя выдвинуть на выборы президента, и как давно начал работать штаб?

— Идея лежала на поверхности, и было понятно, что надо определяться Алексею с его участием в выборах. И лучше у него спрашивать, но кажется, что для себя он достаточно давно такое решение принял.

Мы начали активную подготовку наверное где-то в июле, если мне не изменяет память. Несколько месяцев мы работали в обстановке секретности, готовили материалы, работали над программой, готовили запуск.

— И смогли набрать людей так, что никто не проговорился?

— Конечно, основу штаба составляют сотрудники Фонда борьбы с коррупцией, и конечно же мы командой проверенных людей, прежде всего, работали, но, конечно же, привлекали и внешних специалистов — для записи видео, для фотосессии, для работы над программой, для разработки сайта и для много чего еще. Да, смогли так организовать работу.

— Вчера стартовала кампания по выборам президента России, так все по крайней мере оценили. По крайней мере ваша кампания по сбору денег стартовала точно. Вы оцениваете ее, я думаю, как позитивную. А сколько денег вы хотите собрать для кампании Алексея Навального?

— Надо разделять две темы. Кампания собственно президентская, кампания избирательная — она по закону начнется в декабре 2017 года, то есть еще через год, и три месяца продлится. Там есть установленный законодательством лимит средств избирательного фонда, это 400 млн рублей. Там есть реальные потребности такой кампании, это минимум миллиард рублей, а скорее даже больше. Еще предстоит понять, как подружить одно с другим, потому что есть, как вы можете заметить, некоторое противоречие. Но это все будет через год. Сейчас мы говорим не о кампании, а о предкампании.

— Но и она стоит денег.

— Мы говорим о том, что нам надо добиться права на участие в выборах, причем не просто права на участие в выборах любого, а такого, при котором это было бы осмысленным занятием. Потому что когда нам говорят: "да что вы в них участвуете, легитимизация, это фарс, это чуровщина, выборы ничего не решают" и так далее и так далее — имеют в виду все выборы, которые были в прошлом. Которые только назывались "выборами", но при этом выборами не были. Я согласен со всеми критиками: в таких выборах, выборах по тем правилам, которые были раньше, особого смысла участвовать нет.

— А сейчас что изменилось?

— Выборы через год! И есть смысл участвовать в выборах, которые пройдут по другим правилам. Которые будут правильными и честными. И чтобы они такими стали, надо добиться этого. И мы сейчас начинаем кампанию именно за то, чтобы повлиять на то, какими будут будущие выборы.

— Какими механизмами вы повлияете на это? Что вы хотите поменять?

— Политическими механизмами, естественно.

— Но это уже практические вещи, надо менять законы, видимо, в том числе положения о наблюдении за выборами. Вы считаете, что за год вашей команде удастся это сделать?

— Законы у нас в большинстве своем прекрасные.

— Тогда в чем дело?

— У нас хорошие законы, у нас проблема в том, как они применяются, как выборы проходят. Еще раз: допущена или нет оппозиция в СМИ? В телевизор? Участвует или нет кандидат Путин в дебатах? И выйдет ли кандидат Путин с кандидатом Навальным на теледебаты для открытого и честного разговора.

— Как это зависит от вас или от вашей работы, извините? Как?

— Я и пытаюсь это объяснить. Вот у нас есть год, чтобы этого добиться. Мы знаем прекрасно, что это представление о том, что такое честные выборы, а что такое нечестные выборы, оно в головах у людей есть.

То есть теоретически, это показывают опросы, 60, 70, больше процентов избирателей считают, что честные выборы — это когда всех кандидатов допускают. Согласны, что честные выборы — это когда все участвуют в телевизионных дебатах и имеют равный доступ к телевидению и СМИ.

Наша задача, нашей предкампании, которая продлиться год, заключается в том, чтобы это понимание, которое и так есть у людей в головах — у всех, не только у сторонников Навального, а и у сторонников Путина в значительно большей степени даже — это понимание актуализировать. Чтобы сторонники Путина за год не раз, и не два, и не три, задали себе вопрос: будут ли честными выборы, на которых Навальный, другие независимые кандидаты...

— А можно я подытожу?

— А можно я закончу мысль?

— Хорошо.

...чтобы они задались вопросом — будут ли честными выборы, на которые Навальный не будет допущен, или будет допущен на таких условиях, что не сможет вести агитацию. Не было еще случая в истории современной России, чтобы власть не шла на компромисс, не шла на поводу требованиям, которые считают справедливыми и разделяют 60-70 процентов избирателей. Такое требование у нас есть: равный доступ в СМИ и нормальные условия проведения выборов.

— То есть вы будете влиять на общественное мнение, и на этом будет построена кампания следующего года, я правильно вас понимаю?

— Совершенно верно. Мы ушли далеко от разговора про деньги, но бюджет такой кампании — это тоже большие деньги, я думаю 150-200 млн рублей, мы прикидывали. Весь 2017 год мы будем напоминать россиянам то, что они и так сейчас уже прекрасно знают.

— Но это будет происходить — поправьте меня — я просто слежу за временем, его не очень много, а вопросов у меня много. Учитывая, что россияне не все сидят в интернете, это не американские выборы Трампа, то видимо вы придете к ним в офлайн.

— Нет, 80% россиян сидят в интернете.

— Вы считаете, что этого будет достаточно: работы с социальной сетью "Вконтакте", чтобы россияне захотели, чтобы Путин пришел на дебаты с Навальным?

— Нет, я такого не говорил. Естественно, мы будем работать и в онлайне, и в офлайне, у нас появятся региональные штабы, у нас появятся листовки, и так далее. Но, конечно, смешно говорить, что надо ходить только по домам, и только говорить с бабушками. Нет, надо сочетать онлайн и офлайн в правильной пропорции.

— Российские политологи утверждают, что есть как минимум 40 очень сложных регионов, где по-настоящему трудно набрать 300 тысяч подписей. Как вы будете набирать там команды, собираете ли вы их уже, и рассчитываете ли вы, что эти подписи собрать удастся, какие силы придется на это приложить?

— Формирование команд в регионах мы будем проводить достаточно скоро, мы уже это начали. Да, действительно, сама по себе задача сбора подписей — это важная штука. Но, опять же: мы прекрасно знаем, что такое сбор подписей в России. Вопрос регистрации/нерегистрации кандидата по подписям — вопрос политический. Собрать-то 300 тысяч подписей мы умеем, мы в Новосибирске 20 тысяч подписей собирали год назад, и так далее.

— Раз он политический, тогда я понял ваш ответ, но я хочу тогда сразу обратиться к более важной теме, которая может волновать будущую вашу команду. Наверное, люди, которые будут работать с вами в регионах, должны быть готовы к тому, что кто-то из них разделит судьбу Пивоварова, который оказался под уголовным преследованием в Костроме, тоже по политическим соображениям.

— Я сам тоже оказался таким.

— И вы оказались таким, да. Но вы более известный человек, чем Пивоваров в тот момент были.

— Люди в регионах должны быть готовы ко всему. Но я опять же повторюсь, что это вопрос политический. Если мы сумеем объяснить основной массе российских избирателей, что концепция уголовного преследования активистов региональных предвыборных штабов не сочетается с той концепцией честных выборов, которая на самом деле есть у большинства россиян в голове, никаких уголовных преследований и не будет.

— То есть безопасность людей, которые станут сторонниками Навального на этой кампании, зависит от успеха кампании, я правильно вас понимаю?

— Совершенно верно.

— Следующий вопрос, их не очень много у меня осталось. Сейчас, когда все изучили предварительную избирательную кампанию Алексея Навального, появились вопросы. Сегодня, кстати, с этими вопросами сайт "Медуза" выступил, по-моему, вполне исчерпывающе. Спросили люди, которую ее прочитали, отметили, что она не слишком подробная. Так и будет, или что-то уточнится?

— Потому что люди прочитали текст, но не прочитали заголовок, а там написано "Основные тезисы политической платформы" и так далее. Во-первых, я напомню, что мы с Навальным и Ашурковым втроем выпустили гораздо более подробный текст, который почему-то не вызвал такой бурной реакции...

— Может, его не заметили. Его надо почитать, да? Рекомендуете?

— Он тоже опубликован. Конечно, мы выпустили ответы на часто задаваемые вопросы на сайте Навального это лежит, там 30 вопросов, на каждый из которых написано довольно много текста. Но критики зацепились за короткие тезисы. У них есть претензии длиннее этих тезисов к их содержанию, хотя мы много раз написали, что программа предварительная, и что это всего лишь основа.

Тем не менее, наши базовые принципы мы считаем правильными и от них, естественно, отказываться не будем. И критикам всем ответим.

— Леонид, очень короткий блиц, остается у меня 20 секунд, попрошу продлить еще там на полминуты. Кто является имиджмейкером Алексея Навального: вы, его жена, он сам, или нанятый человек?

— Имиджмейкером Алексея Навального является Алексей Навальный.

— Только он выбирает себе галстуки, рубашки, внешний вид и вообще все, что будет связано с внешней стороной кампании?

— Он консультируется. Консультируется с нашим арт-директором, и с женой, и с людьми, которые делают съемку. Алексей умеет делегировать и доверять профессионалам. Но, конечно, решение его.

— На ваш взгляд, на ваш личный взгляд, правильно ли ставить во главу угла борьбу с коррупцией, а не, например, борьбу с полицейским государством?

— Правильно задавать правильные вопросы — у нас шесть базовых принципов в программе, из которых второй, один из шести — это борьба с коррупцией, а шестой, тоже один из шести — борьба с полицейским государством. Они у нас стоят на одном уровне и одинаково важны для нас.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG