Настоящее Время

"Кто знает, чего от них ждать?" Репортаж из Псковской области, где жители села вышли протестовать против соседства с подопечными интерната

Текст и фото: Алексей Сабельский

16 ноября 2020 года

В начале ноября жители псковского села Середка высказались против соседства с воспитанниками психоневрологического интерната в одной из квартир в трехэтажном доме – и даже вышли на народный сход. Корреспондент Настоящего Времени отправился в Псковскую область, чтобы выяснить, как людей с ментальной инвалидностью учат жить вне интернатов и почему не все этому рады

Порхов, Псковская область. Одноэтажный деревянный дом, внутри хорошо натоплено. Повсюду – коробки с нитками, лоскутками и веревочками, на стенах висят созданные из них поделки.

"Мы организовываем ярмарки перед праздниками. Иногда получше, иногда похуже, но идет торговля. К новому году снеговичков делаем разных, иногда бычков. Раньше, когда не было мастерских, с ребятами все равно надо было заниматься. Мы отправляли свои изделия в Москву, там уже волонтеры подключались к этому процессу. И там, конечно, хорошо продавали, к нам уже ничего не возвращалось", – рассказывает педагог Светлана Никандрова. Здесь, в мастерской, она выполняет роль мастера цеха.

Порхов не по дороге в Середку, которая попала в новости из-за народного схода против сопровождаемого проживания людей с ментальной инвалидностью в одной из квартир. Но писать про подопечных психоневрологических интернатов в Псковской области и не заехать в Порхов просто нельзя: здесь уже несколько лет люди из ПНИ учатся жить самостоятельно как раз в таких социальных квартирах.

Порхов. Дом, в котором расположена мастерская "Ростка"

Мастерскую в Порхове оборудовала местная благотворительная организация "Росток". Помимо нее есть еще столярная, гончарная и свечная мастерские. Кроме того, "Росток" содержит четыре социальные квартиры в Порхове и деревне Федково. Технически это обособленные частные дома, каждый из которых рассчитан на четырех человек. В них селятся и по несколько лет живут воспитанники Бельско-Устьинского детского интерната для умственно отсталых детей, для которых "Росток" организует сопровождаемое проживание. Это значит, что подопечные, как правило, молодежь, но нередко и зрелые люди, вышедшие из ПНИ с помощью организации, учатся жить самостоятельно с помощью социальных педагогов "Ростка": ходят с ними в магазин, устраиваются на первую работу, делают ремонт в доме, ведут хозяйство и рассчитывают бюджет. Со временем помощь наставника становится менее востребованной, выходцы из ПНИ получают жилплощадь от государства (так как многие из них сироты) и живут более-менее самостоятельно. Бывали случаи, что и инвалидность снимали, поясняют в "Ростке".

Для многих мастерские "Ростка" – первое место работы. До пандемии в доме работало до 12 человек, но теперь в тесных помещениях можно находиться только 4-5 воспитанникам и педагогу – меняются и приходят по очереди. Поэтому зарплаты маленькие, но каждому назначена и пенсия по инвалидности. Полноценную работу воспитанникам найти бывает нелегко: город небольшой, рабочих мест мало, а людей с инвалидностью берут неохотно. Но потом об этом не жалеют, утверждает Светлана Никандрова.

"У нас есть девочка тоже с группой [инвалидности], но она неплохо устроилась. В магазине взяли ее на испытательный срок, потом взяли насовсем, работает уборщицей на два магазина. Еще одна девушка работает уборщицей в суде", – говорит она.

Порхов. В мастерской "Ростка"

"Кажется, кто-то что-то недопонял"

Работники "швейки" ведут себя скромно, говорят мало. Не все понимают, чем обусловлено внимание прессы, объясняет педагог Алена Садыгова. "Мы разве необычные какие-то?" – передает она их слова. Алена знакомит с воспитанниками "Ростка". Роман работает в мастерской и живет в собственной квартире, полученной от государства. Общается в основном с другими воспитанниками. "Так привычнее, – поясняет он. – Иногда возникают трудности, когда надо закупиться или ремонт сделать. Кровать купил, теперь мебель смотрю". Алена подхватывает: "У самих ребят отношения все равно складываются сложно в обществе. Если они привыкли друг с другом общаться, так кучкой и дружат. Советуемся вместе, где-то цены смотрим, чтобы выгоднее купить".

Порхов. В мастерской "Ростка"

Алена Садыгова приглашает в одну из социальных квартир на окраине Порхова. Старый деревянный дом, в котором разместилась квартира, оборудован бетонным пандусом. Внутри все пороги сглажены с помощью подручных материалов. В доме живут четыре человека. Встречает нас воспитанница Юлия. Она передвигается в инвалидном кресле. Появлению гостей она очень рада, сразу начинает хвастаться, какое вкусное блюдо приготовила вместе с Аленой.

На вопрос, нравится ли здесь жить, она протяжно отвечает: "Кон-е-е-е-чно". И расплывается в улыбке.

Юлия спешит показать дом, в котором живет уже десять лет. "Хотите, покажу, какой я собираю пазл? Он в моей комнате, – огромный пазл лежит в маленьком помещении на большом письменном столе. – Я его собираю без картинки. Это не сложно, подбираю по кусочкам".

Юлия не похожа на застенчивых подопечных в мастерской. Она много говорит, проводит экскурсию по дому, по-доброму спорит с педагогами относительно быта и часто улыбается. Несколько лет "Росток" пытается получить для нее как сироты квартиру. Приходится судиться, поясняют педагоги.

Порхов. Подопечная "Ростка" Юлия

С соседями у жителей социального дома хорошие отношения, говорит Юлия. Иногда соседи помогают по хозяйству, например, могут принести воды.

Раньше бывали и сложности, когда общество не было готово к приему людей с ментальной инвалидностью, признаются в "Ростке": "Это нормально, ничего такого в этом нет. Мы и сами изначально несильно были в теме, что это за ребята. Сейчас организация работает уже 20 лет, и больших проблем у нас никогда не было. Мы работали с окружением, с соседями. Даже сейчас, когда мы получаем квартиры в многоквартирных домах, наши педагоги на связи с соседями", – говорит Лариса Сергеева, координатор "Ростка".

Новости из села Середка в организации восприняли с недоумением, но спокойно.

"По большому счету все окружение в поселке Середка в курсе особенностей этих ребят. Почему такая проблема появилась, достаточно сложно понять. К примеру, кто-то из соседей если работает в таком учреждении, они же прекрасно должны понимать, что это за ребята. Мне кажется, кто-то что-то недопонял", – рассказывает общественница.

Порхов. В мастерской "Ростка"

Середка. "Бог его знает, что у них в головах"

По утверждению сотрудников общественной организации "Росток", до начала ноября в Псковской области не было серьезных конфликтов вокруг социальных квартир. Напротив, соседи, зная о том, кто проживает рядом, начинали опекать выпускников интернатов.

"Я раньше работала с ребятами воспитателем в социальной гостинице в Пскове. Там от нас недалеко был магазинчик. Ночью кто-то взломал его, что-то украли. Полицейские знали, что здесь ребята из Бельского Устья (Бельско-Устьинский детский интернат для умственно отсталых детей) проживают, и им нужно было их проверить. А соседи сказали: "Вот уж нет! Этих ребят не беспокойте, мы их знаем, это хорошие ребята". И к нам даже не зашли. А воров потом нашли, пьяных каких-то, которые в окно залезли", – вспоминает педагог Светлана Никандрова.

Но в начале ноября конфликт случился. Середкинский психоневрологический интернат в Псковском районе намеревался поселить своих подопечных в одну из квартир на втором этаже трехэтажного дома в Середке. Но неожиданно встретил жесткое сопротивление соседей. 5 ноября жители дома и их соседи вышли на сход против поселения воспитанников интерната в квартире. 27 человек в присутствии прессы и чиновников проголосовали против, за не высказался ни один.

Середка. Дом, жители которого вышли на сход против квартиры для подопечных ПНИ

Середка – село, центр Середкинской волости в Псковском районе. В селе живет около трех тысяч человек. Многие работают или работали раньше в местной исправительной колонии и психоневрологическом интернате, это главные работодатели Середки. Посреди частной застройки и недалеко от заборов колонии расположено два микрорайона с двух- и трехэтажными домами. Местные жители обсуждают произошедшее несколько дней назад на улицах, а к приезжим относятся с подозрением.

"Эй, ты чей? Иди сюда. Что ты тут фотографируешь? Залезь лучше в этот дом, сфотографируй его, сможешь закинуть [губернатору Михаилу] Ведерникову?" – двое подвыпивших молодых мужчин показывают на один из многоквартирных домов.

В разговоре с корреспондентом Настоящего Времени еще один мужчина, постарше, житель этого же микрорайона, говорит, что относится к соседству с людьми с ментальной инвалидностью спокойно. "Мне они не мешают. Вроде даже жил кто-то рядом, ничего страшного. На самом деле, не столько жители обеспокоены, сколько их накручивают конкретные люди", – объясняет он и советует обратиться к Марине Фроловой, инициатору схода. Она первой заметила активность рабочих, которые делали ремонт в квартире этажом выше, и поинтересовалась, кого собираются поселить.

Но жители "протестного" дома отказались разговаривать с корреспондентом. "Все вопросы к депутату Псковского района Валерию Колтакову", – сообщила Марина Фролова через дверь.

Живущие по соседству женщины оказались более разговорчивыми. "Мы как раз обсуждали эту ситуацию. К нам "Пятый канал" с "Известиями" приезжал, НТВ приезжали уже. А я тоже против такого соседства, кто знает, чего от них ждать? Ничего хорошего, дети гуляют тут маленькие. Бог его знает, что у них в головах, тем более мужики. Если бы еще бабы, было бы ничего. У него к определенному возрасту что-то перемкнет в голове, он "маньячеллой" станет", – сказала одна из них.

Женщина говорит, что работала в Псковской областной психиатрической больнице в поселке Богданово с людьми с диагнозом "шизофрения", и объясняет, что боится непредсказуемости. Почему для адаптации воспитанников интерната используют квартиру в доме, она не понимает: "Ладно, выкупили квартиру с какой-то целью. Но с какой стати расселяют интернат, у них что, мест, что ли, не хватает?" Но считает, что решение поселить все равно будет принято: "Махай руками, не махай, какая разница? Если уже решили, Путин подписывал программу, Ведерников подписывал".

Середка. Здание психоневрологического интерната

"Дураков надо учить": чего чиновники не объяснили жителям

Депутат собрания Псковского района Валерий Колтаков говорит, что люди в Середке быстро устали от внимания прессы: "Никого не уговорить, попросили меня обо всем рассказать".

Валерий живет в одной из деревень Псковского района на полпути из Пскова в Середку. Когда произошел сход 5 ноября, он активно подключился к обсуждению проблемы в социальных сетях и даже получил письмо с подписями жителей в почтовый ящик. Проблему депутат видит в отсутствии контакта между жителями и чиновниками.

"Сейчас сложилась ситуация, будто там злыдни живут, нехорошие люди, которые не хотят, чтобы инвалиды адаптировались, входили в общество. Нет. Там живут нормальные люди, которые нормально ко всему относятся. Но! Чиновник в последнее время не интересуется, чем и как живут люди, он не советуется с ними. Этот протест – не против этих людей, не против адаптации в обществе. Этот протест – против органов управления, против чиновников", – считает Валерий Колтаков.

На встречу с жителями представители районной власти и областного комитета соцзащиты приехали без документов и даже без заготовленных заранее ответов, способных сгладить ситуацию, утверждает депутат: "Если бы чиновник подошел к этому грамотно, отнесся к этому серьезно, как к своей работе, он бы провел подготовительную работу. И этой ситуации бы не было".

Середка. Исправительная колония №4

"Посмотрите на опыт "Ростка". У них есть все. У них есть положение, программа, они вышли на конкурс, им дали денег – и они работают. У них все прозрачно. Здесь же все покрыто мраком. Они знают, что этим занимается депутат. Ну позвоните депутату, чтобы он донес до людей! Нормальный ход? Но он и этого не сделал", – продолжает Колтаков.

Он говорит, что понимает настроения людей и провал в Середке считает символичным и закономерным: "Извините за грубый каламбур, но дураков надо учить. Я имею в виду чиновников".

В России программы сопровождаемого проживания в той или иной степени работают в 39 регионах. В Псковской области социальные квартиры пока существуют только в Порховском районе и в Пскове. Согласно данным псковского Центра лечебной педагогики, в 2016-2017 годах на пилотный проект по сопровождаемому проживанию потратили 18,3 млн рублей. Около девяти миллионов выделил Фонд поддержки детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, почти столько же направлено из бюджета Псковской области. 320 тысяч рублей – деньги, собранные общественниками.

Редакция Настоящего Времени направила запрос в комитет социальной защиты населения Псковской области с просьбой предоставить актуальные данные проекта сопровождаемого проживания и рассказать о конкретных планах в селе Середка, но пока не получила ответа.

Село Середка

"Нет такого предписания, чтоб они жили за забором"

В порховском "Ростке" поясняют, что привыкли работать с населением прежде, чем селить воспитанников интерната в новом месте.

"Сложности, конечно, были первоначально, когда социум был не готов к приему людей с ментальной инвалидностью по соседству. Но мы же не знаем, кто у нас по соседству проживает. Даже если человек не из какого-то интерната, мы не знаем, что это за люди. Откуда люди могут знать, с психическими я заболеваниями или нет? Тут просто нужно провести работу с окружением", – говорит координатор "Ростка" Лариса Сергеева.

В Порхове воспитанников "Ростка" уже не боятся. Люди знают о них, видят на ярмарках, покупают их изделия. Но к тем, кто боится их, в организации относятся с пониманием. Зачастую это оттого, что люди не знают, как им самим себя вести, чем они могут помочь, где проявить деликатность, рассуждает Лариса Сергеева.

"Если человек всю жизнь прожил в государственном учреждении, вряд ли он умеет готовить и убирать. Даже если человек сирота и без диагноза, он не знает, как заработать и оплатить коммунальные услуги. Соответственно, их нужно научить. Кому-то нужен год, кому-то нужно десять лет. Совсем недавно молодой человек звонил своему куратору и спрашивал: у меня погас свет, что делать? И куратор уточняет: когда погас свет, почему погас. Пока выясняли, свет дали уже", – рассказывает она.

Готовность общества принимать людей с ментальной инвалидностью растет вместе с изменением государственной политики, считает Ирина Иванова, еще один педагог из "Ростка": "Может быть, маховик изменений раскручивается медленно, но нигде нет, чтобы от нас отталкивались, закрывали двери".

Город Порхов

Подавляющее большинство людей с ментальной инвалидностью из числа сирот до сих пор живут в ПНИ. Всего в стране больше 500 таких учреждений, и в них проживает 160 тысяч человек. Систему пытаются реформировать, пока безуспешно. Но еще несколько лет назад ПНИ не были так открыты общественникам, как сейчас, утверждают в некоммерческой организации. "Росток" испытывает недостаток средств, но им стараются помогать: дают президентский грант, областную субсидию, иногда подключаются и спонсоры.

"Мы не брошены. Нас принимают везде: на различных конференциях, встречах. И когда присутствуют государственные учреждения, всегда приглашают НКО. Они рассказывают о своей работе, мы рассказываем о своей. Они так же интересуются нами, обращаются за помощью", – говорит Лариса Сергеева.

"Пропускная способность" социальных квартир небольшая, одновременно в Порхове и Федкове может жить максимум 16 человек. А всего подопечных у организации более 60, не считая тех, кто попал в приемные или кровные семьи. Многие задерживаются на долгие годы. Но в итоге сиротам НКО помогает адаптироваться и переехать на свою жилплощадь: квартиры получили более 20 воспитанников "Ростка".

Своей работой сотрудники НКО пытаются развеять миф о том, что люди с ментальной инвалидностью обязательно должны попадать в ПНИ. "Сама по себе инвалидность не является предписанием для того, чтобы отправить в ПНИ. Они отправляются в ПНИ от безысходности: они сироты да еще и с диагнозом. Но нет такого предписания, чтобы они жили в учреждении за забором. Об этом нигде не написано", – говорит Ирина Иванова.

Читайте далее:

"Я увидела медсестру и заплакала". Как возвращаются в психоневрологические интернаты те, кого отпустили оттуда из-за коронавируса

"А потом я увидел карцер". Что происходит в психоневрологических интернатах в России

"Я не против помощи, но". Что говорят жители района в Москве, где "Ночлежка" пытается открыть приют для бездомных