https://www.currenttime.tv Настоящее Время – это международный медиапроект о темах и событиях, волнующих людей. Мы предоставляем объективную, точную и беспристрастную информацию, основанную на фактах. https://www.currenttime.tv/Content/responsive/RFE/ru-RU-TV/img/rssLogo.png https://www.currenttime.tv ru Настоящее Время © Все права защищены 60 Mon, 20 Apr 2026 11:06:28 +0300 Настоящее Время RuHomePage@rferl.org Саркофаг на Чернобыльской АЭС может обвалиться, предупреждает украинское отделение Greenpeace. Эксперты опубликовали отчет накануне 40 годовщины аварии. По данным организации, саркофаг нужно демонтировать как можно скорее, однако пока это невозможно из-за повреждений Нового безопасного конфайнмента. Так называют защитный купол, который накрывает тот самый старый саркофаг и разрушенный реактор. Он был построен, чтобы избежать утечек радиации и дальнейших обвалов конструкций. В феврале прошлого года, по данным Украины, конфайнмент повредил российский дрон. Кремль обвинения отрицал. Тем не менее, ремонт массивного защитного купола остается центральным вопросом обсуждений, поскольку его восстановление оценивается в сотни миллионов долларов. По словам старшего ядерного специалиста "Greenpeace Украина" Шона Берни, произошедшее имеет свои последствия для безопасности, поскольку срока давности для ядерной катастрофы не существует. Шон Берни в интервью Настоящему Времени также рассказал о начале полномасштабной войны, когда российская армия оккупировала АЭС, как военные разграбили и разбили оборудование Экоцентра на миллионы евро и о других последствиях войны. – В декабре прошлого года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию по Чернобылю – о международном сотрудничестве в сфере минимизации последствий катастрофы. Спустя 40 лет о каких именно последствиях мы все еще говорим, и существует ли вообще срок давности для ядерной катастрофы? – К сожалению, как для тех, кто управляет Чернобыльской атомной станцией в рамках государственных ведомств, так и для людей, пострадавших от Чернобыля, многих миллионов людей, пострадавших от Чернобыля, особенно в Украине, ядерная катастрофа, по сути, не имеет конца, поскольку в окружающую среду выбрасываются огромные уровни радиоактивности. Очень важно, что ООН принимает подобные резолюции, признавая последствия Чернобыля, но, к сожалению, срока давности для ядерной катастрофы не существует. – Если я правильно понимаю, одним из поводов для этой резолюции стало повреждение нового безопасного конфайнмента, арки, возведенной над разрушенным реактором, которое произошло из-за удара российского дрона в феврале прошлого года. Каково нынешнее состояние этого сооружения? – Вы абсолютно правы. 14 февраля, чуть больше года назад, прямой удар российских военных с помощью дрона "Шахед" поразил новый безопасный конфайнмент. Он пробил отверстие в крыше и внутренней обшивке сооружения, что привело к пожару и серьезным повреждениям. Преодоление последствий случившегося может занять еще много годы, потенциально – многие десятилетия. Украинские власти и экстренные службы потушили пожар. Они залатали отверстия, пробитые дроном. К сожалению, масштаб последствий этой атаки все еще оценивается и осмысляется, и пути дальнейших действий еще не определены. Планировалось, что это сооружение будет функционировать около 100 лет. Внутри нового безопасного конфайнмента находится разрушенный реактор №4 и объект "Укрытие", возведенный в конце 1986 года для защиты этого реактора. И всем этим нужно управлять, контролировать это, в конечном счете вывести из эксплуатации, демонтировать. Новый безопасный конфайнмент был предназначен, чтобы удерживать радиоактивность и предотвратить ее попадание в окружающую среду. Но преднамеренный удар России, как и ее удары по Украине в целом, по энергетической системе Украины, ее электросистеме, оккупация Запорожья лишь демонстрирует преступное поведение российского государства, российской ядерной отрасли, "Росатома". И в ближайшие недели, в ближайшие месяцы мы, надеюсь, лучше поймем, как двигаться дальше в работе с последствиями того российского февральского удара. Но это чрезвычайно сложно. – В первые недели полномасштабного вторжения в 2022 году российские войска оккупировали Чернобыльскую станцию более чем на месяц. Что мы знаем сейчас о последствиях той оккупации и что еще возможно там обнаружить? – Да, 24 февраля, первый день полномасштабного вторжения, это были российские военные и представители российской ядерной отрасли из "Росатома". То есть, это была спланированная операция при поддержке и активном участии государственной ядерной корпорации России, что само по себе просто невероятно. В конце марта – начале апреля, российские военные покинули Чернобыль. В течение этого периода, как и следовало ожидать, происходило запугивание. Украинские чиновники и работники не могли покинуть станцию, на них оказывалось огромное давление. На Чернобыльской станции пропало электроснабжение. Российские военные также уничтожили и разграбили ключевое оборудование, повредили оборудование Экоцентра, агентства, ответственного за управление окружающей средой зоны отчуждения. Нам посчастливилось посетить Чернобыльскую зону и Экоцентр в июле 2022 года по приглашению украинского правительства. Мы своими глазами увидели ущерб, нанесенный этим невероятно важным научным учреждениям, это десятки и десятки миллионов евро ущерба, причиненного российскими военными перед тем, как они покинули оккупацию ряда районов зоны отчуждения. Мы посетили один из лагерей, располагавшийся в нескольких километрах от Чернобыльской атомной станции. Он находился на краю так называемого Рыжего леса, лесного массива с наиболее высокими уровнями внешнего облучения, и мы изучали уровни радиации там. Имелись явные свидетельства того, что российские военные перемещались через зону, вызывая нарушения. Это высокорадиоактивная среда, очень сложная, и то, что сделали россияне, включая минирование, оказало серьезное влияние на способность украинских властей отслеживать, инспектировать и контролировать, что происходит с радиоактивностью, выброшенной в 1986 году. И фактически научный ущерб, нанесенный российскими военными, это еще одно военное преступление, где действия России, тот факт, что это теперь зона боевых действий на границе с Белорусью, имеет огромные последствия на протяжении последних четырех лет. И научное сообщество, украинские ученые, Национальная академия вместе с администрацией Чернобыльского государственного агентства – все они тяжело пострадали от того, что произошло за один тот месяц и в последующие четыре года. И то, что Россия продолжает запускать дроны над Чернобыльской станцией даже после февраля прошлого года, это лишь очередное свидетельство того, почему международное сообщество должно объединиться, чтобы остановить российскую агрессию и незаконные преступления. – Был ли тот визит последним, или вы были на станции с тех пор? – После этого я был там, думаю, три раза за последний год. В 2024 году я посетил новый безопасный конфайнмент вместе с представителями ООН. Это было за шесть месяцев до того, как российский дрон фактически ударил по нему. Власти Чернобыли предоставили нам доступ для оценки влияния, которое оказывает война и того, как украинские власти продвигаются вперед. Или, точнее, как они на нее реагируют. И это, конечно, тоже является огромным отражением российского полномасштабного вторжения, российской войны против Украины. То, что вся чернобыльская программа была колоссально затронута войной. Тысячи работников, живущих в Славутиче, которые раньше ежедневно добирались на работу на Чернобыльскую станцию для выполнения невероятно важных задач, в результате российской войны больше не могут это делать. Им приходится ехать через Киев, поскольку прямой наземный коридор через Беларусь явно не является вариантом для поездки туда. Так что это просто череда последствий российской войны для ядерной безопасности и работы украинских ученых на Чернобыльской станции и в Чернобыльской зоне. – Эта война отбросила всех назад во многих отношениях, но можете ли вы сказать, где мы находимся теперь в контексте работы над последствиями чернобыльской катастрофы? – Я думаю, что в том что касается чернобыльской катастрофы и до полномасштабного вторжения стояло немало серьезных задач, которые были – я бы не сказал, что за пределами возможностей Украины, но – за пределами финансовых возможностей Украины. Понимаете, чернобыльская катастрофа — это международная ядерная катастрофа. Новый безопасный конфайнмент финансировался многими десятками правительств, только не Россией, которая, конечно, является главным виновником Чернобыльской катастрофы, наряду с теми, кто находился в Кремле, и ядерными институтами Советского Союза. Новый безопасный конфайнмент — это не конец истории. Это конец одного этапа работы с Чернобылем, но долгосрочное управление тем, что находится внутри него, остальными реакторами, которые необходимо вывести из эксплуатации, всеми ядерными отходами — все это представляет собой огромное бремя для украинского общества, для налогоплательщиков, для правительства. Но с этим необходимо справляться, потому что эта проблема существует. И я думаю, что один из важных уроков, вытекающих из того, что Россия сделала с Чернобылем, — это то, что международному сообществу напомнили, что проблема все еще существует. А значит, ответственность международного сообщества состоит в том, чтобы поддержать Украину в борьбе с этой огромной катастрофой. Это означает финансовую поддержку, это означает экспертизу, способную помочь многочисленным специалистам Украины, она абсолютно необходима. И это то, что Greenpeace действительно хочет продолжать доносить до международного сообщества, потому что от нас зависит поддержка Украины. – Каждая крупная годовщина приносит новую волну заголовков в СМИ об уроках чернобыльской катастрофы. Вы уже довольно давно работаете в сфере ядерной безопасности. Каково это встречать 40 годовщину аварии, когда совсем рядом идет война? – Впервые я побывал в Чернобыле 30 лет назад. Та зима была очень похожа на эту. К счастью, надеюсь, для Украины она уже позади. Тогда было, кажется, около минус 28, минус 29, когда мы были в Чернобыле. В то время представить, что возможно военное вторжение и участие ядерного агентства в лице "Росатома", которые преднамеренно атакуют и оккупируют атомную электростанцию – было просто невозможно. Фактически, конечно, как вы знаете, и украинское общество знает это куда лучше меня, все гораздо хуже, потому что сегодня, более чем четыре года спустя, мы все еще имеем дело с российской оккупацией Запорожской атомной электростанции. Могло быть еще хуже. Мы знаем, что Россия намеревалась атаковать и захватить Южно-Украинскую атомную электростанцию. К счастью, они были отброшены украинской гражданской обороной и морской пехотой. Но вот прошло четыре года, а Россия все еще угрожает ядерной инфраструктуре Украины, атакует ее, оккупирует Запорожскую атомную электростанцию, и все это практически без каких-либо санкций со стороны международного сообщества. В Париже проходит международная ядерная конференция, организованная французским правительством, на которой присутствует генеральный директор Международного агентства по атомной энергии, который лишь месяц назад стоял рядом с главой ядерной корпорации "Росатом" [Алексеем] Лихачевым на церемонии в Венгрии по случаю начала строительства двух ядерных реакторов. Он назвал это великим днем для России. И в то же время этот глава МАГАТЭ должен быть независимым арбитром между Украиной и Россией по вопросу оккупации Запорожья, по вопросу безопасности Запорожья. Таким образом, весь ядерный сектор, на мой взгляд, несет ответственность за то, чтобы не продолжать работу с Россией, которую они ведут. И это просто невероятно. Через несколько месяцев после удара по Чернобылю и Запорожью этому должен был прийти конец. Но прошло четыре года, и европейские правительства, включая Францию, все еще работают с российской ядерной отраслью. Это немыслимо. – Те, кто внимательно следили за Запорожьем на протяжении всей войны, были свидетелями неоднократных потерь электроснабжения, ударов дронов, обстрелов. Я не могу перестать думать о том, что новость о потерявшей питание атомной станции, стала почти рутиной за эти четыре года. Сама идея, что ядерный объект находится в зоне боевых действий, стала нормальной. Вас это пугает? – Это не вопрос испуга, это постоянный шок от того, что подобные события стали почти рутиной. Мы опубликовали анализ, охватывающий последние 12 месяцев с февраля 2025 по февраль 2026 года — о преднамеренных отключениях от электросети Запорожской атомной электростанции. И в каждом случае российская сторона заявляет, что это результат обстрелов со стороны украинских вооруженных сил. Конечно, мы знаем, что это абсолютная ложь, российская дезинформация. И то, что мы ставили своей целью показать, что в каждом из этих случаев прямая ответственность лежит на России. И я думаю, что часть этой нормализации, о которой вы говорите, совершенно справедлива. Но существует долг и ответственность — разоблачать и оспаривать эту российскую дезинформацию, которая пытается как бы нормализовать ситуацию. И снова, к сожалению, генеральный директор Гросси и определенные части секретариата Международного агентства по атомной энергии играют роль в этой нормализации, не называя виновную сторону. А виновная сторона здесь только одна — и это российское государство. Это администрация Путина, это государственная ядерная корпорация России "Росатом". И для иностранных СМИ, которые освещают Запорожье, — а это все еще освещается, — есть по-настоящему зловещее последствие российской дезинформации: она делает все это похожим на рутину, на то, о чем особо беспокоиться не стоит. И вместо того, чтобы СМИ сосредоточили внимание на попытках по-настоящему понять, что Россия делает в Запорожье, они либо освещают это поверхностно, либо не освещают вовсе, что, конечно, является одной из целей российской дезинформации. Так что да, это необходимо называть своими именами. Greenpeace совместно с Truth Hounds и другими представителями гражданского общества Украины решительно настроены разоблачать российские преступления. Но да, четыре года спустя, этому действительно нельзя позволять продолжаться. Но пока это только повторяется – как какая-то непрерывная мантра, а что-то должно измениться. И конечно, санкции против государственной ядерной корпорации России — нам нужно их ввести, им просто нельзя позволять продолжать это. – Во время ваших рабочих поездок в Украину вы пытаетесь фиксировать происходящее в области ядерной безопасности на фоне войны? Или в чем заключается ваша главная миссия? – Именно так, и нам выпала большая честь — работать с общинами на линии фронта в Никопольском районе, которые подвергаются военным ударам, ударам дронов, обстрелам, реактивным системам залпового огня, кассетным бомбам. И для Greenpeace иметь возможность проводить время в этих общинах, разговаривать с ними о радиационных рисках Запорожья, а также помогать им принимать проактивные меры для своей защиты — это один из действительно очень глубоко значимых опытов для меня и моих коллег в Greenpeace. Но видеть также, как российская война... И снова — мы не можем продолжать повторять одни и те же угрозы, потому что украинское общество, конечно, явно сталкивается с огромными угрозами ежечасно. Но расследование того, что делает Россия, а также попытки оказывать давление на европейские правительства и призывать международное сообщество поддержать Украину, разоблачать Россию, противостоять ей, блокировать ее, вводить санкции против нее — все это часть нашей повседневной работы. https://www.currenttime.tv/a/rossiyskoe-vtorzhenie-ugrozhaet-bezopasnosti-chernobylskoy-zaporozhskoy-aes/33732098.html https://www.currenttime.tv/a/rossiyskoe-vtorzhenie-ugrozhaet-bezopasnosti-chernobylskoy-zaporozhskoy-aes/33732098.html Thu, 16 Apr 2026 07:00:00 +0300 УкраинаИнтервьюАктуальное Старший ядерный специалист "Greenpeace Украина" Шон Берни рассказал о безопасности Чернобыльской АЭС, оккупации станции российскими военными и о последствиях военных действий для ядерной безопасности Украины https://www.currenttime.tv/a/33732975.html https://www.currenttime.tv/a/33732975.html Thu, 16 Apr 2026 07:00:00 +0300 ИнтервьюУкраина Российские власти глушат интернет, блокируют отдельные ресурсы и приложения, составляют "белые списки". Недавно также стало известно, что Министерство цифрового развития планирует расширить систему для анализа и фильтрации онлайн-трафика. Иначе говоря, интернет-цензуру. Обходить подобные блокировки помогают сервисы VPN. Но обстоятельства стремительно меняются. То, что раньше было "страховкой на всякий случай", теперь – жизненная необходимость. И не всегда один VPN-сервис будет работать без проблем. Настоящее Время развенчивает мифы об этом инструменте и рассказывает, почему с VPN лучше, чем без него, какими сервисами пользоваться, а каких избегать. Почему нужен VPN?Сооснователь правозащитного проекта "Роскомсвобода" Саркис Дарабинян рассказывает, что в первую очередь эти сервисы помогают получить доступ к информации, которую власти пытаются скрыть: "В некоторых случаях это можно рассматривать как оружие гражданского протеста, когда люди не могут выходить на улицы, но они не хотят использовать Макс, они хотят получать доступ к независимой информации, которую государство от них тщательно скрывает", - говорит он. С ним согласен и руководитель проектов разработчика средств для обхода блокировок eQualitie Леонид Юлдашев. Он также добавляет, что VPN гарантирует право на приватность: "Но он для двух вещей существенно нужен. Во-первых, для защиты. Если ты хочешь, чтобы провайдер, чтобы Роскомнадзор, чтобы российское государство, Яндекс, другие разные акторы не видели, что ты делаешь в интернете. Если ты хочешь право на приватность. А вторая — это обход блокировок". Интернет-эксперт Алексей Шкитин также говорит, что подобные инструменты позволяют сохранять в безопасности личные данные. Мифы о VPNВокруг VPN, блокировок и их обхода много мифов и заблуждений. Часто - от незнания, но еще и потому, что эти заблуждения и страхи навязывает само государство. Платный VPN — значит гарантированно надежныйХотя платные сервисы обычно более устойчивы к блокировкам со стороны властей, разработчики не могут обеспечить постоянную и беспроблемную работу сервиса, говорит Леонид Юлдашев. Вместе с этим, рассказывает Алексей Шкитин, важно проверять, какая компания разработала этот сервис, кто его продвигает и где находятся его серверы: "Здесь надо быть максимально осторожным, потому что вы должны понимать, что все VPN знают, кто туда ходит. То есть на самом деле иллюзия, что VPN — это что-то такое, что скроет ваши данные. Да, оно скроет ваши данные от одних, но покажет их другим. Вот это вы должны четко понимать. VPN — это не панацея от безопасности". Ловушка с платными VPN-сервисами может еще заключаться в том, что продавать вам VPN может тот же самый "товарищ майор", что пытается контролировать вас в сети, говорит сооснователь "Роскомсвободы". "Россия очень плавно и интенсивно идет к модели Ирана и Туркменистана, где VPN продаются, в том числе, и госорганами, и силовиками. И на самом деле это кажется очень выгодной бизнес-моделью. С одной стороны, вы зарабатываете деньги на том, что предоставляете гражданам возможности выхода в глобальную сеть, а с другой стороны, вы контролируете все данные, имеете возможность анализировать пользовательское поведение", - говорит Дарабинян. VPN замедляет интернетЕще один миф-заблуждение, что VPN сильно замедляет скорость интернета. Очень часто это так, но не настолько сильно, чтобы это отразилось на ваших бытовых задачах, говорят специалисты. "VPN действительно немножко замедляет интернет. Потому что сначала тебе нужно пройти по этой трубе. И он, например, увеличивает задержку. Если вы геймер, это может быть для вас релевантно, но существенного большого замедления на российском быстром интернете пользователь не почувствует", - говорит Леонид Юлдашев. Использование VPN — нелегальноИ, возможно, главный миф — VPN это незаконно. Этот миф очень живучий, потому что российские власти очень хотят, чтобы он существовал и распространялся. "Несмотря на то, что государство последовательно наступает на VPN. Эти ограничения не касаются конечных пользователей. Они запрещают рекламу VPN, они запрещают распространение VPN, хотя все еще вы можете купить множество VPN-сервисов за, не знаю, СберПэй или СБП. И, конечно, здесь и сам законодатель специально, наверное, накинул неопределенности и тумана, приняв норму, которая вносит изменения в Административный кодекс. Я напомню, что это норма, которая наказывает за умышленный поиск и распространение экстремистской информации. И там написано, в том числе, с помощью VPN. То есть это совершенно не значит, что за VPN наказывают", - говорит Саркис Дарабинян. Об этом же говорит и Леонид Юлдашев: "Использование VPN людьми не влечет за собой никаких легальных последствий. Но если он использовался для доступа к запрещенным, внесенным в реестр террористов и экстремистов материалам, если это получится доказать, то оштрафуют на 5000 рублей". Какой VPN поставить?К сожалению, на этот вопрос нет универсального ответа, говорят опрошенные НВ специалисты. Российские власти регулярно блокируют и сами сервисы, на эти нужды было выделено несколько десятков миллиардов рублей. Поэтому, говорят они, всегда лучше иметь несколько приложений. "Идет очень агрессивная кампания со стороны государства по блокировке VPN-сервисов, - говорит Дарабинян. - Несмотря на то, что многие критики предполагали, что все деньги украдут, съедят и ничего у них не получится. Все-таки получилось достаточно много. И, конечно, Роскомнадзор научился блокировать различные VPN-протоколы. И, насколько мы понимаем, в ведомстве есть даже какое-то расписание. То есть сегодня происходит атака на один VPN-сервис, завтра на другой. И, конечно, нельзя доверять одному решению, потому что оно может не работать, пока инженеры провайдера VPN-сервиса перенастроят сети, скинут пользователям новые конфиги". Специальный корреспондент издания The Bell Валиерия Позычанюк, специализирующаяся на теме IT, рассказывает, что часто самые популярные сервисы в AppStore или GooglePlay могут быть непригодны для нужд людей внутри РФ. "С большой вероятностью это будут сервисы-однодневки, которые часто вообще не связанные с нашим регионом. Они не не справляются с тем, ради чего VPN используют, например, сегодня в России, потому что для этого нужно вести вот эту бесконечную борьбу с Роскомнадзором и постоянно настраивать, еще иметь поддержку в России", - говорит Позычанюк. Мы не можем рекомендовать или, тем более, рекламировать конкретный VPN-сервис, как стопроцентно надежный. Но есть небольшой ряд провайдеров, которым поговорившие с нами специалисты доверяют больше, чем остальным. Среди них: Amnezia VPNRedShieldPaperVPN от издания "Бумага"MZ VPN от издания "Медиазона"Также в приложении Telegram можно приобрести VPN-генераторПо словам Леонида Юлдашева, он может доверять этим провайдерам, потому что они сделаны людьми, которые публично говорят о том, что "берутся бороться с Роскомнадзором, они берутся ежедневно вкладывать силы в research and development, в разработку новых способов обхода [блокировок]". Также существуют VPN, которые при покупке подписки дают возможность устанавливать инструмент на несколько устройств. Так, некоторые пользователи могут одной подпиской обеспечить VPN свою семью или ближний круг друзей, рассказывают специалисты. Amnezia VPN при покупке премиум-подписки позволяет подключать не менее пяти устройств.RedShield предлагает оплату сразу за десять конфигураций, за десять пользователей.Однако даже самый надежный VPN от лучшего провайдера, который вы купили за деньги, может однажды перестать работать. Для этого делают все возможное Роскомнадзор и тысячи российских силовиков. На этот случай Юлдашев предлагает подождать и использовать запасной VPN или специальные браузеры: "Это не самая приятная история, но тем не менее за сутки почти наверняка создатели VPN смогут исправить в чем бы ни была причина. Можно обсуждать технические подробности, но это не важно, а важно, что за сутки они успеют. И поэтому лучше иметь два VPN из списка, а не один. Или VPN и еще другой способ обхода блокировок, будь то браузер Sina от компании eQualitie, где я работаю, будь то Psiphon, Lantern или другие в техническом смысле инструменты, которые позволяют заходить на заблокированные сайты". https://www.currenttime.tv/a/pochemu-vam-nuzhen-vpn-i-kak-ego-vybra/33717040.html https://www.currenttime.tv/a/pochemu-vam-nuzhen-vpn-i-kak-ego-vybra/33717040.html Thu, 26 Mar 2026 14:08:20 +0300 Выбор редакцииВ деталяхРоссия Бен Райн — нейроученый, исследователь человеческого мозга, главный научный сотрудник Mind Science Foundation, лектор Стэнфордского университета и популяризатор науки. Телеканал Настоящее Время поговорил с ним о том, как современный интернет и использование соцсетей влияют на работу человеческого мозга и стоит ли ограничивать использование этих инструментов. Райн заметил, что, как и многие жители Земли, не представляет жизни без соцсетей. Но у него полностью выключены уведомления на смартфоне: это позволяет ему контролировать внимание и не увлекаться пустым скроллингом. "Пропускаю ли я иногда что-то важное? Наверное. Но лучше так, чем жить так, когда тобой полностью управляет лента обновлений!" — подчеркивает ученый. Также Бен Райн объясняет: почему человеку и его мозгу важно не чувствовать себя одиноким и быть в составе социальной группы,почему люди в интернет-общении ведут себя гораздо более агрессивно, чем в реальном мире.И настоятельно рекомендует общаться с незнакомцами! "Вы выкладываете видео в TikTok, вдруг оно становится вирусным. Это огромный всплеск дофамина"— Вы не только академический ученый, но еще и популяризатор науки. И, следовательно, создатель контента. Что вы сами испытываете, когда выкладываете контент в сеть? И как вы, уже как ученый, оцениваете этот процесс и реакцию вашего мозга на использование вами соцсетей? — Во-первых, быть создателем контента — это забавно. Потому что мы живем в мире, где любой человек может выложить видео в соцсети. Кто угодно может в это втянуться: вы выкладываете видео в Instagram или TikTok, и вдруг ваше видео становится вирусным. Внезапно ваша нейронная цепь и ваш мозг и концентрируются на этом захватывающем новом приключении. Они думают: "Это было интересно. Это было весело. Как мне сделать это снова?" И платформы, на которые вы выкладываете видео, прекрасно осведомлены, что вы получаете огромный всплеск дофамина. Я это испытывал. Я видел, как это испытывают другие. В начале карьеры я мог опубликовать видео перед сном, а потом проснуться среди ночи, чтобы проверить телефон. И я не спал всю ночь, проверяя, как там мое видео. К счастью, сейчас я сильно дистанцировался от этого. И сейчас ... знаете, я буквально перед этим интервью выложил видео в соцсети— и мне все равно. Оно уже в сети. Как пойдет — так пойдет. Потому что я научился дистанцироваться от этого. Это слишком затягивает, чтобы позволять себе слишком сильно переживать. Думаю, это интересный момент. Потому что, как мне кажется, социальные сети, особенно TikTok, делают вот что: они дают вам испытать это "дофаминовое" чувство в самом начале. Я заметил, что обычно первый пост, иногда второй или третий, которые человек выкладывает в эту соцсеть, набирает непропорционально много просмотров. У тебя может быть всего 30 подписчиков, а видео набирает 180 тысяч просмотров! Думаю, они делают это специально. Потому что хотят, чтобы вы испытали, каково это — сделать виральное видео и получить всплеск публичности. И захотели пережить это снова. Потому что в интересах TikTok и Instagram — чтобы авторы постоянно заполняли платформу контентом, и платформы могли бы от этого выигрывать. Так что есть такой аспект. И, как нейроученый, я прекрасно отдаю себе отчет в своей зависимости от этих ощущений. Плюс есть аспект самих соцсетей вообще и рисков, которые связаны с тем, что подписчики ими злоупотребляют. По работе мне приходится проводить много времени онлайн, по многим причинам: отвечать на комментарии к моим видео, смотреть, что происходит в "информационной экосистеме", потому что многое из того, что я делаю, реактивно (ответ на что-то). Например, когда кто-то выкладывает видео, оно становится супервиральным, но при этом оно полностью неверно. И тогда я выкладываю ответное видео и объясняю, как на самом деле обстоят дела. Так что мне приходится проводить немало времени онлайн. Есть много исследований, показывающих: чем больше времени люди проводят онлайн, тем хуже они себя чувствуют (например 1, 2). У людей растут показатели депрессии, растет тревожность, и они на самом деле становятся более одинокими — несмотря на то, что они проводят время в том, что мы называем "социальные" сети. Есть даже клинические исследования, в которых людям предлагали взять паузу от соцсетей, и когда они это делали, их тревожность снижалась, их депрессия становилась легче. У соцсетей есть много плюсов: они позволяют нам быть на связи, получать информацию с невероятной скоростью. Но есть и много плохого, что с ними приходит. Я, как нейроученый, много думаю о таких вещах. Но не уверен, что средний человек думает об этом так же, как я. — Есть ли у вас личный рецепт баланса по отношению ко времени в соцсетях? Как вы используете свои научные знания, чтобы проводить здоровое количество времени в соцсетях, во благо, но без всей этой тревожности и прочих побочных эффектов? — У меня полностью выключены уведомления. Я принял это решение уже очень давно и доволен. Сейчас у меня выключены все уведомления, кроме SMS и звонков. Даже от Snapchat, которым я пользуюсь в личной жизни, а не для работы, я в нем шлю фото моей собаки семье и друзьям и так далее. Там я тоже отключил уведомления. Так что, когда мне бывает скучно, например когда я сижу в самолете и мне делать нечего — я конечно открою Snapchat и посмотрю видео за последнюю неделю-две, что угодно. Но отсутствие уведомлений — это потрясающе, потому что это позволяет мне полностью контролировать мое внимание. И вы меньше отвлекаетесь из-за того, что какому-то человеку понравился ваш пост. Пропускаю ли я иногда что-то важное? Наверное. Но лучше так, чем жить так, когда тобой полностью управляет лента обновлений! Еще одна вещь, которую все должны понимать: у каждого мозга есть склонность застревать в определенных поведенческих паттернах. Существуют способы сделать системы вознаграждения максимально затягивающими — это хорошо известно в психологии. Это может быть скроллинг в соцсетях или (игровой автомат) "однорукий бандит" в казино — иногда ты получаешь вознаграждение, иногда нет. Но самая затягивающая система — это так называемый режим "переменного подкрепления". Я объясню. Существуют схемы с фиксированным соотношением: ты получаешь награду каждый раз, когда совершаешь определенное действие. Или получаешь награду каждые два, или каждые три раза. То есть, у вознаграждения есть фиксированное расписание: два поведения — и вот твоя награда. Дернул дважды — выиграл, еще дважды — снова выиграл. Но казино устроены не так, потому что то, что я описываю — это не самый "затягивающий" формат. Сильнее всего затягивает, когда "выигрыш" происходит случайно. Допустим, что в среднем каждое десятое дергание рычага игрового автомата приносит награду. Но не всегда именно десятое. Иногда ты выигрываешь, а потом дергаешь опять и неожиданно выигрываешь снова. И это — ВАУ! Огромный сюрприз для мозга. И теперь ты точно сыграешь еще — несмотря на то, что для следующего выигрыша тебе может понадобиться уже 20 попыток. Этот переменный график — самый аддиктивный. И со скроллиногом в соцсетях то же самое: свайп — обычное видео, еще свайп — что-то, что очень понравилось и чем хочется поделиться. Дальше вам показывают опять несколько "никаких" видео и так до следующего "победителя". И в итоге мы застреваем в цикле "переменного подкрепления". Для создателей контента все еще хуже. Я могу выложить 20 видео, и только одно будет успешным. И я могу даже не понимать, почему именно оно станет вирусным, но знаю: чем больше я выкладываю, тем выше у меня шанс снова испытать эти ощущения. Я уже говорил, что платформы "подсаживают" молодых авторов на дофамин. Ваше первое/второе/третье видео идет отлично, вы получаете свое "вознаграждение", гонитесь за ним снова, выкладываете еще пять видео — но ни одно не заходит. И вот вы выкладываете шестое — и куча просмотров. И дофамин такой: "Окей, хочу испытать это снова". Новое ваше видео опять заходит в соцсети, но в следующий раз вас понадобится сделать уже 40 видео. Криейторам особенно тяжело делать контент в этой схеме "переменного вознаграждения". Отвечая на ваш вопрос, что я делаю с этим как нейроученый: я стараюсь максимально дистанцировать себя от просмотров моих видео и показанных ими результатов. Моя цель — просвещать публику. Я хочу приводить науку к людям. Конечно, мне обидно, когда я трачу 6 часов на подготовку 60-секундного ролика: все разжевываю, внимательно читаю исследования, стараюсь точно и увлекательно все объяснить. А потом выкладываю, а просмотров гораздо меньше, чем я надеялся. Это разочаровывает. Но я не говорю себе: "Надо делать следующий ролик, чтобы он обязательно залетел". Моя миссия – просвещать. И я дистанцируюсь от эффекта "вознаграждения" и, надеюсь, уменьшаю дофаминовую "погоню", чтобы создавать видео в комфортном для меня режиме, без потребности постить каждый день. "И новости, и наука, и полезные повседневные вещи, не будут так же захватывать, как щенята"— Мы только начали беседу, а вы уже несколько раз повторили слова "дофамин" и "награда" ("подкрепление"). Существует мнение, что наш мозг на самом деле не стремится к состоянию счастья: он хочет, чтобы мы выжили. Но когда вы говорите о "вознаграждении", которое он получает – это значит, что мы все-таки ищем эти эмоции? Как это работает? — Дофамин — это нейромедиатор обучения. Мы часто думаем, что это чувство, которое возникает, например, на американских горках. "Ууу, дофамин!" Мы считаем, что это возбуждение, но это не совсем так. Дофамин выделяется, когда мы переживаем что-то приятное. Но это происходит не для того, чтобы просто сказать "Это классно", а для того, чтобы помочь нам выучить это состояние и захотеть повторить его в будущем. Именно поэтому, говоря о дофамине и награде, я часто использую термин "подкрепление". Вы правы: мозг – орган, созданный, чтобы помогать нам выживать. И он помогает нам выживать, обучая нас тому, что нам полезно. Представим примитивную жизнь людей тысячелетия назад: вы с другими людьми ищете еду или охотитесь. И вот вы находите луг со съедобными ягодами — в этот момент ваш мозг выделяет массу дофамина: "Это потрясающе, я нашел ягоды!" Но цель мозга — чтобы вы запомнили обстоятельства: где находится этот луг, как вы сюда попали, с кем вы были. Дофамин поддерживает память, обучение, подкрепление. Потому что приятные вещи, вызывающие выброс дофамина, — подкрепляющие, их хочется повторить. Секс, например, приятен. Почему? Потому что он эволюционно выгоден: важно, чтобы секс приносил удовольствие, чтобы мы размножались. Но есть вещи, неполезные для нас, которые "обманывают" дофаминовую систему, например, кокаин. И вот почему это плохо: кокаин "обманывает", он напрямую вызывает выброс дофамина в мозге, сообщая: "Это хорошо, давай еще". И поэтому кокаин вызывает такую сильную зависимость: ведь он буквально говорит мозгу: "Продолжай". Похожим образом ведут себя крысы или мыши в лаборатории, когда в клетке есть рычаг, и при нажатии рычага активируются дофаминовые системы мозга. Они будут нажимать рычаг снова и снова, хотя сам по себе рычаг ничего не делает, он не "приятен", и прямой пользы от него нет. Но мозг в этот момент говорит им: "Дофамин, подкрепление, продолжай, делай еще", и животное жмет дальше. Похожий эффект есть и у социальных сетей. Вы свайпнули, увидели интересное видео, получили дофамин. Может быть, это было что-то сексуальное, например, видео знакомого вам человека в купальнике. Ваш мозг считает, что это социально значимая информация и сигнализирует: "Это захватывает. Оставайся. Смотри. Повтори позже". И так мы оказались в в мире, где каждый раз, когда нам нечего делать – например в очереди на кассе или ожидая приема врача, мы смотрим в телефон. — А может ли злоупотребление соцсетями привести к "дофаминовой яме"? — Это еще толком не изучено. Я считаю, что когда кто-то делает твердое заявление по не изученной теме, например, "Да, соцсети вызывают дофаминовую яму", — это несостоятельно. Как я могу так утверждать без доказательств, просто потому что мне так кажется? Я могу сказать: "Мне кажется, что это возможно". Это очень отличается от "Есть научные данные". Возможно ли? Да, вполне. Может, не "яма", но чрезмерная зависимость от соцсетей, использование их постоянно для снятия тревоги, отвлечения от реальной жизни может быть очень вредным. "Зависимость от соцсетей" реальна. Это уже становится диагнозом, и, думаю он войдет уже в следующее диагностическое руководство по психическим расстройствам. Так что зависимым от социальных сетей точно можно стать. А вот попасть из-за них в "дофаминовую яму" – не знаю. — А может полезный контент, который, например, делаете вы, или контент в медиа, который производим мы, быть для людей таким же привлекательным, как фото знакомого им человека в купальнике? Или приятным, как видео с милыми животными? Или это научно невозможно? — Научно это НЕ невозможно. Все зависит от контекста. Если это срочная новость – одна страна напала на другую, происходит нечто значимое, то человек включает новости, он ищет ответ на важный вопрос. В таком контексте ваша новость может быть для него самой ценной и привлекательной вещью во Вселенной, потому что она дает мозгу то, что он ищет – закрывает информационную дыру. Но в обычной жизни и новости, и наука, и полезные повседневные вещи, которые неплохо было бы знать, но которые не спасают жизнь, не будут так же захватывать, как щенята. Или как фейки, которые люди просто выдумывают. Почему дезинформация такая проблема? Потому что можно придумать что угодно, и это будет куда "интереснее", чем правда. — Простите, я уточню, потому что мы сейчас как раз в ситуации, когда одна страна вторглась на территорию другой, и это длится уже почти 4 года, и я вижу, что люди устают от новостей. Для них это все еще новости, но, к сожалению, уже не такие интересные. Наверное, так работает наш мозг? Но с другой стороны, люди никогда не устают от котят и щенков. Так? — Знаете, котята и щенки, возможно, не лучший пример, потому что они, вероятно, не самые интересные вещи в интернете... В США, сейчас, как я вижу, есть огромное внимание к политическому расколу. И это хороший пример, почему щенки и котики — не самое интересное в мире. Они, конечно, милые, цепляют внимание. Но мозг, как вы сказали, заточен под выживание. А почти ничто не захватывает мозг сильнее, чем социальная динамика и то, что происходит в культуре вокруг нас, что нас затрагивает и вовлекает. В США — двухпартийная система, и две партии сейчас яростно сталкиваются. И какую бы сторону ни выбрал человек, он постоянно ищет информацию: "Мы выигрываем или проигрываем? Если проигрываем — насколько? Если выигрываем — насколько сильно и как агрессивно побеждаем врага?" Это происходит потому что мы племенные, социальные животные — мы существуем группами. Естественно, тысячелетия назад в наших интересах, для нашего выживания, важно было, чтобы наша группа была успешной. И, до сих пор, когда есть политическая битва "свой—чужой", любая новость, что "эта партия выиграла/проиграла", будет нас цеплять. А сейчас политика просачивается за пределы своей обычной сферы: это не просто "в Иллинойсе завершились выборы", а, например, "Тайленол вызывает аутизм, потому что Трамп так сказал" — у нас наука стала политической. Вообще во всех сферах политики стало больше. Почти в каждом вопросе есть политическая перспектива, и почти невозможно сейчас иметь мнение "вне политики". И думаю (хотя и рискованно так говорить), что это, вероятно, было сделано намеренно. Люди, ведущие успешные кампании, понимают динамику "свой—чужой". И понимают, что что именно ожесточенность этой битвы заставляет людей заботиться: "Мои люди на кону" или "Мои люди проиграют", "Моя группа в риске". Поэтому в США сейчас такой раскол. "Мозгу все еще страшна сама идея "быть одному". Одиночество – буквально одна из форм стресса"— То, что вы говорили о политике, верно не только для США — похожее происходит во многих странах. И это отличный момент перейти к вопросу о вашей книге, она называется "Почему мозгу нужны друзья". Объясните, почему? — Я уже отчасти это говорил: люди — социальные животные, мы отлично существуем в группах. Многое в работе мозга обусловлено тем, как все было в давние времена. У нас есть выражение, что люди запрограммированы на связь друг с другом, wired for connection. Что это значит? Это значит, что мы получаем социальное вознаграждение — дофамин, а также серотонин, окситоцин — когда мы находимся рядом с другими людьми. Почему? Именно потому что люди лучше выживают в группах. Если взглянуть на 500 тыс. лет назад, то выживали те, кто был в группе. Наш мозг развился так, чтобы нам было хорошо рядом с другими, чтобы мы были мотивированы держаться вместе ради выживания. А когда мы находимся одни, вдали от "племени", то в древнем мире это было серьезной угрозой, шанс погибнуть был выше. Сегодня это уже не так – вот я сейчас один, и ничего страшного не случится. Но моему мозгу все еще страшна сама идея "быть одному". Когда мы изолированы, запускается стресс-ответ — активируется ось ГГН (одна из основных нейроэндокринных систем организма), в организме растет уровень кортизола. То есть одиночество – это буквально одна из форм стресса. А постоянная изоляция — это хронический стресс, а у него могут быть очень плохие последствия. У нас очень плохая картина социальной изоляции: крупные исследования на миллионах людей показывают, что изолированные люди на 32% чаще умирают, от любых причин. У них выше риски сердечных болезней, деменции, диабета, депрессии, тревожности, суицида. Потому что мы не предназначены для жизни в изоляции. Нашим мозгам нужно другое. Собственно, поэтому "мозгу нужны друзья". И нам нужно приоритизировать социальные связи. Я написал книгу, потому что в США, да и в остальном мире, проблема изоляции людей сейчас стоит очень серьезно. Люди проводят гораздо меньше времени вместе. COVID это усилил. — У меня есть цифры ВОЗ, я специально посмотрела перед интервью: сегодня 16% людей в мире, то есть каждый шестой, испытывают социальную изоляцию. Это же огромное число, правда? — Да. Это довольно плохо. И, думаю, в США все еще хуже. Был опрос пару лет назад: 58% людей заявили, что одиноки. А если смотреть данные о времени, проведенном в обществе других людей, то окажется, что между 2013 и 2021 годами время, которое люди проводят в одиночестве, выросло на 36 часов в месяц — и это произошло всего за 8 лет. То есть, за эти восемь лет почти полную рабочую неделю перенесли из времени, проведенного в компании с кем-то – в одиночество. Это значимо, учитывая, что общение улучшает настроение, вызывает выделение позитивных нейромедиаторов. А одиночество приносит кортизол, воспаление, множество негативных последствий. Получается, что мы переставили 36 часов "хорошего" воздействия на мозг на "плохое". Люди вроде бы знают, что социализация им полезна. Они думают: наверное, будет неплохо провести какое-то время с друзьями на выходных. Но тут же думают, что и и поваляться на диване, отдохнуть как следует – тоже будет неплохо. Я не думаю, что люди понимают, какие научные данные за этими утверждениями стоят, и поэтому я написал книгу. Мне кажется, это похоже на вопрос сна: люди в целом знают, что нужно спать по 7–8 часов. И они знают, что если поспят всего четыре часа, они будут чувствовать себя гораздо хуже. Есть популярные статьи про то, как мозг очищается во сне, как сон влияет на память. А вот данные о значении и пользе социальных связей, как мне кажется, так и не смогли покинуть академические круги. Люди мало знают, что именно делает общение с их мозгом. Поэтому я и написал книгу — как ученый, изучавший этот вопрос десять последних лет. – Когда вы говорите, что человеку нужно "быть рядом с другими", есть ли разница, когда человек находится среди тех, кто ему нравится, или находится среди случайных людей? – Наука тут полностью соответствует жизненному опыту. Очевидно, что время с лучшим другом — лучше для мозга, чем взаимодействие с незнакомцем, или, тем более, с тем, кто вам не нравится. Хотя, если у вас хороший контакт с тем, кто вам не особо нравится, это может быть очень даже терапевтично: "Ого, может, мы не такие уж и разные". От общения с незнакомцами тоже можно сильно выиграть. Много исследований показывают: когда люди общаются с незнакомцами — в поезде, автобусе — они чувствуют себя гораздо лучше после. И незнакомцам тоже становится лучше, хотя до этого диалога многие люди ожидали, что пользы не будет, что будет неловко, что их оттолкнут. На деле же у них получился отличный опыт. Я везде, и в книге тоже, говорю: надо этим пользоваться. Мы окружены незнакомцами — в ресторанах, магазинах, у врача — и при этом с ними не общаемся. Хотя исследования показывают, что это нам полезно делать! Можно попробовать начать общаться: задать вопрос, начать разговор — и посмотреть, куда пойдет. И, кстати, в тех исследованиях, где к незнакомцам походили для общения, процент отказов от общения был 0%. — Важность физического контакта: почему для людей так важны прикосновение, объятие, рукопожатия? — У меня в книге есть целая глава о любви и глубокой связи. Там есть про прикосновения. Это очень интересно: много работ показывают, что прикосновение важны, даже когда мы этого не осознаем. Например, есть исследования с официантами: легкое прикосновение к руке или еще какое-то приличное касание — и они получают чаевые выше. Есть данные, что прикосновения в другому человеку повышают симпатию и чувство связи. В целом, позитивное социальное прикосновение вызывает выброс окситоцина — его называют "гормоном любви". Это и гормон, и нейромедиатор: он циркулирует в теле и передает сигналы между нейронами. Окситоцин — социальный "клей". Почему? Вероятно, потому что он вызывает выброс дофамина (и серотонина). А дофамин, как мы знаем, сообщает мозгу: "Это хорошо, сюда надо вернуться". Так что если кто-то делает вам массаж или обнимает вас, мозг выделяет окситоцин, за этим следуют выбросы дофамина и серотонин. И это сигнализирует обратно в мозг: "Это было полезно". Потому что опять-таки, 500 тыс. лет назад это было полезно для выживания. И сегодня мозг тоже говорит: "Это отличный признак, этот человек позаботится о тебе". Мозг таким образом может понять, что ваш романтический партнер надежен, что с ним можно, говоря научным языком, завести потомство. У окситоцина есть еще множество бонусов, кроме того, что он помогает формировать эту очень особенную связь между людьми. Он уменьшает воспаления, поддерживает иммунитет, усиливает рост костей, снижает социальную тревожность. Так что социальное прикосновение полезно мозгу и телу множеством способов. — Мы сегодня живем в мире, где можно оставаться на связи 24/7 и все равно чувствовать себя совершенно одиноким. Почему инструменты, изначально созданные для связи, те же соцсети, на деле углубляют изоляцию людей? — У меня есть теория, я называю ее гипотезой виртуального разъединения (virtual disengagement). Идея такая: когда мы общаемся лицом к лицу, почему наш мозг понимает, что я говорю с человеком, а не со стаканом воды? Потому что у объекта есть мимика, тон голоса, язык тела — социальные сигналы, которые мозг обучен распознавать. Есть данные, что распознавание этих сигналов активирует области эмпатии — понимание и разделение эмоций другого. Но в соцсетях в худшем случае вы видите просто текст. Твит — всего лишь текст, описывающий чувства. Социальных сигналов в нем нет: ни мимики, ни тона. Мозгу нечем активировать системы эмпатии. Поэтому мозг не обрабатывает это как полноценное социальное взаимодействие. И это в общем-то очевидно: листая ленту и видя 20 постов, вы не уходите с ощущением, что провели 20 разговоров с разными людьми. Вы получили социальную информацию, но мозг вовлекался не так, как при разговоре с реальным человеком. Есть данные, что онлайн мы получаем меньше "социального вознаграждения", что логично: мозг при этом не "видит" человека — он "видит" экран. Плюс моя теория утверждает, что если системы эмпатии не включаются, мы меньше принимаем эмоции другого и меньше заботимся о них. Отсюда — враждебность и агрессия, которую мы видим при общении в интернете. Ваш вопрос был про мой личный опыт в соцсетях: меня постоянно атакуют; люди ругаются у меня в комментариях, травят других людей. Но я не думаю, что эти люди такие же в реальной жизни. Просто онлайн они меньше понимают и чувствуют эмоции другого. Это как бросить дротик и отвернуться еще до того, как он попадет: вы не увидите боли, которую причинили. Примерно это и происходит. Соцсети позволяют "оставаться на связи", но не обеспечивают настоящей связи так, как ее распознает мозг. — Если кто-то в какой-то момент утратил чувство связи с другими людьми, можно ли "перезагрузить" этого человека? Может ли он снова стать более социальным и почувствовать себя лучше? — Да, можно. Но есть большое "но": это может быть трудно. Когда мы изолируемся от других людей, с нами происходит несколько негативных вещей. Наш мозг начинает иначе обрабатывать социальную информацию (точнее ее отсутствие): уровень "социального вознаграждения" снижается — выделяется меньше окситоцина при взаимодействии. Поэтому, выйдя в люди после долгой паузы, вы можете испытать меньше обычной радости. И это плохо, потому что, придя домой вы подумаете: "Фу, не хочу это повторять" — и провалитесь еще глубже в изоляцию. Второе: изоляция смещает фокус вашего мозга на негативные социальные сигналы. И поэтому вы чаще интерпретируете нейтральное сообщение как негативное или оскорбительное. Третье: у вас начинаются проблемы с доверием — вы меньше доверяете другим, они это считывают и в свою очередь меньше доверяют вам. То есть: выбраться из изоляции реально, но надо понимать: первые пару взаимодействий могут быть хуже обычного и не будут репрезентативны. Важно, , как вы будете себя чувствовать потом, на третьем, четвертом, пятом контакте. https://www.currenttime.tv/a/my-smotrim-v-telefon-kazhdyy-raz-kogda-nechego-delat-neyrouchyonyy-ben-rayn-o-sovremennom-odinochestve-lyudey-i-vrede-sotssetey-dlya-mozga/33573045.html https://www.currenttime.tv/a/my-smotrim-v-telefon-kazhdyy-raz-kogda-nechego-delat-neyrouchyonyy-ben-rayn-o-sovremennom-odinochestve-lyudey-i-vrede-sotssetey-dlya-mozga/33573045.html Thu, 01 Jan 2026 06:00:00 +0300 ИнтервьюВидео и статьиВыбор редакцииАктуальное 2025 год не оправдал многих надежд. Но на фоне военных конфликтов, природных катастроф и остальных плохих новостей – часто незаметно – происходили и другие вещи. И некоторые совсем скоро могут изменить нашу жизнь к лучшему. Причины для тихого оптимизма и гордости за людей – нашла Ксения Соколянская. Технология года – искусственный интеллектТрадиционно подводя итоги года, журнал Time назвал людьми 2025-го – архитекторов искусственного интеллекта, а ChatGPT стал самым загружаемым приложением в магазине Apple. В общем, если нужно выбрать одну главную технологию года – ей точно станет искусственный интеллект. У многих ИИ вызывает опасения. Дебаты о том, как использовать его этично, – будут идти еще долгое время, но в этом году стало окончательно ясно, что в ответственных руках – технология может спасать жизни. ИИ помогает придумывать новые лекарства, быстрее диагностировать редкие генетические заболевания, его встраивают в медицинское оборудование. Пару недель назад компания Филипс показала первый в мире КТ-аппарат с поддержкой искусственного интеллекта, который получает максимально подробные снимки с минимальным облучением. Конечно, пока такие аппараты не стоят в каждой больнице, а технологии не заменяют врачей. Но все это уже применяется в самых сложных случаях. И именно с таких точечных успехов обычно и начинается распространение новых медицинских технологий. Вообще, 2025 год стал прорывным для медицины не только благодаря ИИ. Впервые врачи в США сумели вылечить младенца с редким генетическим заболеванием с помощью редактирования генов. То есть, они создали специально для мальчика такой препарат, который смог устранить из его ДНК ген с мутацией. Технология называется CRISPR или "генетические ножницы" и врачи возлагают на нее большие надежды. Выросла средняя продолжительность жизни в миреСредняя продолжительность жизни в мире немного выросла. В Японии (мировом лидере по этому показателю) даже прошел первый в стране тематический саммит – The 1st World Longevity Summit. К огорчению некоторых, советов, как дожить до 150 лет, там не было. Зато много говорилось о том, как важно не только продлевать жизнь, но и сокращать разрыв между тем, сколько мы живем и сколько остаемся активными и самостоятельными. В совместной декларации были названы четыре важнейших условия для решения этой задачи. Два довольно очевидны – хорошее питание с упором на белок и клетчатку и физическая активность А еще – укрепление социальных связей и то, что японцы называют "Икигай" – буквально "смысл жизни", ощущение собственного предназначения. И это не просто красивая философия – исследование ученых из университета Корнуэла подтвердило: активная социальная жизнь замедляет биологическое старение. Солнечная энергия стала самым дешевым источником энергии в миреС момента подписания Парижских соглашений прошло 10 лет и, к сожалению, мир все еще далек от климатической безопасности. Но позитивные перемены произошли и в этой области. С начала года солнечная энергия начала опережать уголь и газ по популярности в Европе, а к концу 2025-го стала самым дешевым источником энергии в мире. Великобритания придумала и ввела инициативу, которая помогает бывшим сотрудникам нефтяной и газовой промышленности устраиваться на новые, более "зеленые" работы. В Лиссабоне на уровне целого города заработала система залоговых многоразовых стаканов. Одноразовая посуда, особенно стаканчики – один из главных источников мусора на городских мероприятиях и фестивалях. Кроме быстрой практической пользы власти города надеются, что это правило поможет сформировать в людях и другие более осознанные привычки. Лауреатка премии Amnesty International USA – Паштана Дуррани, афганская учительница и правозащитницаНо иногда власти не готовы начинать подобные инициативы самостоятельно. Во многих государствах по-прежнему ущемляются права граждан – вообще всех или отдельных групп. Но даже в таких условиях происходят невероятные перемены. В этом году одной из лауреаток премии Amnesty International USA стала Паштана Дуррани – афганская учительница и правозащитница. Она занималась образованием девочек еще до прихода к власти Талибана, а в 2021 году была вынуждена покинуть страну. Даже в изгнании не прекратила свою работу и теперь придумывает дистанционные и подпольные образовательные программы. Премию ей вручили за отважную защиту прав женщин и детей в условиях прямой угрозы. Давно известно, что образование девочек – один из самых надежных способов снизить бедность, детскую смертность и уровень насилия в будущем. Как говорит сама Паштана, вместе с образованием она хочет дать девочкам надежду. https://www.currenttime.tv/a/chatgpt-ikigay-pashtana-durrani-itogi-2025/33626600.html https://www.currenttime.tv/a/chatgpt-ikigay-pashtana-durrani-itogi-2025/33626600.html Tue, 30 Dec 2025 07:00:00 +0300 Выбор редакцииАктуальное Государственная Дума приняла законопроект, который меняет систему призыва в армию: это будет происходить круглый год. Отправлять к месту службы будут, как и прежде, два раза в год: с 1 апреля по 15 июля и с 1 октября по 31 декабря. Но приходить за мужчинами из военкомата будут весь год. https://www.currenttime.tv/a/prizyv-kruglyy-god-grigoriy-sverdlin/33539922.html https://www.currenttime.tv/a/prizyv-kruglyy-god-grigoriy-sverdlin/33539922.html Thu, 25 Sep 2025 06:16:08 +0300 Россия В первом чтении Государственная Дума России приняла законопроект, который меняет систему призыва в армию: отправлять к месту службы мужчин будут, как и прежде, два раза в год: с 1 апреля по 15 июля и с 1 октября по 31 декабря, однако сам призыв будет действовать круглый год: с 1 января до 31 декабря. Глава комитета Госдумы по обороне Андрей Картаполов заверил, что это делается для удобства самих призывников. "Проведение медосвидетельствования, профотбора и заседания призывных комиссий в течение года позволит равномерно распределить нагрузку на призывные пункты, на врачей, которые принимают участие в этом самом освидетельствовании. Да и сами граждане, призывники, могут спокойно и без лишней суеты, спешки и очередей пройти необходимые мероприятия", – заявил он. В интервью Настоящему Времени Григорий Свердлин, основатель проекта "Идите лесом", помогающего россиянам избегать службы в армии, пояснил, какие реальные мотивы скрываются за принятием нового закона и что это значит для россиян. – Для меня эта инициатива – это продолжение длинного ряда инициатив: в апреле 2023 года увеличили призывной возраст (поправки в закон, повышающие призывной возраст до 30 лет, были приняты в 2023 году, вступили в силу с 1 января 2024 года – прим. НВ). Тогда же был принят закон о об электронном реестре повесток. И следом: увеличение штрафов до 30 тысяч за неявку по повестке, огромные штрафы для юридических лиц за непредоставление сведений о своих военнообязанных сотрудниках и так далее. Круглогодичный призыв, запуск реестра электронных повесток – очевидно, все делается для того, чтобы людям все сложнее было уклоняться от службы в российской армии, чтобы можно было с меньшими усилиями призывать большее количество людей. – С чем связано принятие закона сейчас? – Конечно, это связано с войной: мы фиксируем все больше случаев, когда срочников заставляют подписывать контракт. Не говоря про случаи, когда в зону боевых действий отправляют никаких не контрактников, а тех самых срочников. Массово мы это видели в августе прошлого года, когда Украина наступала в Курской области. Тогда не хватало людей – срочниками затыкали все дыры. В том же 2023 году уже приняли закон, тоже объясняя заботой о людях и тем, что они откликаются на "запрос" из народных масс, что срочники смогут с первого же дня срочной службы подписывать контракт. Раньше можно это было делать только спустя три месяца после начала срочной службы. – Станут ли призывы жестче? – Отправлять на срочную службу будут также в рамках осеннего и весеннего призыва, но призывные мероприятия (медкомиссия, возможность задержать в рамках этих самых призывных мероприятий) будут размазаны по всему году. Если раньше было достаточно отсидеться с 1 октября по 31 декабря в рамках осеннего призыва, то теперь круглый год придется быть настороже. Что касается грядущего призыва, я уверен, что он будет еще более жестким, потому что это тенденция, которую мы фиксируем от призыва к призыву: каждый следующий призыв проходит со все большим количеством нарушений. Все больше облав, все больше случаев, когда людей в квартире кладут лицом в пол, призывают одним днем, что незаконно. Сейчас для пополнения рядов вооруженных сил, очевидно, власти считают, что все средства хороши. – Как вы считаете, может ли этот закон вызвать новую волну эмиграции из России? – Я не думаю, что конкретно эта мера вызовет какую-то новую волну эмиграции. Все-таки это не новая мобилизация, это закручивание гаек. Но, безусловно, люди встревожены. Мы в "Идите лесом" фиксируем все большее количество обращений последние два месяца с тех пор, когда в августе стали появляться сигналы, что запущен реестр повесток. Мне кажется, что следующая знаковая дата – когда реестр повесток не просто заработает (он уже заработал), а когда ограничения, которые были приняты в апреле 2023 года, начнут работать, то есть когда синхронизируют с реестром базы данных ГИБДД, налоговых приставов, погранслужбы. Может быть, это уже произошло, потому что уже были случаи, когда из Шереметьево не выпускали мужчину, говоря, что в компьютере видно, что он получил повестку несколько дней назад. Погранслужба, возможно, уже каким-то образом получает данные из этого самого реестра повесток. 1 октября начнется осенний призыв, и я думаю, мы быстро увидим, заработали ли синхронизации между базами. – Кто, в основном, обращается к вам, и чем вы сейчас можете помочь? – Большая часть обращений – от людей, которые никуда ехать не хотят или не могут. Они связываются с нами, еще не оказавшись в российской армии. Мы им помогаем оформить отсрочки, объясняем, как уклониться от призыва. Но с каждым там годом становится все сложнее, потому что власти, законопачивают дыры. Что касается тех, кому мы помогаем дезертировать и уехать из страны или прятаться на территории страны, – думаю, что [именно от этого закона] ничего не изменится, потому что дезертирство уже вне правового поля и чтобы затруднить дезертирство, нужны другие методы. 24 сентября в Госдуму внесли законопроект о дополнении статьи Уголовного кодекса о дезертирстве — по новой части, если воинскую часть покинул служащий, который заключил контракт в колонии или из-за уголовного дела, ему грозит от 10 до 20 лет заключения. Для "самовольщиков" или тех, кто симулировал ранения, чтобы уклоняться от службы, предусмотрены наказания до 12 лет колонии. https://www.currenttime.tv/a/osnovatel-idite-lesom-kruglogodichnii-prizyv-armiya-rossii/33539912.html https://www.currenttime.tv/a/osnovatel-idite-lesom-kruglogodichnii-prizyv-armiya-rossii/33539912.html Thu, 25 Sep 2025 06:15:52 +0300 АктуальноеРоссия В России завершился единый день голосования, который в большинстве регионов проходил три дня – с 12 по 14 сентября. Россияне выбирали 11 региональных парламентов, 19 губернаторов регионов и "губернатора" Севастополя в аннексированном Крыму, а также около 46 тысяч муниципальных депутатов. На выборах губернаторов везде победили действующие главы регионов или временно исполняющие обязанности губернаторов. Согласно официальным данным ЦИК России, самый высокий процент голосов получил глава Татарстана Рустам Минниханов – 88,2%, он возглавляет республику с 2010 года. Врио губернатора Курской области Александр Хинштейн получил 86,9% голосов, глава Ленинградской области Александр Дрозденко – 84,2%, врио губернатора Оренбургской области Евгений Солнцев – 83,8%, врио главы Еврейской автономной области Мария Костюк – 83%, губернатор Брянской области Александр Богомаз – 78,8%, "глава" аннексированного Севастополя Михаил Развожаев – 81,7% голосов. На выборах в региональные парламенты, по данным ЦИК, почти везде победила "Единая Россия", получив более 50% голосов. Только в Коми "Единая Россия" набрала 44,5% голосов (второе место КПРФ – 14,9%). В Костромской области "Единая Россия", по итогам обработки 100% протоколов, как заявили в ЦИК, получила 50,2% голосов (второе место у ЛДПР – 12,1%). Во время выборов наблюдались сбои в работе сайта Центральной избирательной комиссии. Глава ЦИК Элла Памфилова днем 14 сентября заявила, что "идут атаки на ресурсы ЦИК России". Она утверждает, что было около 290 тысяч атак на портал ЦИК России и более 300 на портал Дистанционного электронного голосования. ЦИК РФ пока не предоставил сведения об общей явке по итогам трех дней голосования. По предварительнным данным, самая высокая явка была в Еврейской автономной области – 73,1%. Центризбирком и МВД заявили об отсутствии серьезных нарушений, которые могли повлиять на результаты выборов. При этом в регионах жаловались на фальсификацию во время голосования. О массовых фальсификациях заявил кандидат в губернаторы Краснодарского края от КПРФ Александр Сафронов, в Новосибирске наблюдатели жаловались на покупку голосов, а в Липецкой области сообщалось о фальсификациях при надомном голосовании. Телеграм-канал "Выборы в деталях: Хроника" пишет, что на УИК №0223 в Липецкой области комиссия записала в итоговый протокол неправильные данные о голосовании за представителя КПРФ. По словам наблюдателя, он насчитал 147 голосов за кандидата от компартии, но в итоговом документе оказался всего 61 голос. На требование пересчитать бюллетени комиссия ответила отказом. Российский политик из Вологодской области Евгений Доможиров в комментарии Настоящему Времени сказал, что власти не заинтересованы в том, чтобы создавать сменяемость власти или политическую конкуренцию даже на региональном уровне. "Мне кажется, что вообще в России не сохранилось политики, и данную процедуру уже даже называть выборами в кавычках достаточно тяжело. Сейчас эта процедура, в которой фактически нет ничего похожего на реальное волеизъявление граждан. Потому что выборы – это не только три дня голосования, а выборы – это и процесс, который предшествует этому. А процесс сейчас выхолощен настолько, что даже подконтрольные Кремлю абсолютно лояльные партии выдвигают не кандидатов даже, а спойлеров, которые просто делают все максимально, чтобы не выиграть выборы, чтобы не составить, не дай бог, даже случайным образом какую-либо конкуренцию. И поэтому реальный интерес к выборам он отсутствует", – говорит Доможиров. Вместе с этим, отмечает политик, властям все еще необходимо устраивать выборы, чтобы подтверждать свою легитимность. "Всегда, в том числе диктатура, любит говорить о своей легитимности. А легитимность, как ни крути, а формально подтверждается именно на выборах. Она подтверждается выборами и референдумами, результатом, как это любят говорить, всенародного голосования. Поэтому и есть необходимость вот этот результат подтверждать, чтобы продолжать изображать, что существует некое подобие демократии или хотя бы неких демократических процедур. Это единственное то, что имеет значение", – сказал Доможиров. https://www.currenttime.tv/a/rossiya-vybory-gubernatory-parlamenty/33530652.html https://www.currenttime.tv/a/rossiya-vybory-gubernatory-parlamenty/33530652.html Mon, 15 Sep 2025 09:19:18 +0300 НовостиРоссияВыбор редакции Эксперт Польского центра восточных исследований и бывший директор информационного бюро НАТО в Москве Роберт Пшель рассказал Настоящему Времени, в чем необычность форума и как на саммите принимают украинскую делегацию https://www.currenttime.tv/a/nato-budet-v-horoshey-forme-na-gody-vpered-byvshiy-direktor-informatsionnogo-byuro-alyansa-v-moskve-robert-pshel-o-sammite-v-gaage/33453755.html https://www.currenttime.tv/a/nato-budet-v-horoshey-forme-na-gody-vpered-byvshiy-direktor-informatsionnogo-byuro-alyansa-v-moskve-robert-pshel-o-sammite-v-gaage/33453755.html Wed, 25 Jun 2025 06:35:00 +0300 Украина Курт Уолкер — американский дипломат, бывший постпред США в НАТО и спецпредставитель Госудепартамента США по вопросам Украины (2017—2019). В кулуарах конференции по безопасности GLOBSEC, которая проходила в Праге в июне, он рассказал Настоящему Времени о взглядах Трампа на войну в Украине и оценил перспективы летнего наступления России на украинском фронте и возможность заключения перемирия между Москвой и Киевом. "Трамп избегает жёсткой риторики, личной критики Путина, критики России, а также довольно часто обвиняет обе стороны (украинского конфликта). Полагаю, делая это, он пытается создать пространство, в котором можно втянуть Путина в переговоры и соглашение. Трамп действительно хочет закончить войну и не думает, что можно сделать это через персональные выпады или критику Путина, — объясняет Уолкер логику действий Трампа в отношении Путина. — Но Путин читает это как нечто совершенно противоположное тому, на что рассчитывает Трамп. И говорит: "Я могу продолжать, потому что не несу за это никакого наказания". "Думаю, что теперь Трамп осознал, что у Украины больше возможностей и больше решимости, чем он думал. А у Путина — чуть меньше. И у Украины больше изобретательности в ведении боевых действий", — также замечает Уолкер, рассуждая о войне в Украине. "Трамп хочет Нобелевскую премию мира"— Вы хорошо знаете президента Трампа. А с Путиным вы встречались лично? — Во времена Буша я участвовал в переговорах с ним. — Насколько хорошо его знают в Белом доме? Например, на днях Дональд Трамп высказался об безразличном отношении Владимира Путина к смерти очень, очень многих солдат. И это прозвучало гораздо сдержаннее, чем в то время, когда он только вернулся в Белый дом. Что думает Трамп? Понимает ли он, кем является Владимир Путин и чем является эта война? — К сожалению, вы никогда не услышите чётких формулировок от президента Трампа или членов его кабинета о том, что делает Россия. Путин выражается намного яснее, чем администрация США. Он говорит, что пытается устранить "фашизм" или "нацизм". Что он должен "демилитаризовать" Украину. Что Украина не является отдельным суверенным государством, и что у нее нет отличной от российской национальной идентичности. Он предельно ясен. У него имперское и геноцидное мышление. Но вы не услышите, чтобы администрации США говорила о Путине в таких выражениях. Я думаю, что Марко Рубио, государственный секретарь, осознает это — но в частном порядке. — Но публично Рубио, например, недавно поздравил россиян с Днём России… — Да, но в поздравлении не упоминалось правительство. Это был тонкий дипломатический ход. Такой текст – своего рода способ Госдепартамента показать своё несогласие, не переходя красные линии. Я уверен, что это было сделано намеренно. В его поздравлении не упоминается Путин, не упоминается премьер-министр, не упоминается никакое правительство. Там говорится о "российском народе". Так что, я думаю, это было намеренно написано так, чтобы им это сошло с рук. — Вы много говорите о том, почему Трамп может откладывать введение санкций, в том числе против России. Но также вы утверждаете, что это заставляет его выглядеть слабым или слабее. — Да, это так. — Но мы видели в прошлом, как Трамп терял интерес к определённым темам, когда в них не было быстрого развития. Например, история с Гренландией. Не может ли быть, что и в этот раз? Что с Россией и мирным соглашением произойдёт то же самое? — Ну, Трамп многое поставил на это. Во время кампании и в первые четыре-пять месяцев своего президентства он всё время говорил об этом (мире в Украине). Он действительно хочет, чтобы боевые действия (в Украине) прекратились, и он хочет получить Нобелевскую премию мира. А потом, я думаю, он хочет вести бизнес с Россией. Он хочет достичь положения, когда можно будет снять санкции и начать зарабатывать. А пока Россия продолжает атаки на Украину — этого не произойдёт. И я думаю, это его сильно раздражает. Так что я думаю, для него это важно. Это совсем не то, что было в первый срок. В первый срок, когда я был специальным представителем по Украине, у меня было много свободы. Я мог работать с членами кабинета, Джимом Маттисом в Пентагоне, (Рексом) Тиллерсоном (госсекретарь США с февраля 2017 года по конец марта 2018 года, затем с Майком Помпео (госсекретарь США с апреля 2018 по январь 2021 года) в Госдепе, советником по нацбезопасности, и продвигать вопросы по Украине. И мне почти никогда не приходилось обращаться к президенту, разве что для конкретной встречи с конкретной целью, как, например, для его встречи с Порошенко в ООН. И мы использовали эту встречу, чтобы добиться от Трампа одобрения решения о передаче "Джавелинов" Украине. Но в целом это не было его приоритетом в 2017–2018 году. Сейчас война в Украине — это его (Трампа) приоритет. И это полностью меняет работу администрации. Никто, ни госсекретарь Марко Рубио, ни министр обороны Пит Хегсет, никто не может озвучить позицию США по Украине, если Трамп ещё сам этого не сказал. Он управляет этим лично. "Путин и Кремль слушают абсолютно все, что говорят все западные лидеры"— А что насчёт Владимира Путина? Он явно пока не заинтересован в прекращении огня в Украине. — Возможно, он придёт к этому. Я думаю, что если он прожжёт свои валютные резервы до уровня около десяти миллиардов долларов, это начнёт представлять риск для функционирования российского государства. И я думаю, что даже Владимир Путин, с его историческим нарративом, искажённой идеологией и повесткой… Как бы им это ни управляло, если это поставит под угрозу российское государство, я думаю, он будет искать перемирие. — Именно об этом вы говорили на GLOBSEC, конкрентно на панели "Война России против Украины: перспективы мира"... — Я считаю, что существует реальная перспектива прекращения огня, если мы ужесточим санкции против России и продолжим поставки вооружений Украине. Россия сжигает свои финансовые ресурсы, чтобы поддерживать эту войну. Она теряет людей и технику. Поэтому, думаю, к осени Россия будет нуждаться в прекращении огня. Если Путин попытается провести летнее наступление и не добьётся успеха, он увидит, что война затягивается. И тогда, возможно, мы сможем договориться о перемирии. Но я не ожидаю мирного соглашения (по Украине). Не думаю, что Путин когда-либо откажется от своих требований, откажется от аннексии украинских территорий, смены власти в Украине. Он будет продолжать отказывать Украине в праве иметь армию, будет продолжать требовать запрета на поддержку Киеву со стороны Запада, будет требовать запрета членства Украины в НАТО и ЕС и так далее. Он никогда не откажется от этих требований, а на них никто не согласится. Поэтому мы, скорее всего, получим прекращение огня и очень напряжённое противостояние. В котором Украина и Запад будут сдерживать будущие атаки и усиливать обороноспособность Украины — несмотря на то, что часть страны будет оккупирована. — До возвращения Трампа в Белый дом российская политическая элита провела довольно долгое врем в некоторой изоляции. Факт того, что Трамп снова разговаривает с Путиным, вызывает, если позволите, спорную реакцию. Зачем снова делать персону нон грата уважаемой? И, опять-таки, госсекретарь Марко Рубио с этим обращением и поздравлением российского народа. Может ли быть у этого и другая сторона? Сторона, где Кремль начинает более внимательно прислушиваться к тому, что говорят на Западе? — Путин и Кремль слушают абсолютно все, что говорят все западные лидеры. На 100%. И они всегда это делали. В этом нет ничего нового, что они делают это и при Трампе. Они, наверное, довольны, что Трамп избегает жёсткой риторики, личной критики Путина, критики России, а также довольно часто обвиняет обе стороны. Они, наверное, довольны этим. И я думаю, что русские, то есть Кремль, смотрят на это и говорят: "У нас зелёный свет. Мы можем продолжать делать то, что делаем". Трамп, полагаю, делая это, пытается создать пространство, в котором можно втянуть Путина в переговоры и соглашение. Он действительно хочет закончить войну и не думает, что можно сделать это через персональные выпады или критику Путина. Так что я думаю, у Трампа свои причины — он хочет заключить сделку. Но Путин читает это как нечто совершенно противоположно тому, на что рассчитывает Трамп. И говорит: "Я могу продолжать, потому что не несу за это никакого наказания". — То есть мягкий сдвиг в риторике, когда Трамп говорит, что он боится, что Путину "наплевать на людей", которых он потерял в Украине: можно ли сказать, что это чем-то отличается от того, что было в начале его второго срока, или этого недостаточно? — И да, и нет. Я думаю, что он как бы увидел достаточно в своём втором сроке, чтобы понять, что Путин — жестокий, что он убивает украинских мирных жителей, атакует украинские города. И понять, что Украина действует очень точно и изобретательно, атакуя российские военные объекты, даже в глубине России, и что они не бьют по российским гражданским. И я думаю, он это понимает. И он сказал, что Путин — убийца. Это то, кем он является. Но также Трамп говорит, что с ним нужно разговаривать, если хочешь остановить это (войну). Так что он всё ещё считает, что с Путиным нужно взаимодействовать. Но я думаю, он уже более реалистичен в отношении того, что Путин на самом деле делает. Также раньше он говорил, что Украина — это более слабая сторона, и он не понимает, почему они сражаются так, как они сражаются, если они всё равно проиграют. Я думаю, что теперь он … не хочу сказать впечатлён, но осознал кое-что. Что у Украины больше возможностей и больше решимости, чем он думал. А у Путина — чуть меньше. И у Украины больше изобретательности в ведении боевых действий. Так что это не будет поражением для неё. "Мы никогда не действовали по-настоящему серьезно с санкциями"— Один из главных ваших тезисов — необходимость усиления давления на Владимира Путина. Вы известный сторонник санкций. Но после трёх лет полномасштабной войны некоторые относятся к ним с известным скепсисом. Несмотря на жёсткие (санкционные) меры (со стороны Запада) Россия адаптировалась, особенно в нефтегазовой сфере — с ее "теневым флотом" и другими средствами. Как вы считаете: какие санкции против России нужны и будут работать? — Прежде всего, у людей есть полное право на скепсис. Но по другой причине. Проблема не в том, что Россия игнорирует санкции. А в том, что Запад никогда не был настроен по-настоящему серьёзно. Во времена администрации Байдена, например, каждые шесть месяцев российские банки освобождались от санкций, когда это касалось оплаты энергоносителей. В чем тогда смысл есанкций, если вы будете вводить исключения для наиболее прибыльных для России сфер? Мы никогда не вводили вторичные санкции. Страны покупают российскую нефть, слегка её перерабатывают и перепродают, и мы закрываем на это глаза. Мы никогда не действовали по-настоящему серьезно. Сейчас обсуждаются вторичные санкции, суда, теневой флот — вот это будет иметь серьезное значение. — А кто принимает решения о "серьезных" санкциях? Где это должны сделать, в Брюсселе, в Вашингтоне или где-то еще? — Это интересно. Во-первых, европейцы — например, Фридрих Мерц, канцлер Германии или Урсула фон дер Ляйен, президент Европейской комиссии. Они говорят, что готовы делать больше, но вместе с США. То есть, без США они этого делать не будут. А жаль, потому что реализация санкций со стороны Европы, вероятно, даже важнее, чем со стороны США. — Почему? — Потому что Европа экономически больше связана с Россией. США, на самом деле, почти не связаны с Россией. Это первое. Второе: сейчас у нас есть республиканцы и демократы в Сенате и Палате представителей, которые подготовили законопроект по введению этих вторичных санкций, готовый к утверждению. И число сенаторов, выступивших его соавторами, если я не ошибаюсь, 84. Это намного больше, чем нужно, чтобы преодолеть вето. Так что Сенат может это продвинуть, и Палата представителей тоже. Трамп не наложит вето на этот законопроект, а если и наложит, оно будет преодолено. Трамп даже может использовать этот законопроект, чтобы укрепить свои позиции в переговорах с Путиным, мол: "Я дал все возможности для перемирия, ты их не использовал, и вот, что мы теперь имеем". И тогда реализация санкций, утвержденных Конгрессом, будет зависеть от президента Трампа, а это уже другой вопрос. Но мы пока не видим его приверженности этому. "В том, что Путин делает, не было тайны. Но были люди, которые хотели верить, что мы ещё можем работать с Россией"— В ваших интервью и публичных выступлениях вы иногда говорите, что и Европейскому союзу, и Соединённым Штатам всё ещё нужно кое-что понять о России. Например, что Владимир Путин не собирается заканчивать эту войну. Или что европейские страны долгое время находятся в состоянии гибридной войны с Россией. Путин находится у власти 25 лет. Это четверть века. И за это время мы видели много агрессии, и внутри России, и в ее внешней политике. Почему за это время не все поняли, кем является Владимир Путин? И что нужно, чтобы это осознание наконец произошло? — Отличный вопрос. Потому что с Путиным все было предельно ясно. Начиная с выступления на Мюнхенской конференции по безопасности в 2007 году, когда он отверг послевоенное мирное урегулирование в Европе, архитектуру безопасности Европы. Он хотел её переписать. Он в одностороннем порядке вышел из договоров по контролю над вооружениями, таких как ДОВСЕ, и из соглашений по прозрачности, таких как "Открытое небо" и Венский документ ОБСЕ 2011 года. Затем он затем вторгся в Грузию в 2008 году и до сих пор оккупирует 20% её территории. Прошло всего шесть лет с 2008 по 2014 год, и он вновь вторгся – на этот раз в Украину. И всё это время он активно восстанавливал военные и разведывательные возможности России, приближая их к советскому уровню. В том, что он делает, не было никакой тайны. Но были люди, которые хотели верить, что возможно мы всё ещё можем работать с Россией – из-за бизнеса, энергетики, "Северного потока", "Мерседесов", "Боингов", титана. Я бы хотел сказать, что эти люди были в основном в Европе, но это будет нечестно, потому что я вспоминаю президента Обаму, который тоже хотел верить, что не все так буквально. И хотел перейти к какому-то постмодернистскому формату отношений с Россией, – И даже последние три года войны в Украине это не изменили? – Это изменилось. Сейчас в Европе много людей, которые говорят: "Мы не можем вернуться к этому. Мы поставили себя в зависимость от России, и мы не можем допустить этого снова". И некоторые из этих бизнес-проектов уже не вернутся. Я думаю, европейцы это осознали. Но администрация Трампа — нет. Администрация Трампа во многом находится там, где была администрация Обамы. Они хотят закончить эту войну. Они хотят снять санкции и вернуться к нормальному состоянию. – Я смотрела вашу речь на форуме в Будапеште. Вы говорите там о важных вещах. Например, вы сказали, что то, что делает Владимир Путин в Украине - это чистое зло, и что вы видите свою миссию, свою, ЕС, НАТО, Соединённых Штатов, в противодействии ему. Но дальше вы сказали, я хочу процитировать: "Я боюсь, что нам бы хотелось отдохнуть". Считаете ли вы, что это желание, эта усталость — причина того, что война всё ещё продолжается? – Это не усталость. У нас нет права быть уставшими: мы почти ничего не делали. На этом же форуме я процитировал бывшего председателя Комитета по международным делам Палаты представителей Тома Лантоса, который до переезда в США был членом венгерского сопротивления, выжившим в Холокосте. И он сказал: "Вуаль цивилизации тонка, как бритва, и мы – её стражи, и мы не можем отдыхать". И, выступая, я сказал: я думаю, нас всех искушает желание отдохнуть. И говоря это, я имею в виду, что у всех нас есть другие вещи, которые мы хотим делать. Мы хотим строить нашу экономику, хотим отдыхать в отпуске, хотим развивать технологии. Мы не хотим сталкиваться со злом, и мы не хотим останавливать агрессора. Это сложно и неприятно. То, о чем говорил Том Лантос, он сказал это, по-моему, в 70-х годах XX века. Но об этом важно помнить, потому что это – естественное искушение людей в целом. И если мы не осознаем всю серьёзность ситуации, мы поддадимся этому искушению. Поэтому важно понимать, что то, что делает Россия – это не только атаки Украины ради территории. Это и похищения людей, терроризм, убийства мирных жителей. Это зло, тип поведения, который не прекращается. Его нужно останавливать. – Как вы думаете, вас слышат, и достаточно ли людей, которые это понимают? – Я не знаю. Однажды, вы, возможно, помните, было предложение от администрации Трампа Украине, где говорилось: "Мы не просим Украину признать Крым российским, но США признают его российским". И тогда я просто заметил, по-моему, это было в интервью для Newsmax, или может быть Fox, что это просто заставляет США выглядеть глупо. Это не наша территория. Это не Россия. Украина не признаёт эту территорию российской. И никто другой не признает её российской. Так что, если США это сделают, это просто выставит нас оторванными от реальности, сделает нас смешными. И с тех пор я не слышал, чтобы это предложение повторялось. Я не знаю, сыграла ли роль вся критика, или тот факт, что люди вспомнили Декларацию Помпео 2018 года, где мы чётко обозначили свою политику по отношению к аннексии Крыма, или что-то ещё. Но мне показалось, что мы, те из нас, кто комментирует ситуацию с Украиной, по крайней мере, смогли это плохое предложение "похоронить". https://www.currenttime.tv/a/kurt-uolker-tramp-deystvitelno-hochet-chtoby-boevye-deystviya-v-ukraine-prekratilis-i-hochet-nobelevskuyu-premiyu-mira-/33446731.html https://www.currenttime.tv/a/kurt-uolker-tramp-deystvitelno-hochet-chtoby-boevye-deystviya-v-ukraine-prekratilis-i-hochet-nobelevskuyu-premiyu-mira-/33446731.html Wed, 18 Jun 2025 07:00:00 +0300 ИнтервьюВидео и статьиРоссияУкраинаЕвропаАмерикаВыбор редакцииАктуальное 12-14 июня 2025 года в Праге проходил саммит GLOBSEC, неправительственной организации, которая занимается вопросами мировой безопасности. Украина была представлена на нем большой делегацией, а вопросы войны в Украине занимали значительную часть в повестке форума. Глава украинской делегации в Парламентской ассамблее НАТО и замглавы комитета Верховной Рады Украины по обороне Егор Чернев рассказал Настоящему Времени в кулуарах форума, какие вопросы в Праге поднимала Украина и как идут переговоры с США о новых поставках вооружения Киеву. Также он говорит о мобилизации в Украине и о том, какое западное оружие разочаровало солдат ВСУ. "Когда мы полгода ждали пакет помощи от США, это дало толчок развитию дронов как альтернативы снарядам"– Расскажите, пожалуйста, о задачах Украины и вашей делегации на GLOBESEC. – Мы сейчас используем максимально любые возможные ивенты для того, чтобы донести свою позицию. То, что происходит в Украине – это очень далеко от готовности России закончить эту войну. Это более похоже на эскалацию и на новые волны нападения, атак на поле боя. Конечно же, с нашей стороны мы хотим максимально объединить наших партнеров в Европе – прежде всего, имея в виду определенную турбулентность американских партнеров. – После недавней встречи парламентской ассамблеи НАТО вы сказали, что с европейцами у вас "полное взаимопонимание", а с американцами "продолжим работать". Как вы собираетесь продолжать работать с нынешней администрацией Трампа? Потому что, насколько я понимаю, сейчас поставки оружия, которое получает Украина, продолжаются еще из того пакета, который был выделен президентом Байденом... Ведется ли какая-то коммуникация по поводу нового пакета? Чем вы можете поделиться по этому поводу? – Коммуникация, безусловно, ведется. Мы продолжаем работать с нашими партнерами в Конгрессе Соединенных Штатов, в обеих палатах, с обеими партиями. И я вам скажу, что мы все еще имеем огромную поддержку. Вы видели цифры по тому, кто готов поддержать новый законопроект по поводу санкций в Сенате. Это уже 82 сенатора из 100. Мне сказали, что в нижней палате у него будет более 300 голосов. Проблема лишь в том, что нужно, этот законопроект, как они это говорят, "вынести в зал", вынести on the floor. А это должен сделать спикер. И вот пока готовности спикера ни одной, ни второй палаты сделать это нет, потому что они, в общем-то, работают в линии Белого дома. Ожидать, что будет какая-то инициатива с их стороны, я думаю, что пока не стоит. Но, опять-таки, абсолютную поддержку обеих партий мы имеем. – Еще вы после этой встречи в Парламентской ассамблее НАТО сказали, что впервые за три года большой войны украинскую делегацию "холодно встретили". Или это была эмоциональная реакция сразу после? — Это скорее была формальная рабочая встреча. Я не могу сказать, что это была смена нарративов. Но раньше были встречи теплее. Я думаю, что это было именно из-за формальности этой встречи. Потому что разговаривая после один на один с теми, кто был на встрече, я слышал немножко другую тональность и другие слова. Возможно, они оглядываются все-таки на администрацию Трампа и не хотят быть скомпрометированы, что ли. — Мы вчера здесь же, на GLOBESEC, разговаривали с Куртом Волкером (специальный представитель Госдепартамента США по вопросам Украины в 2017—2019 годах), который сказал, что ему кажется, что даже госсекретарь Марко Рубио в личных разговорах достаточно категоричен и прозрачен. Но существует еще некоторый барьер, который никто в администрации президента в Белом доме не готов перешагнуть для того, чтобы это было публично... — Насколько я понимаю, разговаривая с некоторыми конгрессменами, которые делились со мной, Рубио пришел из Сената в Белый дом. И Рубио, и (Кит) Келлог (нынешний спецпосланник США по вопросам Украины), наверное, владеют наиболее полно и объективно ситуацией о том, что происходит в Украине. И они пытаются эту точку зрения донести в Белый дом, но их присутствие и влияние лимитировано. Вот в этом, наверное, основная проблема. Но, опять-таки, очень сложно, мне кажется, пробиться в этом информационном облаке с действительно реальными объективными месседжами. — Что вы можете сказать про министра обороны США Хегсета? Он говорит, что США могут сократить финансирование помощи Украине. Есть какая-то идея, как к этому можно подготовиться? — Я могу напомнить вам, как мы выходили из этой ситуации год назад, когда в течение полугода ждали пакета помощи от Соединенных Штатов. И именно это дало толчок развитию дронов на поле боя, как альтернативы снарядам. Я подвожу к тому, что, конечно, мы должны сейчас больше рассчитывать на собственные силы и на силы наших союзников в Европе. Что, в общем-то, мы и делаем. Мы вырастили наше внутреннее производство (оружия) в 35 раз, если сравнивать с 2022 годом. Но, к сожалению, мы не можем дофинансировать это самостоятельно. На сегодняшний день объем того, что мы можем производить, от дронов до артиллерийских систем и бронированных автомобилей, общий объем — $35 млрд. Мы можем финансировать своим бюджетом сейчас примерно 50-55% от этого. Именно поэтому мы обращаемся к нашим партнерам. Мы говорим: финансируйте, пожалуйста, напрямую наше производство. Да, вы не можете быстро масштабировать то, что вы производите, но вы можете быстрее, дешевле и в соответствии с теми требованиями, которые необходимы на поле боя сейчас, с реалиями, производить это в Украине, финансируя нас! Мы имеем датскую модель, мы имеем нидерландскую модель. Достаточно стран уже сейчас подключилось к этому. "Европа, наконец-то, реально просыпается: поняла, что может остаться один на один с Россией"— Скажите, а вот решение об увеличении расходов НАТО на оборону — это хороший знак для Украины? — Я считаю, что это хороший знак для Украины и для самой Европы, потому что Европа, наконец-то, реально просыпается. — Только сейчас? — К сожалению. Мне кажется, что после холодного душа от вице-президента США Джи Ди Вэнса на Мюнхене, на Мюнхенской конференции они действительно зашевелились. При том, что мы об этом говорим еще с 2022 года, а может быть, еще раньше. И говорим о том, что это не только про Украину. Говорим, что это в том числе, угроза и вашим европейским странам, и НАТО. Я вам скажу, что я вижу это изменение между тем, как нам давалась помощь в 2022-23 годах, и как это происходит сейчас. Тогда это была больше такая эмоциональная привязанность, разделение наших ценностей и так далее. Сейчас это необходимость собственной защиты, и они (в Европе) это понимают. Потому что, действительно: они могут быть все следующими. Поэтому да: увеличение бюджетов под давлением Трампа, но, тем не менее, это все равно суверенные решения каждого государства. Это плюс для нас, потому что это увеличивает, в том числе, производственные мощности по военному производству, которые могут и будут помогать Украине. — Я часто задаю этот вопрос, и на этом форуме в том числе: не до конца понятно, почему это происходит только в 2025 году, когда Владимир Путин у власти находится уже 25 лет, это четверть века. За это время очень много агрессии было, как внутри России, так и во внешнероссийской политике. Я понимаю, что у всех были сильные экономические интересы. Но с момента начала полномасштабной войны в Украине, почему это осознание, почему это пробуждение, как вы сказали, происходит только в 2025 году? — Потому что Европа наконец-то поняла, что может остаться один на один с Россией. Что она может остаться без вот того "зонтика" безопасности, которым она пользовалась в течение долгих десятилетий с момента создания НАТО. Пользовалась, как и Канада, в общем-то. ОК, до 1990-1991 года были достаточные бюджеты на финансирование армии в европейских странах. Но, начиная с 1991 года, все эти бюджеты были порезаны, армии были порезаны, сокращены, вооружение вывезено. И, собственно, вот эти ресурсы перенаправлены были в экономику. Европа, соответственно, получила этот расцвет, экономический рост. И они думали, что это будет продолжаться, в общем-то, постоянно. При Байдене они, собственно, не особо переживали, потому что думали, что ничего не случится. Но пришел Трамп. Другая проблема, как вы говорите абсолютно правильно, – экономические связи (Европы) с Российской Федерацией. Им не очень хотелось отказываться от дешевого газа и нефти в пользу каких-то, как они думали, эфемерных угроз безопасности. И вот сейчас им приходится делать это болезненно и быстро. "Были большие ожидания от снарядов с GPS-наведением, но они сбоят"— Вы ведете не только дипломатическую работу, хотя, наверное, нашим зрителям можете быть известны, в первую очередь, как дипломат. Вы часто ездите на фронт. Расскажите, пожалуйста, видели ли вы своими глазами, как используется то оружие, которое вы получаете от западных партнеров? Можно ли как-то это сравнить с началом войны в 2022 году? Расскажите про свои впечатления. — Кроме того, что я там вижу своими глазами, мы стараемся и наших партнеров привозить туда, чтобы они могли самостоятельно убедиться в том, что мы это используем, посмотреть, как мы это используем. И самое важное — пообщаться с теми ребятами, которые это используют. Танки, бронемашины, артиллерийские системы. Чтобы они могли получить фидбэк, который потом они повезут в свои страны. У нас есть линия с Министерством обороны, конечно же, как улучшить эффективность, повысить эффективность той или иной системы вооружений, военного оборудования. Но, тем не менее, за три года много что поменялось, опять-таки, в использовании этого вооружения. Что-то стало абсолютно бесполезным, что-то не пошло именно на поле боя. — Например: что именно не пригодилось или перестало быть полезным? — Скажем так: были достаточно большие ожидания от, например, снарядов с GPS-наведением, которые бы поражали цели очень точно, российские цели. Но GPS-наведение, в общем-то, достаточно легко jamming, что называется, в него системам РЭБ легко внести определенный сбой. И, соответственно, этот снаряд перестает быть эффективным. Более того: этот снаряд стоит огромное количество денег. И, когда мы передаем такие отзывы партнерам, они тоже делают выводы: либо снимают его с производства, либо донастраивают так, чтобы он не был подвержен влиянию РЭБов или чего-то еще. Роль танков снизилась очень намного. Потому что сейчас невозможно работать танком из открытых позиций: он будет уничтожен очень быстро FPV-дронами или бомберами, и так далее. Но это работает в обе стороны. У нас есть определенная kill zone, что называется, в которой сейчас в принципе невозможно встретить какую-то боевую машину — потому что она сейчас больше является целью, чем инструментом защиты. — Могу спросить у вас про операцию "Паутина"? Потому что она была успешной для ВСУ, но при этом Россия довольно быстро после нее стала активно обстреливать Украину. Что вы об этом думаете? — Украина за три года полномасштабной войны, за три года отражения полномасштабной войны со стороны Российской Федерации имеет достаточное количество успехов в воздухе. Мы сбивали два (самолета-радара) А-50, стратегические бомбардировщики. Все это, конечно же, влияет на их (российских ВВС) способности, но не устраняет, к сожалению, на сегодняшний день, возможность и дальше бить по нашим городам. "Паутина" сокращает их возможности, и я уверен, что это не последняя операция, которая будет проведена. Я считаю ее успешной, потому что те самые Ту-95, которые были уничтожены, они в том числе использовались для нанесения ударов по Украине. Сейчас мы видим, что они раньше поднимали больше бортов для таких ударов, но при этом у них было меньше ракет на каждом борту. Сейчас они поднимают меньше бортов, но они несут больше ракет. То есть все равно такая операция как-то это на них влияет. Достаточно ли одной операции для того, чтобы остановить вообще удары по Украине? Пока недостаточно, но мы оставляем за собой право уничтожать их ресурсы. Они начинают вести атаки еще более ожесточенно. Но это вроде как та реакция, которую можно ожидать после каждой успешной операции. Они в очередной раз показывают, что они террористы. Если мы бьем по их военным целям и ресурсам, они бьют по нашим городам и по жилым кварталам. Ничего нового мы не получили. Это то, что они могут и то, что они делают, терроризируя украинский народ. Но я уверен в том, что это не приведет ни к какому результату. — Как вы думаете, в Вашингтоне видят, насколько по-разному Украина атакует цели внутри России, и как Россия ведет свои атаки по Украине? — Я уверен, что да. Более того: я когда разговаривал в Соединенных Штатах в том числе с Госдепартаментом, и они это сами говорили. Это было до "Паутины", но тем не менее, это было уже после предложенного перемирия Соединенными Штатами, где мы сказали: хорошо, мы готовы к переговорам. Но при этом Россия продолжала (бить по городам). И вот оценка Соединенных Штатов наших действий была в том, что мы делаем 10 из 10 для того, чтобы действительно показать свою готовность к перемирию и к будущему миру. При этом Россия ведет себя абсолютно неподобающе, условно говоря, для начала хотя бы мирных переговоров. "Я против "бусификации", но мы уже исчерпали ресурс добровольцев"—Расскажите, пожалуйста, про законопроект, который в первом чтении был недавно принят, разрешающий подписывать контракты с ВСУ для людей 60+, которые хотят служить. Вы лично поддерживаете эту инициативу? — Я поддерживаю. Более того, это были запросы от таких людей, которые хотят быть в рядах вооруженных силах Украины. Это скорее про людей, которые имеют большой и очень специфический опыт. Например, какие-нибудь техники. Узкие специалисты. Их точно можно и нужно использовать. Более того, я же говорю, есть такие запросы от самих людей, что они хотят быть полезны и будут там. — Мобилизация в Украине. Вы неоднократно говорили о том, что она нужна. Хочется спросить о том, каким образом можно мотивировать людей, которые попадают под мобилизацию? Что может со своей стороны сделать государство, правительство для того, чтобы люди, которые попадают под мобилизацию, были преданы службе? — Я думаю, что основное... Во-первых, нужно понимать, что это не желание, а обязанность — защищать свою страну. Я это обязательство выполнял в 2014 году, будучи солдатом-добровольцем. Вопрос в том, что сейчас, как мы можем сделать эту процедуру, наверное, неправильно говорить "комфортной", но приемлемой для мобилизованного. Например дать ему выбор, куда ты можешь попасть, чем ты можешь заниматься, в какое подразделение и с каким командиром ты хочешь попасть. Потому что ты знаешь, что там будут нормально относиться к тебе, потому что твой опыт гражданский будет учтен — например, для создания новых видов оружия. — Кажется, что если человека поймали на улице, то будет сложно его замотивировать, быть полезным... — Я во-первых, против условной "бусификации". Но мы видим лишь одну сотую, тысячную, не знаю какую часть того, что происходит в мобилизации. 99% людей приходят самостоятельно. Но вот эти вот кейсы, когда людей ловят на улице, да, они появляются. Мы с ними боремся, но, к сожалению, такое есть. Но основная часть людей — это такие, что вот им пришла повестка, м они приходят. Мы уже исчерпали ресурс добровольцев, которые шли без повесток. Но, я думаю, что сейчас до сих пор есть достаточно большое количество людей, среди моих знакомых в том числе, которые говорят: смотрите, я прятаться не буду, но я жду. Придет моя очередь, и я пойду. И таких людей достаточно много. Иногда это играет плохую шутку. Потому что повестки приходят некоторым очень важным людям, которые задействованы в разработке, например, нового оружия, какому-то конструктору, и мы их теряем. Потому что они решают, что они пойдут в армию. У нас есть бронь, но это все равно там решение человека, он сам решает остаться ему на гражданке и выполнять то, что он делает, либо идти в войска. https://www.currenttime.tv/a/evropa-nakonets-to-prosypaetsya-ponyala-chto-mozhet-ostatsya-odin-na-odin-s-rossiey-chlen-komiteta-verhovnoy-rady-po-oborone-egor-chernev/33444319.html https://www.currenttime.tv/a/evropa-nakonets-to-prosypaetsya-ponyala-chto-mozhet-ostatsya-odin-na-odin-s-rossiey-chlen-komiteta-verhovnoy-rady-po-oborone-egor-chernev/33444319.html Tue, 17 Jun 2025 07:00:00 +0300 УкраинаВидео и статьиИнтервьюВыбор редакцииАктуальное