Ссылки

"Сбербанк" думал о продаже бизнеса с 2014". Сыграли ли протесты украинских националистов на руку российскому банку


Российский "Сбербанк" договорился о продаже 100% своей украинской "дочки" консорциуму, в который входит латвийский Norvik Banka и белорусская компания, которая принадлежит Саиду Гуцериеву, сыну российского миллиардера Михаила Гуцериева.

В пресс-службе Norvik Banka сообщили, что компании Гуцериева принадлежит большая доля консорциума.

Что известно о покупателях

Саид Гуцериев – гражданин Великобритании, родился в 1988 году. В России живет с 2014 года, возглавляет компанию, входящую в группу "БИН" и владеющую Орским НПЗ. Кроме того, он владеет долями в нескольких негосударственных пенсионных фондах.

Группа "БИН" создана отцом Саида, Михаилом Гуцериевым. Он входит в топ-100 самых богатых бизнесменов России по версии Forbes – в 2016 году он занял 16 место с оценкой состояния в $5,9 млрд. Гуцериеву принадлежат компании "Русснефть" и "Бинбанк", также предприниматель делал крупные вложения в недвижимость.

Как комментируют покупку новые собственники "Сбербанка"

Один из покупателей "Сбербанка" Григорий Гусельников заявил Киеву о своей поддержке европейского курса Украины: "Эта сделка позволит предложить украинским клиентам обслуживание на европейских принципах качества, сохранив технологический уровень банка. Мы поддерживаем европейский выбор Украины и верим, что сможем содействовать экономическому росту страны".

"Приобретаемый банк имеет прекрасную инфраструктуру: в его платформу предыдущим собственником – "Сбербанком РФ" – были вложены сотни миллионов долларов. Это солидное основание для развития и качественного роста проекта. Мой опыт подсказывает, что, приняв решение об участии в нем, все участники консорциума делают весьма дальновидную и выгодную инвестицию, а самому банку это позволит сделать большой шаг вперед и реализовать многие передовые проекты не только в Украине, но и в соседних странах Европы", – прокомментировал сделку Саид Гуцериев.

Что думают в Украине

Специалист отдела продаж долговых ценных бумаг Dragon Capital Сергей Фурса в своем фейсбуке сегодня написал, что надежность активов в украинской "дочке" "Сбербанка" после ее продажи существенно снизится. Настоящее Время решило узнать у него, почему:

— Вы сегодня написали в своем фейсбуке, и можно понять ваши слова так, что это лукавая сделка, лукавая сделка – продажа "дочки" "Сбербанка" в Украине, и к тому же это может поставить под угрозу сохранность депозитов в этом банке. Могли бы объяснить?

— Смотрите, на самом деле на протяжении длительного времени "Сбербанк" хоть и был российским банком, как бы банком-оккупантом, но при этом он был самым надежным банком, и эта надежность обеспечивалась материнской поддержкой. Фактически российские банки в Украине, не только "Сбербанк", но и "ВТБ", и "ВЭБ" попали в такую ловушку, они не могли выйти из украинского рынка, потому что нет покупателей, и долгое время их не было. С другой стороны, они вынуждены были увеличивать капитал, потому что и невозвраты в системе были очень большие, и оттоки депозитов в банках с российским капиталом было больше, чем в среднем по рынку. Но сейчас, благодаря этой ситуации, они смогли, возможно, смогут, если Нацбанк согласует эту сделку, выйти с рынка.

— То есть они хотели уйти с рынка, и теперь у них появилась возможность, благодаря людям, которые вот закладывали кирпичи в их главном офисе в Киеве?

— Фактически да, потому что при прочих равных условиях, если бы такие же покупатели пришли полгода назад, то я сомневаюсь, что Национальный банк согласовал бы эту сделку в виду того, что сомнительная репутация покупателей, плюс неизвестно, дадут ли они гарантии об увеличении капитала, дальнейшей поддержке банка. В то же время сейчас в виду такого политического момента, вполне вероятно, регулятор и МВФ, который явно вовлечен в этот процесс, все-таки решат дать добро на эту сделку, и она пройдет и лишит российский "Сбербанк" огромной головной боли.

— А вы не думали о том, что Сбербанк как такая, знаете, бомба с часовым механизмом, в нужный момент, когда появится необходимая политическая конъюнктура, возьмет и обрушит свою дочку в Украине?

— Я сомневаюсь в этом, потому что ущерб для него будет, во-первых, слишком значительный в виду того, что он работает не только в Украине и в России, а и в других рынках, у него есть еврооблигации, его акции торгуются на Лондонской бирже. И после такого действия, наверное, восстановиться ему было бы уже тяжело, восстановить свою репутацию. При этом обрушить банк достаточно сложно, и плюс мы видели на примере "ПриватБанка", регулятор обладает способностью быстро зайти в банк и достаточно четко перенять бразды правления. Поэтому если бы были действия какие-либо "Сбербанка России", направленные на обрушение самого себя, то Нацбанк бы давно ввел временную администрацию, и это бы все прекратилось.

— Смотрите, если, как вы говорите, эта сделка достаточно лукавая, в том смысле, что россияне продают на самом деле банк россиянам, только надпись теперь на вывеске будет на английском языке, почему "Сбербанк России" в Украине не мог бы перерегистрировать название на менее раздражающее и продолжать работать?

— Ну вот этого я не знаю, надо уточнить у "Сбербанка". Возможно, это как-то совсем не согласуется с их корпоративной политикой.

— Такие примеры в Украине бывали?

— Такие примеры есть с "Лукойлом", например, который переназвал себя, сказал просто, что я теперь не "Лукойл", мы продались какой-то компании AMIC. Но это де-факто тот же "Лукойл". Так что да, такие примеры были, но, собственно говоря, все равно "Лукойл" остается "Лукойлом", и все знают, что это "Лукойл".

— А существует конспирология, которая заключается в том, что кто-то использует втемную патриотов для того, чтобы решить свои бизнес-проблемы в Украине, тот же "Сбербанк"?

— Я думаю, что других версий нет. Тут вопросы конспирологии отличаются в том, кто использует данных патриотов или националистов, скорее, потому что патриот и националист немного отличаются друг от друга.

— Конечно, отличаются, заметно, да.

— Поэтому в данном случае версии отличаются. Одни версии говорят, что это заемщики "Сбербанка", которые хотят выкупить дешевые кредиты, и сейчас "Сбербанк" действительно охотно продает свои кредиты с большим дисконтом. А с другой стороны, сегодня уже появилось и раньше, в принципе, говорилось о другой версии, что их использует Кремль, в целом кооператив "Озеро".

— Тогда где же правоохранительные органы Украины? То есть если это приходит в голову мне, такая конспирологическая версия, и вам, то она должна прийти в голову и сотрудникам СБУ, и МВД.

— Безусловно, возможно, она им приходит в голову. Но если мы посмотрим, как началась вся эта акция, то она началась с поста главы МВД Арсена Авакова, поэтому если уж включать конспирологию по полной программе, то забывать о нем нельзя.

— Очень опасный прогноз, конечно, но я попрошу вас сделать: на вашем месте, если бы вы были клиентом "Сбербанка России" в Украине, вы бы сейчас что сделали со счетами в этом банке?

— Я бы дождался, пока Нацбанк одобрил или не одобрил сделку, и, в принципе, если бы он ее одобрил, я бы ушел.

Что думают в России

Сможет ли "Сбербанк" России компенсировать убытки, которые приносила ему работа за последние годы, и хочет ли он на самом деле уйти с украинского рынка. Об этом ведущий НВ Тимур Олевский узнал у ведущего аналитика управляющей компании "Горизонт" Владимира Рожанского.

— Владимир, после продажи украинской "дочки" "Сбербанка России", как вы считаете, акции "Сбербанка" в цене вырастут или упадут?

— Ну, на самом деле, если это будет потеря, а все идет к тому, что вполне возможно, как заявил сегодня, правда, не глава "Сбербанка", а глава "ВТБ" Костин: "Возможны рейдерские захваты, но мы к ним готовы". Это я цитирую. Здесь ничего не прибавить, ни убавить к этой реплике, вы понимаете, невозможно. Поэтому если это будет некая, так сказать, продажа по бросовой цене, по цене, скажем так, активов, по цене зданий, не по цене бизнеса, то это, безусловно, будет однозначно негатив для "Сбербанка".

— Тут вот есть один нюанс, связан он с тем, что, во-первых, «Сбербанк, судя по тому, что сегодня уже известно, продает себя другому российскому бизнесмену, тесно связанному с Россией, и, с другой стороны, "Сбербанк России" в Украине, собственно, ПАО "Сбербанк" – это было убыточное предприятие уже много лет подряд.

— А, это да, да. Я этой ситуацией владею довольно неплохо, как мне кажется. Значит, многие сейчас говорят, в том числе и европейские СМИ, и украинские, что, дескать, вот последний рейд националистов, он заставил "Сбербанк" резко вдруг изменить свое решение и срочно искать покупателя. А на самом деле "Сбербанк" думал о продаже бизнеса еще практически с 2014 года на Украине. И это было действительно связано, в первую очередь, с сугубо финансовой, коммерческой составляющей.

— А не давали "Сбербанку" себя продать? Была какая-то политическая воля оставить его в Украине любой ценой?

— Была политическая воля в Кремле, потому что была надежда, что конфликт каким-то образом удастся уладить, была надежда на то, что Минск-1, Минск-2 сработает, и, соответственно, нужен будет фискальный агент, финансовый агент, который будет дальше то, что называется, латать дыры дружбы между Россией и Украиной. Такой агент должен был быть.

— Но сейчас украинские националисты помогли "Сбербанку" зафиксировать убытки, я так понимаю, или нет?

— Да, и, к сожалению, к моему глубочайшему сожалению, вот этого не произошло за истекшие 2-2,5 года, и, соответственно, у "Сбербанка" фактически отпадает последняя его, так сказать, миссия, которую он нес в себе, которую ему, в общем, навязали, наверное, в большей мере в Кремле. Потому что Герман Греф, насколько я его, ну лично я, может быть, его плохо знаю, но тем не менее я часто бывал на форумах, на которых он выступал, и бывал в телешоу, где он тоже выступал, в том числе у Владимира Соловьева. И насколько я знаю, этот человек абсолютно либеральных взглядов и абсолютно коммерчески настроенный. Он абсолютно чужд политике. Из него трудно выбить какие-то, знаете, патриотические лозунги или еще чего-то. По этой причине он, конечно, в первую очередь смотрит на цифры.

— Ну тоже, конечно, странно. Мне кажется, ему бы для начала хватило просто убрать слово "Россия" из вывески в Украине. Это бы решило отчасти проблемы его, если, конечно, он действительно…

— Послушайте, мы же все прекрасно понимаем и знаем, откуда ноги растут. Убирай-не убирай, там вот эта вот история с Евровидением: что, у этой девушки написано на лбу, что она ездила в Крым? Ну, понимаете, здесь я не думаю, что вот эти внешние атрибуты каким-то образом смогут уладить этот конфликт.

— Интересно, Владимир, вот теперь, как быстро украинские националисты и вообще пользователи банка будущие, клиенты банка разберутся в том, кто владеет тем новым банком, который зайдет на место и которому достанутся офисы "Сбербанка".

— Я думаю, что там будет ребрендинг. Вы знаете, я думаю, что там будет ребрендинг.

— А вы что можете сказать о банке Гуцериева? Что за банк станет владельцем вот этих офисов, в которых почти миллион клиентов хранит свои деньги?

— Это его карманный банк, который "РуссНефть" обслуживал. Это абсолютно не чета и не пара "Сбербанку". Это совершенно разные банки, и он вообще-то не банкир – Гуцериев.

— А для чего он вообще покупает тогда его?

— Вот этот вопрос сложный. Я, честно говоря, сам немножечко не понимаю. Но, видимо, знаете, иногда бывают какие-то нелогичные сделки, например, Google купил Motorola Mobility. Казалось бы, зачем Google сотовый оператор?

— Это понятно, мне просто интересна судьба вкладов, которые сейчас находятся вот в этой украинской "дочке" "Сбербанка".

— Судьба вкладов – она не зависит от "Сбербанка".

— Нет-нет, она зависит, наверное, от нового владельца. Я в этом смысле.

— Дайте мне сказать. Судьба вклада зависит от украинского законодательства в области возмещения вкладов и так далее. Соответственно, возмещаются в случае, если происходит передача от одного лица к другому и отсутствует правопреемственность юридическая. Я еще пока не знаю, каким образом будет, так сказать, архитектура этой сделки оформлена.

— Есть ли у банка Гуцериева достаточно финансовых возможностей, чтобы залатать дыры, которые есть сейчас в бюджете "Сбербанка России" в Украине?

— Безусловно, потому что Гуцериев – один из олигархов, нефтяной магнат. И если он захочет развивать этот банк на Украине, опять же, я всех деталей не знаю…

— Но если захочет, то сможет.

— Сможет. У него денег хватит.

Что думают в Беларуси

Norvik Banka занимает седьмое место в Латвии по величине активов и первое по количеству отделений. Его услугами пользуются более 150 тысяч клиентов. По сообщениям ряда российских и латвийских СМИ, банк якобы фигурировал в ряде уголовных дел об отмывании денег.

Название белорусской компании Гуцериева неизвестно. Впрочем, многие экономисты в Беларуси важным это не считают.

"Природа капитала – российского или замбабвийского – она одинаковая. Это получение прибыли. Гуцириев – это друг Лукашенко. Я не думаю, что здесь особенная схема через Беларусь осуществлять сделки. Скорее всего – это то, что называется "просто подвернулось под руку", – уверен экономист Леонид Заико.

Чем известна украинская дочка "Сбербанка"

Украинская дочка "Сбербанка" входит в семерку крупнейших банков Украины. По состоянию на октябрь 2016 года, ее активы составляли 47 млрд гривен – это около $1 млрд 800 млн. Количество частных клиентов банка в Украине превышало 1 млн 70 тысяч.

После объявления о продаже украинской дочки "Сбербанк" восстановил работу всех отделений в Украине.

  • Активисты разобрали баррикады перед отделением банка в центре Киева – ранее его заблокировали члены корпуса "Азов".
  • В пресс-службе "Сбербанка" сообщили, что отменены ранее установленные ограничения на операции для юридических и физических лиц.

Если Нацбанк Украины и антимонопольные регуляторы сделку одобрят, продажа должна состояться до конца июня.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG