https://www.currenttime.tv Настоящее Время – это международный медиапроект о темах и событиях, волнующих людей. Мы предоставляем объективную, точную и беспристрастную информацию, основанную на фактах. https://www.currenttime.tv/Content/responsive/RFE/ru-RU-TV/img/rssLogo.png https://www.currenttime.tv ru Настоящее Время © Все права защищены 60 Sun, 14 Jun 2026 09:32:24 +0300 Настоящее Время RuHomePage@rferl.org В начале июня в Кыргызстане приняли в первом чтении закон о запрете транс-перехода. В конце 2025-го в Казахстане одобрили спорный закон о запрете так называемой "пропаганды ЛГБТ". В Европе консервативные движения и политики пытаются принять подобные законы и повторяют тезисы российской пропаганды. В самой России квир-людей и помогающие им организации власти приравняли к экстремистам. Настоящее Время рассказывает, как Россия сделала квир-людей геополитическим инструментом, как репрессии в России против ЛГБТК- людей влияют на страны Центральной Азии и Европы, и как сообщество этому сопротивляется. "Колониальное давление России". Центральная АзияС 2013 года в России действует закон о запрете так называемой "пропаганды ЛГБТ" среди несовершеннолетних. В 2023-м в России запретили транс-переход, а позже и вовсе признали несуществующее "международное движение ЛГБТ" экстремистской организацией. За этим последовали рейды на квир-пространства, административные и уголовные дела, а политики все больше говорят о защите "традиционных ценностей". "Российская власть использует этот нарратив, чтобы продвигать свои интересы. Они делают ставку на противостояние, приравнивая ЛГБТ к "загниванию Запада" и европейских ценностей, которые якобы чужды людям на этих территориях. Мы видим, что это заражение происходит – где-то больше, где-то меньше", – говорит директор российской квир-организации "Выход" Денис Олейник. Эти законы и нарративы значительно повлияли на страны Центральной Азии. В Кыргызстане депутаты стали предлагать изменить законодательство еще в 2014 году – почти сразу после того, как в закон был принят в России. Тогда из-за слишком размытых формулировок не набралось достаточно голосов для принятия закона. Но в 2023 году его все-таки приняли. В 2026 году власти Кыргызстана заговорили о том, чтобы запретить транс-переход и "транс-пропаганду" среди несовершеннолетних. Координаторка по правам человека Евразийской коалиции по здоровью, правам, гендерному и сексуальному многообразию – ЕКОМ – Аяна (имя изменено по соображениям безопасности) рассказывает, что политики в Центральной Азии и на Кавказе переняли российскую стратегию уравнивать западное влияние с правами ЛГБТК+ людей и противопоставлять их абстрактным "традиционным ценностям". "Политика России – прямое идеологическое, политическое и юридическое влияние на формирование анти-ЛГБТ повестки в регионе. Страны региона копируют законы России и используют уязвимые группы как инструмент. В том числе, когда принимали закон против неправительственных организаций в Кыргызстане и в Грузии, в публичной риторике активно использовались ЛГБТ-люди. Якобы какие-то западные силы хотят внести раздор в страны и именно квир-людей часто представляли как часть этой угрозы", – говорит она. "Кыргызстан зависит от России даже с точки зрения миграции, сотни тысяч граждан Кыргызстана находятся в России, и это, конечно же, влияет на принятие решений. Страны [Центральной Азии] все равно находятся под колониальным давлением России. И мне кажется, принятие таких законов является способом продемонстрировать свою приверженность, – говорит Аяна. – Но есть и общий нарратив, который создается вокруг ЛГБТ. Политики могут сами инициировать такие законопроекты, потому что действительно считают, что это влияет на безопасность страны и общественную нравственность". Фактически, после этого главные ЛГБТК+ организации страны "Кыргыз Индиго" и "Лабрис" были вынуждены прекратить работу. Они перестали обновлять свои аккаунты в соцсетях, организовывать мероприятия, закрыли сайты, а некоторые защитники прав квир-людей покинули страну. Вместе с этим, говорит представительница ЕКОМ, в стране скрыто продолжают работать инициативные группы, которые поддерживают ЛГБТК+ людей. В конце 2025 года аналогичный российскому закон о запрете "ЛГБТ-пропаганды" приняли в Казахстане, несмотря на протесты гражданского общества. Потом президент Касым-Жомарт Токаев заявил о необходимости легально определить брак как союз мужчины и женщины. А позже стало известно о том, что фильмы станут проверять на наличие "ЛГБТ-пропаганды" перед прокатом. Хотя в стране, говорит представительница ЕКОМ, пока не дошло до уголовного преследования квир-людей, новый закон значительно повлиял на личную свободу и публичную активность НКО. "Партнерские организации сказали, что они, например, минимизировали публичную активность и даже думали по поводу того, чтобы маркировать контент, ограничить или закрыть странички [в соцсетях], ввести их только для сообщества. Некоторые активисты и активистки перестали так активно публиковать контент", – говорит она. Колониальное прошлое, война России против Украины, а также текущая политическая и экономическая ситуация укрепляет влияние России в стране, говорят Алуа (использует местоимение "они/их"), занимающиеся квир-активизмом и информационной кампанией "I am not propaganda" в Казахстане. "Россия имеет много власти над Казахстаном. Россия понимает, что им не надо вести войну против Казахстана, им не надо приходить и оккупировать нас, потому что мы уже у них в кармане", – сказали Алуа во время дискуссии, организованной "Выходом" в рамках прайда в Вильнюсе. Вместе с этим усиливающиеся в Центральной Азии репрессии оставляют ЛГБТК-людей в уязвимом состоянии для насилия, как со стороны государства, так и со стороны отдельных людей. "В Кыргызстане проходят рейды [в квир-пространствах]. Запреты мероприятий, запреты клубов, пространств, где собираются люди, также очень много именно нападений на транс-людей. Также аресты за мелкое хулиганство или за секс-работу. Но, к сожалению, ЛГБТК+ люди зачастую не могут получить квалифицированную юридическую помощь. Вообще их основное базовое право – право на судебную защиту – его нет", – говорит Аяна. В Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане, где частично или полностью криминализированы однополые отношения, ситуация была тяжелой всегда. Но сейчас преследованию подвергаются и организации, которые помогали квир-людям. "Против ЛГБТ-людей применяются законы о передаче ВИЧ и распространении порнографического контента. У людей могут находить в телефоне контент – например, люди друг другу пересылают какую-то фотографию или видео. Это уже квалифицируют как порнографический контент, из-за это могут привлечь к ответственности. Правоохранительные органы могут оказывать давление на активистов, которые работают с правами человека, с ЛГБТК-людьми", – рассказывает о ситуации в этих странах Аяна. В мире в целом, отмечает она, набирает силу идеология традиционализма и крайне правая политика – и это напрямую влияет на репрессии, стигматизацию и насилие в отношении ЛГБТК-людей. А сокращение финансовой поддержки со стороны международных доноров ударило еще сильнее по организациям, которые уже находились в уязвимом положении. "Мы видим глобальный тренд на усиление правых политических сил. В этом контексте права ЛГБТ-людей и феминистская повестка все чаще противопоставляются так называемым традиционным ценностям и гетеронормативной семье – и это заметно и в нашем регионе. Также сокращение финансирования программ, направленных на защиту прав человека, верховенство права и поддержку прав ЛГБТК-людей ухудшило ситуацию с правами человека. Многие организации остались без ресурсов. Я думаю, что это тоже повлияло на решительность политиков инициировать законы, направленные против ЛГБТК+ сообществ", – говорит представительница ЕКОМ. "Все может измениться в один день". Сторонники российского дискурса в ЕвропеВлияние российской анти-ЛГБТ риторики и законодательства ощущается и в Балтии, и в Восточной Европе, отмечают группы, защищающие права квир-людей. Консервативные политические и общественные движения используют схожий дискурс в своих кампаниях. Российские власти связали квир-идентичность напрямую с геополитикой и разработали "экспортируемый механизм" их преследования, говорит Неф Целлариус, программный директор ЛГБТК+ организации "Выход". "Россия построила легальную инфраструктуру, которая делает жизнь квир-людей опасной. И именно эта инфраструктура – экспортируема", – сказал Неф во время дискуссии. По его словам, можно выделить три основных механизма, которые используют российские власти: "Первый – это правовая неопределенность как инструмент в российской правовой системе. Нет четкого определения того, что именно означает пропаганда или участие, когда речь идет об участии в экстремистской организации, – говорит Неф. – Второй шаг – это криминализация инфраструктуры поддержки. <...> И третий шаг – это транснациональное преследование". В 2020 году Владимир Путин подписал поправки к Конституции, которые закрепили за понятием "семья" исключительно "союз мужчины и женщины", это окончательно лишило квир-людей возможности на признание браков. Европейские консервативные движения и политики переняли эту идею. Так, весной 2026 года парламентарии Литвы предложили одновременно с муниципальными выборами в 2027 году провести референдум. Он должен закрепить в Конституции правовой статус семьи как только союза мужчины и женщины. Тогда правозащитники обратились в Еврокомиссию с просьбой принять меры в связи с этой инициативой. Это представляет особую угрозу для ЛГБТК+ людей, потому что даже имеющиеся права – не данность, а то, что нужно постоянно отстаивать, говорит глава ассоциации "Лига геев Литвы" Владимир Симонко. "Если мы говорим конкретно о ЛГБТ-сообществе, мы видим, что есть желающие повторить то, что происходит в России. Мы открыто об этом говорим, потому что если мы не будем напоминать нашему сообществу, нашему правительству, местным властям, что наши права надо защищать, тогда все может измениться в один день, – говорит Симонко. – Я вижу, что регресс прав человека – он происходит". Литовский квир-правозащитник и бывший депутат Сейма Томас Витаутас Раскевичюс рассказывает, что после распада СССР, отмены советского уголовного кодекса и вступления в ЕС в стране не велось широкой и открытой дискуссии о правах ЛГБТК-людей. Это способствует тому, что общество может быть более восприимчиво к нарративам российской пропаганды. "С момента вступления в ЕС в 2003 году ни одного закона, который бы улучшил права ЛГБТ-людей, в стране не было принято. Основной прогресс – в судах, но нам необходимо его перенести и на уровень политических решений, – сказал Раскевичюс. – Литва находится на границе между западным и восточным миром. Я своими глазами наблюдаю, как пропаганда и российское влияние использует права человека, ЛГБТ или этнических меньшинств для разжигания [розни]. Это постоянная борьба". Весной 2026 года ближайший союзник России Александр Лукашенко подписал закон об административной ответственности за "пропаганду ЛГБТ, смену пола и добровольного отказа от детей (чайлдфри)" в Беларуси. Это может стать еще одним инструментом преследования критиков власти, считает квир-исследователь и руководитель белорусского отделения в Варшавском квир-музее Дмитрий Ермолович-Дащинский. "До конца не ясно, что будет дальше. Станет ли это декоративным жестом единения с "русским миром" или это станет новым действенным механизмом репрессий против инакомыслящих? – говорит он. – Новая правовая норма распространяется на всех граждан Беларуси вне зависимости от того, где они проживают. Силовые структуры активно используют давление на близких родственников активистов, которые находятся за рубежом. Силовики проводят обыски и профилактические беседы". Квир-сообщество в стране и без того находится в тяжелой ситуации, говорит исследователь: "Сегодня жизнь ЛГБТ-комьюнити внутри страны абсолютно невидима, она абсолютно в тени. Эта ситуация такая же как в Советском союзе. Квир-подросток в Беларуси действительно думает, что таких, как он, не существует". Молдова – одна из стран, где влияние российской политики особенно заметно. Ее бывший президент Игорь Додон регулярно посещал Россию, выступал за сближение с Москвой и говорил об угрозах иностранного вмешательства в дела страны. Он также получал деньги от связанных с российскими чиновниками структур, выяснили журналисты RISE Moldova и Центра "Досье". Весной 2025 года его Партия социалистов предложила проект закона о запрете "ЛГБТ-пропаганды" в школах. Парламент предложенный закон принимать отказался. Спустя несколько месяцев, в преддверии парламентских выборов, в социальных сетях активно распространялись посты, демонизирующие ЛГБТК-людей. В них, в частности, говорилось об угрозе традиционным и христианским ценностям Молдовы со стороны проевропейских партий, которые будут продвигать в школах "ЛГБТ-идеологию". Также распространялась ложная информация о том, что якобы партия действующей президентки Майи Санду получала миллионы евро на "ЛГБТК-программы" от филантропа Джорджа Сороса и якобы в школах раздают листовки с "ЛГБТ-пропагандой". Эту информацию распространяли связанные с Россией люди и порталы, выяснили исследователи Reuters Institute. Директорка кинофестиваля Queer Voices и активистка из Молдовы Лорелей Григорита рассказывает, что регулярно лично общается с людьми, которые верят подобной информации, и переубедить их очень сложно. "Россия использует нарративы и угрозы, что мы импортированы из Европы, что таких людей до этого не существовало. Довольно тяжело говорить о Европе с людьми, у которых промыты мозги, которые не видят перспектив евроинтеграции", – сказала она. Вместе с этим она подчеркивает, что побороть подобное отношение к ЛГБТК-людям и евроскептицизм помогают культурные мероприятия. "Люди, которые понимают базовые права человека, обладают эмпатией, они могут размышлять о каких-то ошибках, и это меняет ситуацию, – говорит Лорелей Григорита. – Это действительно хороший пример того, что люди могут не только получать информацию на бумаге о том, что такое идентичность. Фестивали, инклюзивные пространства, где люди могут собираться вместе, объединяют [людей] через общие интересы. Так мы боремся и с пропагандой". Подобные российским законы были приняты и в странах ЕС. Например, в Венгрии и Болгарии действуют законы о запрете так называемой "ЛГБТ-пропаганды" среди несовершеннолетних, а в Словакии в 2025 году приняли поправки к Конституции, которые признают только два гендера, и только они имеют права вступать в брак и усыновлять детей. Близкие к Кремлю политики в этих странах используют схожие нарративы, чтобы преследовать квир-сообщество. По словам ЛГБТК-исследователя и активиста в области защиты прав людей с ВИЧ из Грузии Джейсона С, это позволило властям в его стране усилить давление и сделать ставку на "традиционность". "В этом контексте дискуссии о правах человека, проблемах ЛГБТК+, демократических институциях стали напрямую связаны с дебатами о будущем Грузии в Европе, а также с вопросами ЛГБТ-сообщества, – сказал Джейсон во время дискуссии в Вильнюсе. – [Венгрия] – хороший пример того, что с такими законами, с такой пропагандой, основанной на ненависти, и со всем тем, что они делали раньше, возможно быть частью Европейского союза и войти в Европу с "честью", как они говорят, потому что они должны защищать эти традиции". "Единомышленников гораздо больше, чем кажется"Российские правозащитники из группы "Выход" и "Сфера" ранее рассказывали Настоящему Времени и об обратном тренде. Несмотря на репрессии со стороны государства в отношении ЛГБТК-людей, больше психологов и юристов в России присоединяются к программам помощи, а родители объединяются в неформальные группы для поддержки квир-подростков. В Центральной Азии, где НКО закрываются или уходят в подполье, помощь получить все еще возможно. Основная поддержка ЛГБТК-персон и помогающих им специалистов – правозащитников, психологов, юристов – легла на международные и региональные организации. К ним и активисты, и обычные люди все еще могут обращаться за помощью. Но даже в репрессивной среде можно и нужно поддерживать квир-людей, особенно в своем ближнем кругу, говорит координаторка ЕКОМ Аяна: "Поддержка в первую очередь родственников или родителей – это любовь. Но и нужно дестигматизировать данную тему, получать достоверную информацию, а не от гомофобных пабликов или других источников, которые демонизируют ЛГБТК-людей". По словам Дениса Олейника, российские власти долгое время пытались разделить правозащитный сектор на "приемлемые" НКО и на те, которые помогали ЛГБТК-людям. Это дробление способствовало стигматизации квир-людей, а позже и ограничению прав других уязвимых групп. "Организации начинают меньше контактировать и взаимодействовать, они разделяются, и их становится меньше. Главная задача – не допустить этого разделения, чтобы ЛГБТ-организации сотрудничали с другими НКО, бизнесами и другими комьюнити-центрами. И в синергии добиваться прав не только для ЛГБТ-людей, но и для всех, кто находится в уязвимом положении", – говорит Олейник. Исследователь из Беларуси Дмитрий Ермолович-Дащинский отмечает, что ситуация в Беларуси, как и в других опасных для ЛГБТК-сообщества странах, требует особого внимания и помощи: "Состояние квир-комьюнити в Беларуси абсолютно безнадежно в европейской части постсоветского пространства. Сегодня квир-беларускам и беларусам необходимы программы по релокации в другие страны, поддержка в интеграции, адаптации и медицинской помощи". В странах, где это возможно, важно поддерживать квир-комьюнити во время прайдов, говорят активисты. Первый прайд в Вильнюсе прошел в 2010 году. Тогда, рассказывает организатор и руководитель ассоциации "Лиги геев Литвы" Владимир Симонко, фестиваль собрал 350 участниц и участников. Сейчас на прайд съезжаются тысячи людей, и подобная поддержка сейчас особенно важна: "Есть разные мнения, что прайд должен быть или протестом, или праздником. Но наша позиция состоит в том, что можно протестовать, делая большой праздник, – говорит он. – Прайд для нашего сообщества очень важен, потому что это день, который объединяет все наше сообщество, всех наших друзей, гражданское общество. Когда это происходит, ты понимаешь, что единомышленников гораздо больше, чем кажется в жизни". https://www.currenttime.tv/a/nenavist-na-eksport-rossiya-lgbtk-v-evrope-i-azii/33776085.html https://www.currenttime.tv/a/nenavist-na-eksport-rossiya-lgbtk-v-evrope-i-azii/33776085.html Tue, 09 Jun 2026 06:35:00 +0300 Выбор редакцииРоссияЕвропаБеларусьЛонгридыТаджикистанТуркменистанУзбекистанГрузияКазахстанКыргызстанЛитваМолдова Украинские спасатели все чаще становятся целью российских атак, в том числе при так называемых "двойных ударах". Это следует из нового отчета украинской организации Truth Hounds. В ночь на 5 мая российские военные нанесли удар по газодобывающему объекту в Полтавской области. Когда сотрудники экстренных служб прибыли на место ликвидировать пожар, Россия нанесла повторный удар. В его результате погибли двое спасателей, еще 23 были ранены. Частота подобных атак увеличивается, в этих условиях спасателям становится тяжелее и опаснее работать, рассказала Настоящему Времени одна из авторов доклада и исследовательница Truth Hounds Ангелина Грицей. Что известно об атакахС начала полномасштабного вторжения России в Украину, по официальным данным, погибли не менее 111 сотрудников чрезвычайных служб. Truth Hounds пока независимо подтвердили 42 из этих случаев, но отдельно отмечают, что подтверждают их постепенно и согласны с официальными данными. Также за это время в организации подтвердили свыше 400 атак, которые затронули сотрудников чрезвычайных служб: в 2022 году их было 24в 2023-м – 59в 2024-м – 103за неполный 2025 год – 215.Больше всего случаев зарегистрировано в Донецкой, Харьковской и Днепропетровской областях. Также, отмечают TH, все больше таких атак происходит с использованием дронов. "Это изменение имеет значение, поскольку многие дроны позволяют операторам наблюдать за местом удара в режиме реального времени. Сотрудники экстренных служб носят отличительную униформу и управляют четко обозначенными транспортными средствами, которые визуально идентифицируют их как сотрудников экстренных служб. Следовательно, использование нападавшими дронов с видеопотоком в реальном времени усиливает вывод о том, что сотрудники экстренных служб, по крайней мере в некоторых случаях, подверглись преднамеренному нападению", – говорится в докладе. Обстрелам подвергаются как спасатели, работающие на местах ударов ракет или дронов, так и объекты вроде пожарных депо. В некоторых случаях здания частей используются как точки укрытия для гражданского населения. Если разрушены и они, то это значительно ослабляет и безопасность людей, и возможности спасательных бригад своевременно оказывать помощь. В августе 2025 года из Константиновки Донецкой области после российского удара по пожарно-спасательной части окончательно вывели пожарных. Сейчас там проходит линия фронта. "Учитывая выполняемые ими функции, включающие тушение пожаров, оказание гуманитарной помощи, а иногда и эвакуацию, сотрудникам экстренных служб необходимо оставаться на месте как можно дольше. Поэтому, когда возникают такие ситуации, это означает, что это место становится совершенно безнадежным, а линия фронта находится настолько близко к определенному месту, что операции становятся либо невозможными, либо слишком опасными для сотрудников экстренных служб. Это не означает, что усилия по оказанию экстренной помощи в какой-либо форме прекратятся. Это просто означает, что постоянное место дислокации пожарно-спасательных подразделений изменится", – говорит Грицей. Военные действия, ранения спасателей или уничтожение и повреждение их техники также означают, что у чрезвычайных служб меньше сил и возможностей оказывать помощь в ситуациях, не вызванных боевыми действиями, например, при домашних и природных пожарах. Двойные ударыДвойные удары – военная тактика нанесения удара в одно и то же место со значительной разницей во времени в течение суток или на протяжении работы спасателей. В таких случаях, говорят исследователи, речь идет о целенаправленной атаке в отношении гражданских служб спасения или медработников. С февраля 2022 года по октябрь 2025-го Truth Hounds идентифицировали 200 ударов, которые подходят под это определение, 92 из них они смогли независимо подтвердить при помощи нескольких источников, которые находятся в открытом доступе. В отдельно подтвержденных случаях погибли 20 спасателей, 108 были ранены. И если в 2022 году исследователи подтвердили пять таких ударов, то за неполный 2025-й их было 48. В Truth Hounds отмечают, что подобные удары носят прицельный характер. В некоторых случаях российская сторона сама публикует видео подобных атак. Например, в июле 2024 года российские военные нанесли удар ракетой "Искандер" по железнодорожному вокзалу в селе Буды Харьковской области. Примерно полтора часа спустя после удара, когда на место прибыли сотрудники экстренных служб, Россия нанесла второй удар. Тогда погибли два человека, среди них сотрудник ДСНС и один полицейский. В день атаки телеграм-канал российского телеканала "Звезда" (принадлежит Минобороны РФ) опубликовал видео с места удара. "Видео указывает, что перед запуском ракеты [российские военные] убедились, что на месте происшествия присутствуют сотрудники экстренных служб", – говорится в докладе. Угроза двойных ударов вносит особый риск в и без того опасную работу спасателей, говорит исследовательница Ангелина Грицей: "Оно порождает постоянное чувство тревоги, связанное как с возможностью стать мишенью атаки, так и с неспособностью своевременно оказать помощь тем, кто в ней больше всего нуждается. Это вызывает чувство вины и беспомощности". Согласно международному праву, спасатели считаются гражданскими лицами и защищены международным гуманитарным правом. Чтобы обеспечить безопасность спасателей, говорит Грицей, сотрудники чрезвычайных служб, особенно на прифронтовых территориях, сотрудничают с военными. "Это включает в себя обмен данными, например, об ударах беспилотников или предстоящих ракетных обстрелах, поскольку ранние протоколы требовали от сотрудников экстренных служб укрываться в случае, например, воздушной тревоги. Но, учитывая, что воздушная тревога может длиться много часов, а иногда опасность локализована и не направлена непосредственно на место первого удара, для сотрудников экстренных служб не имеет смысла всегда укрываться в убежище", – говорит исследовательница. Но это не лишает их правовой защиты, уточняет она: "Очень важно отметить, что сотрудничество с военными не лишает защиты спасателей, в соответствии с международным гуманитарным правом. Если сотрудники чрезвычайных служб работают в кооперации с военными или на военном объекте, когда они исполняют свою гражданскую задачу в соответствии с Женевской конвенцией, они защищены международным гуманитарным правом". Как война влияет на работу спасателейФизическая нагрузка спасателей тоже возрастает – они работают долгие, тяжелые и изнуряющие смены. Разбор завалов разрушенных зданий или других объектов может занимать от нескольких часов до нескольких дней. Они участвуют в сложных операциях по спасению людей и животных из-под завалов. Если до полномасштабной войны вес обмундирования спасателей был около 10 кг, то сейчас, например, в прифронтовых зонах, он увеличился до 30 кг. Теперь они обязаны носить бронежилеты, шлемы и всегда иметь при себе аптечки первой помощи. Вместе с этим, отмечают в Truth Hounds, растет и постоянное психологическое давление среди спасателей, которое значительно влияет на их состояние. Помимо стресса, вызванного страхом двойных ударов, они, как и все, живут в условиях войны. Более того, спасатели, которые работают в прифронтовых регионах, сталкиваются с дополнительными трудностями: оккупация, потеря близких и жилья. "Сотрудники экстренных служб также сталкиваются с другими последствиями войны, как и обычные граждане. В ходе нашего исследования мы обнаружили, что многие сотрудники экстренных служб, в основном мужчины в этой профессии, из-за войны были вынуждены переселить свои семьи в безопасные места, а это значит, что они работают без этой важнейшей системы поддержки. Кроме того, во многих местах их дома были повреждены или разрушены, что также является значительным стрессом. Иногда они сами становятся внутреннее перемещенными лицами, потому что их населенные пункты были оккупированы, например, или разрушены", – рассказывает Грицей. Гибель, ранения коллег и собственные травмы также сильно влияют на состояние спасателей, говорит исследовательница: "Некоторые сотрудники экстренных служб получают травмы, которые впоследствии делают невозможным продолжать прежнюю работу. И для людей, которые так гордятся своей работой, которые находятся на передовой линии чрезвычайных ситуаций, спасают людей, потеря этой очень важной части своей жизни и своей личности из-за травмы, которая лишает их возможности продолжать работу, — это, я полагаю, тоже очень большая травма". Исследователи Truth Hounds говорят, что атаки на сотрудников чрезвычайных ситуаций формируют систематический характер, поэтому исследователи смотрят на них как на вероятные военные преступления или преступления террористической направленности. "Их систематический характер, широкий охват и воздействие на гражданское население, – говорит Грицей. – Оно заключается в том, что [мирные жители думают, что] нас не спасут, нам не окажут помощь, а сотрудники экстренных служб станут мишенью. И вероятность этого высока, – все это можно рассматривать как пример намерения посеять страх". https://www.currenttime.tv/a/kak-rossiyskie-ataki-byut-po-spasatelyam-v-ukraine/33750356.html https://www.currenttime.tv/a/kak-rossiyskie-ataki-byut-po-spasatelyam-v-ukraine/33750356.html Wed, 06 May 2026 10:05:00 +0300 Выбор редакцииВ деталяхУкраина С самого начала военной агрессии против Украины в 2014 году Россия незаконно перемещает и депортирует украинских детей. Им насильно прививают "любовь к России" и намеренно стирают их украинскую идентичность. С 2022 года депортация перестала быть скрытой практикой и приобрела массовый, системный характер. По официальным данным властей Украины, речь идет о как минимум 20 тысячах вывезенных детей. Среди них – воспитанники Херсонского областного дома ребенка, которых похитили российские власти осенью 2022 года. Украина четвертый год пытается вернуть их родственникам. Россия утверждает, что спасает детей от обстрелов. Настоящее Время совместно с проектом по документации и освещению военных преступлений The Reckoning Project рассказывает о судьбе детей из Херсонского дома ребенка, которых удалось вернуть, и тех, кого все еще удерживает Россия. Главное из расследования: Украина вернула 10 из 46 похищенных из Херсонского дома ребенка детей.Девяти вернувшимся детям в России сделали гражданство РФ.Большинство оставшихся воспитанников Дома ребенка устроены в приемные семьи на территориях, подконтрольных России.Четырем похищенным детям все еще ищут приемные семьи через государственный портал "усыновите.рф". В анкетах не упоминается, что дети – из Херсона.В учреждении в оккупированном Крыму, где остаются некоторые воспитанники Херсонского дома ребенка, устраивают "патриотические" мероприятия и мероприятия с участием российских силовиков.Примечание: лица детей, которые присутствуют в этом материале, опубликованы с разрешения их родных в Украине. Данные других детей скрыты из соображений безопасности, но имеются в распоряжении редакции. Забирайте сына из Крыма"Всякие мысли были. Куда его [увезли], что с ним? Или он в Украине еще, или уже не знаю где. А жив ли он и здоров? Может, уже нет его на свете. Но подсказывало, что он жив, конечно. Все-таки мать чувствует ребенка", – рассказывает Ольга Пузик. Ее сына Витю вывезли из Херсонского дома ребенка осенью 2022 года, когда город уже жил под российской оккупацией. Вите тогда не было и двух лет. Почти целый год родным ничего не было известно о его судьбе. Но сейчас он уже дома, вместе с мамой. Витя находился в Херсонском доме ребенка под наблюдением врачей, его готовили к операции из-за врожденного порока физического развития. Из-за боевых действий Ольга была вынуждена эвакуироваться, но сына забрать с собой не смогла. Всего из Херсонского дома ребенка в октябре 2022-го российские власти похитили 48 детей. Двоих передали частным лицам на территории Херсонской области, подконтрольной России. Остальных увезли в оккупированный Крым и разместили в симферопольском доме ребенка "Елочка". Но об этом стало известно не сразу. Найти Витю помогли волонтеры и чиновники в Украине. Узнав, где он, Ольга написала во все возможные инстанции и потребовала вернуть ее сына. Российская сторона предложила ей самой поехать за ним в Симферополь. Ольга рассказывает, что очень боялась ехать в Россию одна: во-первых опасалась, что с ней может что-то случиться, во-вторых, она не знала русского языка. Для поддержки с ней согласилась поехать ее сестра. В октябре 2023-го они выехали из Украины. И это был непростой путь. От Херсона до Симферополя меньше 300 километров, но из-за боевых действий ехать пришлось через четыре страны. В Россию Ольга въехала через Эстонию. На границе ее ждал допрос. В первую очередь – о родственниках-мужчинах. На эти вопросы Ольга отвечала, что все умерли. "А он: "Что, прям все у вас умерли?" Говорю: "Да, все умерли", – вспоминает она. Позже, пересказывает разговор Ольга, ее допрашивали о том, как и от кого она узнала, кто вывез ее сына: – А где он? – В Крыму. – А чего он там? – Вывезли. – А кто вывез? – Не знаю, кто вывез. – А откуда ты узнала? – Ну сказали мне волонтеры. В России Ольгу встретила представительница офиса омбудсмена по правам ребенка и посадила на поезд, а в Крыму уже встречали сотрудники "Елочки". Сначала у нее попросили документы, подтверждающие родство, и выдали вместо оригиналов ксерокопии "российских справок". И только потом отвели к сыну. В это время дети обедали. Сотрудник "Елочки" предложил Ольге подождать, пока дети доедят. "Я тогда подумала: "Ага, сейчас же, я буду ждать, пока он поест". Я сама зашла, и говорю: "Витька!" И он сразу ко мне подбежал обниматься и на руки, ну и все, больше меня не отпускал", – вспоминает Ольга. Из оккупированного Крыма их с Витей отвезли в Москву на встречу с дипломатами из Катара. Они помогли вернуть Витю и занимаются переговорами по другим похищенным детям. Ольга вспоминает, что для семей организовали обед в катарском посольстве, в это время их фотографировали и снимали на видео. На этой встрече к ней подошла и российская омбудсмен по правам ребенка Мария Львова-Белова. Международный уголовный суд выдал ордер на ее арест по подозрению в депортации и насильственном перемещении украинских детей. "Она спросила: "Чего приезжали? Кто вам сказал, что ребенок здесь находится?" Я сказала, что в украинском офисе омбудсмена сказали. "А откуда они знали, что он там находится?" Говорю: "Знали". Ну и все", – рассказывает об этой встрече Ольга. "Наши дети не лишены родителей". История Ангелины и ЖениВ "Елочке" Ольга увидела и других детей из Дома ребенка. На момент оккупации Херсона в нем находились около полусотни детей. Кто-то, как Витя, нуждался в помощи врачей из-за тяжелых заболеваний, кто-то жил там постоянно, а кто-то попал ненадолго. Среди них были Ангелина и Женя. Их мама оказалась в тяжелой жизненной ситуации, и ей пришлось на время отдать детей в детский дом. Их бабушка Любовь Бурина в последний раз видела внуков издалека, незадолго до того, как их вывезли оккупационные власти. Ангелине тогда было три года, Жене – всего полтора. "Когда дети были в детском доме, я приходила туда, но мне не дали даже свидания с этими детками. Мне их показали через окно и одного, и второго. Вот это была последняя встреча у меня с детками, – рассказывает Любовь. – Нам никто не звонил, нам никто не сообщил о том, что детей вывозят. Наоборот, там по радио сообщали, что надо быстро детей вывезти в какие-то лагеря, в какие-то пансионаты, [чтобы] оздоровить их. А в итоге они попали в Крым. Их вывезли, вообще всех детей, которые находились в детских садах и находились в детских домах, интернатах". Из-за постоянных обстрелов Херсона Любови пришлось переехать в другую часть Украины. Больше трех лет она не знала почти ничего о судьбе своих внуков. Мысль о том, что они могли попасть в российскую семью, у нее вызывала возмущение. "Они права не имеют [их усыновлять], наши дети, они не лишены родителей. На каких законных основаниях они будут усыновлять чужой народ?" – говорит Бурина. В конце февраля 2026 года Ангелину и Женю удалось вернуть в Украину. Они рассказали, что долгое время прожили в приемной семье. "Я вообще не понимаю, как, кто их сюда звал, эту Россию. И вообще, зачем они здесь были нужны? По-моему, прекрасно Украина жила без них", – заключает Бурина. Кто похитил детейОсенью 2022 года, в разгар контрнаступления Украины, российское правительство выпустило постановление о переселении жителей Херсона, в том числе детей, в Россию и на территории, подконтрольные Кремлю. В тот же день, 21 октября, военные и депутаты начали вывозить детей из Херсонского дома ребенка. Видео опубликовал тогда еще депутат Госдумы Игорь Кастюкевич, который контролировал процесс. Сейчас он занимает пост сенатора от оккупированной Херсонской области в Совете Федерации РФ. В Украине ему объявлено подозрение в депортации детей. На кадрах также видны чиновники "Минздрава" из оккупированного Крыма и несколько сотрудников симферопольского детского дома "Елочка". Двое детей из Херсонского дома ребенка остались на территории Херсонской области, подконтрольной России. Еще 46 детей – и в их числе Витю, Ангелину и Женю – увезли в оккупированный Крым и разместили в симферопольском доме ребенка "Елочка". Но об этом стало известно не сразу. Как ранее выяснили журналисты Hromadske, документы подписывала бывшая врач-педиатр Дома ребенка Татьяна Завальская, ее оккупационные власти назначили исполняющей обязанности директора. Это произошло после того, как директор заведения отказалась сотрудничать с российскими властями. Таким образом Россия пыталась легализовать вывоз детей хотя бы на бумаге в своем правовом поле. Завальской также объявлено подозрение в депортации. Комиссар Международной независимой комиссии ООН по расследованию нарушений по Украине Вринда Гровер называет конкретно эти действия военным преступлением. "Человек, у которого нет полномочий, подписал что-то, что не имеет абсолютно никакой силы в глазах международного права. Соответственно, то, что ее назначили российские власти, не дает ей никаких полномочий по закону и является нарушением международного права, – говорит Гровер. – В наших расследованиях мы пришли к выводу, что незаконное перемещение и депортация, как, например, в описанном случае с детьми, является военным преступлением". Российские документы для украинских детейЗа прошедшие четыре года путем переговоров Украине удалось вернуть лишь 10 воспитанников Херсонского дома ребенка. Почти всех детей вернули с российским гражданством, в том числе Ангелину и Женю. Владимир Путин еще весной 2022-го, вскоре после полномасштабного вторжения России в Украину, подписал указ о предоставлении российского гражданства сиротам из Украины в упрощенном порядке. Оккупационные власти заявили, что всем вывезенным из Херсонского дома ребенка детям сделали "российские документы". Нам также удалось независимо подтвердить, что по меньшей мере у девяти репатриированных в Украину детей есть российские свидетельства о рождении. А Ангелине и Жене сделали российские загранпаспорта. Ольга Пузик, которая смогла забрать сына из "Елочки", рассказала, что среди выданных ей копий документов были медицинские справки, бумага о том, что Вите сделали операцию в Москве, и "акт передачи" ребенка матери. Он был составлен от лица назначенного оккупационными властями директора Херсонского дома ребенка Андрея Халевина, а не руководства крымской "Елочки". При этом в "акте передачи" содержится неполный список документов, копии которых отдали Ольге. В документе также написано, что ее сыну сделали индивидуальный страховой номер, или СНИЛС. Но его могут выдавать и негражданам. Поэтому нельзя точно сказать, оформили ли Вите российское гражданство. Оформлением документов среди прочих занималась Алла Бархатнова, представительница "Минтруда и соцполитики" от оккупационных властей Херсонской области. В августе 2023 года она приехала в оккупированный Крым к воспитанникам Херсонского дома ребенка, чтобы выдать им СНИЛС и российские свидетельства о рождении. На опубликованных фотографиях видны документы похищенных детей. Неразбериха с документами в будущих судах может сыграть России на руку, а для Вити и детей, которым выдали российское гражданство, обернуться неожиданными проблемами. Например, мальчиков могут обязать служить в российской армии, говорит старший юрисконсульт The Reckoning Project Джек Спросон: "Есть и практические последствия фактически принудительного включения в российское гражданство – возможное привлечение к участию в боевых действиях против собственной страны, что, весьма вероятно, также стало бы нарушением международного гуманитарного права". Юрист рассказывает, что теоретически у таких детей есть возможность выйти из российского гражданства или аннулировать его через международные суды, но как эта процедура будет выглядеть на практике, не до конца понятно. "Существуют процедуры отказа от российского гражданства, но на практике они часто юридически сложны и могут сопровождаться рисками: например, привлечением к ответственности за уклонение от военной службы. Фактически для тех детей, которые хотят отказаться от российского гражданства, эта возможность недоступна, – говорит он. – Для тех, кто находится не в России и не на оккупированных территориях, можно применить юридический аргумент, что сама "паспортизация" украинского ребенка, предоставление ему гражданства РФ было незаконным и должно быть аннулировано на этом основании. Но на практике это мало что меняет для ребенка, который уже имеет российское гражданство и находится на оккупированной территории, или для ребенка, который пребывает где-то в России и его точное местонахождение неизвестно". Приемные семьи для похищенных детейС полномасштабным вторжением российские власти сразу же начали искать перемещенным и депортированным украинским детям другие семьи в России и на оккупированных территориях. Об этом не раз говорила Мария Львова-Белова, детский омбудсмен при российском президенте. О том, чтобы позволить российским семьям "брать" украинских сирот в упрощенном порядке, она лично просила Путина спустя две недели после начала полномасштабного вторжения в марте 2022-го. "Поручение было получено, а дальше, что с этим делать – вообще не понятно. Ни документов регулирующих нет, как это все организовать, как найти эти семьи, именно те, которые нужны, как не ошибиться. Я тогда прозвонила своих близких губернаторов и сказала, что вот, ребята, такой вызов. И каждый из них сказал, что подберет какое-то количество замещающих семей. <...> У нас получилось 390 детишек, которых мы забрали из регионов. И мы прямо самолетами привозили детей", – говорила в интервью Львова-Белова. Воспитанники Херсонского дома ребенка, как и многие другие вывезенные россиянами дети, находятся в списках на репатриацию в Украину, но Россия будто и не собирается возвращать их домой. В январе 2026 года российский "сенатор" от оккупированной части Херсонской области Константин Басюк заявил, что 42 херсонских ребенка из отправленных в "Елочку" отдали в "крымские семьи". Басюк утверждает, что в "Елочке" остаются пятеро детей из Херсонского дома ребенка. Но не все его слова соответствуют действительности. Как уже упоминалось ранее, из 46 перемещенных в "Елочку" детей не менее 10 уже вернули в Украину. Наши источники также подтвердили, что большинство оставшихся детей действительно находятся в приемных семьях. И пока Киев борется за возвращение 36 воспитанников Херсонского дома ребенка, российские власти пытаются найти им новых опекунов. Мы обнаружили не менее четырех анкет бывших воспитанников Херсонского дома ребенка на государственном сайте "усыновите.рф", которые были активны к январю 2026-го. При этом не упоминается, что дети – из Херсона. Анкеты маленьких Ангелины и Жени тоже появлялись на этом сайте. Когда их вернули в Украину в феврале 2026 года, выяснилось, что они жили в российской семье вплоть до репатриации. "Приемная дочь" депутата Сергея МироноваЗа месяц до того, как из Херсонского дома ребенка вывезли детей в оккупированный Крым, туда приехали российская депутат Яна Лантратова и женщина по имени Инна Варламова, будущая жена депутата Госдумы РФ и лидера партии "Справедливая Россия" Сергея Миронова. Это было в сентябре 2022 года. Варламова и Лантратова приезжали в этот детский дом несколько раз. Об этом они сами писали в соцсетях. Они первыми вывезли из Херсонского дома ребенка двух детей: самую младшую девочку – Маргариту Прокопенко, ей еще не было и года, а также мальчика Илью Ващенко, ему тогда было около 2,5 лет. Как удалось узнать Hromadske, та же врач-педиатр Татьяна Завальская, что позже подписывала документы на вывоз остальных детей, оформила доверенности на Варламову и Лантратову, чтобы они увезли детей в Москву. "Важные истории" узнали, что Варламова и Миронов удочерили Маргариту и сменили имя и место рождения. А журналисты ТСН выяснили детали ее "удочерения". О похищенном Илье Ващенко ничего не известно. С момента, как Херсон был освобожден и начались расследования преступлений и похищений детей, украинские власти пытаются их вернуть. Законная опекунша Маргариты Прокопенко Дарина Репина заботится о сестре Маргариты. Она открыто обращается к мировым лидерам и постоянно просит помощи, чтобы вернуть свою приемную дочь. Омбудсмен Украины Дмитрий Лубинец говорит, что они неоднократно обращались к российской стороне по делу Маргариты и предлагали сделать тест на родство, чтобы вернуть девочку: "Вы привозите эту девочку. И не мы, а независимые эксперты сразу же проводят два теста ДНК, и мы их показываем. То есть не публично показываем, а просто демонстрируем и сопоставляем результаты. Мы видим, что это украинский ребенок, и автоматически ребенок возвращается в свою украинскую семью. Вы можете представить, какая потенциальная была реакция на такое предложение со стороны РФ. Поэтому они никогда на это не согласятся". Надя и София: украинские дети в российской базе сиротСреди тех, кого российские чиновники вывезли из Херсонского дома ребенка и кого пока не удалось вернуть, – сестры-близняшки Надя и София. Осенью 2022-го им было по два года. Маму девочек лишили родительских прав, но у них есть две тети, которые сейчас живут в Польше со своими детьми. В 2023 году украинские следователи связались с Милой и Оксаной Клочковыми. Они искали биологическую мать Нади и Софии, чтобы взять у нее образец ДНК и подтвердить родство. Так сестры узнали, что у них есть племянницы и что их похитила Россия. "Почему наши не вывезли этих детей в безопасное место? Мы же тоже знали, что такое может произойти, – говорит тетя девочек Оксана Клочкова. – Но дети – это святое. Я даже понятия не имею, почему [россияне] тронули детей". Обе женщины надеются, что девочек и всех похищенных детей как можно скорее вернут в Украину, и что их не отдали в российскую семью. Однако анкеты Нади и Софии появлялись на портале "усыновите.рф": там их обнаружили журналисты The New York Times в 2024 году. Но больше они недоступны. С того времени о судьбе девочек ничего не известно. Клочковы признаются, что их отношения никогда не были близкими. Они сами росли в разных детдомах и стали общаться уже во взрослом возрасте. Мила Клочкова переехала в Варшаву вместе с сыном-подростком после начала полномасштабного вторжения. В эмиграции ей приходится много и тяжело работать, чтобы содержать семью, а также решать проблемы со здоровьем. Но какими бы ни были обстоятельства, говорят Клочковы, они готовы поддержать сестру в Украине, если ей вернут детей. "Поддержка была бы и в дальнейшем, и [сейчас] общаемся, – говорит Оксана Клочкова. – Но ответственность – это другой вопрос. Я понимаю, что в данный момент идет война в Украине. И в данный момент я в ответе за своих детей. Она как мама должна взять ответственность за своих детей". Как возвращают детейС каждым прошедшим годом дети растут и меняются все сильнее, особенно те, которых российские власти вывезли в раннем возрасте. С каждым годом их все труднее узнать на фотографиях даже родственникам. Последние, в свою очередь, боятся, что из-за долгой разлуки дети не смогут их узнать или уже будут любить других людей, в семью которых их отдали. Кроме того, по российским законам усыновители имеют право менять любые личные данные ребенка, вплоть до даты и места рождения. В последнем опубликованном отчете международной Комиссии ООН говорится, что их следователи идентифицировали как минимум 21 регион, где российские власти размещают депортированных и перемещенных украинских детей. Их отдают как в учреждения, так и в семьи. Но даже оттуда их иногда удается вернуть. Офис омбудсмена Украины, президентская инициатива Bring Kids Back и ряд гражданских организаций, в том числе The Reckoning Project, занимаются поиском и репатриацией похищенных Россией детей. "У нас есть вся информация. Мы знаем, где физически находятся дети. Как бы россияне ни пытались их спрятать за новыми документами и постоянным перемещением детей по территории Российской Федерации", – говорит уполномоченный по правам человека Украины Дмитрий Лубинец. Российская омбудсмен по правам ребенка говорила, что по распоряжению Владимира Путина они готовы возвращать украинских детей исключительно по личному заявлению родителей или родственников, у которых есть доверенность. Но даже наличие этих обращений не ускоряет процесс, говорят в Украине. "[Российская сторона] максимально затягивает, усложняет [процесс], они задают дополнительные вопросы, требуют каких-либо дополнительных документов. Все это максимально тяжело проходит, и таким образом мы возвращаем не всех украинских детей", – рассказывает Лубинец. С репатриацией похищенных детей Украине помогает коалиция из 46 стран, включая Канаду, страны ЕС, Норвегию, несколько стран Латинской Америки, Япония, США и некоторые международные организации. Отдельно Киеву помогает Катар, а с недавних пор и первая леди США Мелания Трамп. Как рассказал омбудсмен, через посредников они передают небольшие списки. "По моему мнению, как только мы передадим большой список, то Российская Федерация будет делать все, чтобы переместить дополнительно детей, снова поменять документы, то есть сделать все, чтобы дополнительно скрыть любую информацию об этих украинских детях, – говорит Лубинец. – Есть смысл <...> отрабатывать каждый случай. Ибо возвращение каждого ребенка – это отдельные переговоры, это отдельный пакет документов". Именно поэтому дети возвращаются в Украину небольшими группами по несколько человек. Опираясь на опыт других войн, независимая комиссия ООН рекомендовала Украине создать базу ДНК родственников детей, которых Россия депортировала или переместила. "Есть дети, которые были совсем маленькими. Это малыши, и поэтому нельзя полагаться на их память или на то, что они смогут о чем-то рассказать. В этом случае реестр ДНК будет очень актуален и эффективен для идентификации детей с целью их будущего возвращения", – говорит комиссар Вринда Гровер. Омбудсмен Украины подтвердил, что власти собирают ДНК родных, но пока применять эту базу на практике тяжело. Москва затягивает процедуру на месяцы и годы. "Процесс непростой, – говорит Лубинец. – Россияне четко понимают: каждый возвращенный ребенок – это потенциальный свидетель военных преступлений, которые россияне совершили по отношению к этому ребенку. Как вы думаете, у них много желания возвращать детей или мало?" Милитаризация похищенных детейВ российских приемных семьях и детских домах дети не только вынуждены говорить по-русски и учиться по российской школьной программе. Российские власти систематически занимаются их "патриотическим перевоспитанием". В отчете Лаборатории гуманитарных исследований Йельского университета говорится о военно-патриотических лагерях, которые используются, в том числе, для индоктринации украинских детей: авторы насчитали не менее 210 таких центров. Ту же картинку демонстрируют российские государственные медиа: дети на оккупированных территориях и в самой России маршируют с триколором, разбирают и собирают автоматы, учатся управлять дронами. Об этом же рассказывают и возвращенные в Украину дети, говорит омбудсмен Дмитрий Лубинец. "Кроме того, все дети должны быть членами так называемых военных организаций, например, "Юнармии", – рассказывает он. – То есть это один из элементов не просто русификации, а уже милитаризации украинских детей как на временно оккупированной территории Украины, так и на территории РФ. Именно поэтому я искренне убежден, что россияне используют украинских детей как ресурс для будущей российской армии". Так называемым патриотическим воспитанием занимаются и в симферопольской "Елочке", куда вывезли детей из Херсонского дома ребенка. К ним регулярно приходят сотрудники российских силовых органов, например, Росгвардии. Сотрудники Следственного комитета водили с детьми хороводы, а судебные приставы привозили подарки. На День Победы 9 мая сотрудники "Елочки" водили детей к Вечному огню, а в социальных сетях написали, что регулярно проводят мероприятия, чтобы "развить у детей чувство гордости и благодарности к Родине". На День России дети рисовали российские флаги, а сотрудники читали стихи о любви к РФ. Вместе с индоктринацией систематическое размещение украинских детей в российские семьи и детдома, а также присвоение им российского гражданства может значительно повлиять на их идентичность и нарушить их права, говорит комиссар международной комиссии ООН Вринда Гровер. "Оккупирующая держава, в данном случае Российская Федерация, не имеет полномочий в соответствии с международным гуманитарным правом изменять личный статус ребенка. Под статусом подразумеваются гражданство, идентичность, семейные отношения. Оккупирующая держава не имеет абсолютно никаких законных оснований для этого. Еще раз подчеркнем, что Конвенция о правах ребенка, Конвенция ООН, требует от государства обеспечить права ребенка на сохранение своей личности, включая гражданство, имя, семейные отношения, – все эти права нарушаются, как только ребенок попадает в приемную семью или отдается на усыновление", – говорит Гровер. Кто понесет наказаниеВесной 2023 года в связи с депортацией и насильственным перемещением украинских детей Международный уголовный суд выдал ордеры на арест президента России Владимира Путина и детского омбудсмена Марии Львовой-Беловой. Мы обратились за комментарием в МУС, но они отказались предоставить дополнительные детали по этому делу. Мария Львова-Белова рассказывает в интервью, что вывоз детей из Украины – решение, которым она гордится. "Когда мы стали раскручивать из-за чего это все, причину обвинений, то тут появилась гордость. Я говорю: "Этот ордер как орден". Потому что ты понимаешь, что то дело, которое ты сделал для страны, стало заметным для огромного количества людей", – говорила в интервью Львова-Белова. Российские военные, политики и Владимир Путин утверждают, что они спасали детей от боевых действий. Но на пятый год полномасштабной войны Россия продолжает их удерживать и пытается отдать в новые семьи. "Международное гуманитарное право допускает возможность временной эвакуации в определенных исключительных обстоятельствах или чрезвычайных обстоятельствах, если безопасность [людей] находится под угрозой или в случае медицинской необходимости, – говорит комиссар Комиссии ООН Гровер. – Тогда временная эвакуация разрешена. Но нынешние обстоятельства и наше расследование показывает, что это перемещение не носит временный характер". В международной Комиссии ООН рассказали, что они пытаются сотрудничать со всеми сторонами конфликта и международными организациями, чтобы расследовать предполагаемые преступления, совершенные в ходе войны. Но Россия не ответила ни на один из их 35-ти официальных запросов. Украинская сторона тоже говорит, что переговоры с РФ идут трудно. "Функционал на бумаге, к сожалению, очень часто отличается от реалий, с которыми мы работаем каждый день, – говорит украинский омбудсмен Дмитрий Лубинец. – Никто не может ничего сделать с Российской Федерацией как со страной, которая сознательно и публично каждый день нарушает международное гуманитарное право. Причем делает это открыто и говорит: "А что вы нам сделаете? Что? Ничего". И это трагедия современного мира". Вместе с этим, говорят в Комиссии ООН, они собирают имена и данные о всех, кто причастен к предполагаемым военным преступлениям. Украина, Евросоюз, США и некоторые другие страны Запада вводят персональные санкции в отношении причастных к депортациям и насильственному перемещению детей. Но даже если сейчас нет возможности провести быстрые суды по этим делам, говорят в ООН, результаты подобных расследований помогут обеспечить правосудие в будущем, пусть и долгосрочном. Российские власти регулярно ставят под сомнение и называют завышенными официальные украинские данные о количестве депортированных и насильно перемещенных детей. Украина говорит о как минимум 20 тысячах детей. Эта цифра не менялась с 2023 года, как нам рассказали в Офисе омбудсмена, потому что ни у украинских властей, ни у международных организаций больше нет возможности вести подсчет на оккупированных территориях, а Россия игнорирует большинство запросов. В то же время в официальном отчете детского омбудсмена РФ о работе за 2022 год говорится, что "Российская Федерация приняла около 4,8 миллионов жителей Украины и республик Донбасса, из которых более 700 тысяч – дети". Отдельно отмечается, что только 1,5 тысячи детей были вывезены из детских домов и приютов. В связи с депортацией, насильственным перемещением и задержкой в репатриации украинских детей международная Комиссия ООН в марте 2026 года признала действия России преступлением против человечности. По данным властей Украины, к марту 2026 года им удалось вернуть домой чуть более двух тысяч похищенных детей. Возвращения Ангелины и Жени из Херсонского дома ребенка родственники добивались больше трех лет, Витю мама искала больше года. Это заняло столько времени, потому что российские власти выставляют все новые и новые условия. И это при том, что у всех этих детей есть кровные родственники. А вот украинских сирот, которые на момент похищения находились под опекой государства, заставить Россию вернуть еще сложнее. Борис Сачалко, Михаил Штекель, Мыкола Немченко, Андрей Шурин, Алексей Палий и проект "Система" также приняли участие в подготовке этого материала. Материал подготовлен в сотрудничестве с The Reckoning Project — международной командой журналистов и юристов, которые занимаются документированием, освещением и сбором доказательств для расследования военных преступлений. https://www.currenttime.tv/a/chuzhie-deti-khersonskii-dom-rebenka-rassledovanie/33723119.html https://www.currenttime.tv/a/chuzhie-deti-khersonskii-dom-rebenka-rassledovanie/33723119.html Tue, 07 Apr 2026 12:17:20 +0300 Выбор редакцииРоссияУкраинаЛонгриды Сексуализированное насилие во время конфликта – военное преступление, о котором часто и публично стали говорить не так давно. Многие пережившие этот вид насилия не рассказывают о том, что с ними случилось, из-за общественной стигмы, стыда и тяжести психологических травм. На четвертый год полномасштабной войны России против Украины сотни людей пережили сексуализированное насилие со стороны российских военных. Ему подвергаются, как мирные граждане, так и военнопленные, как женщины, так и мужчины, и ЛГБТК-люди. Украинские и международные следователи называют это частью систематической политики армии России и называют эти действия преступлением против человечности. Настоящее Время рассказывает, как сексуализированное насилие со стороны российских военных по-разному влияет на женщин, мужчин и квир-людей, а также, как пережившим помогают справиться с последствиями физических и психологических травм. Предупреждение: в тексте описаны сцены насилия "Преступления против человечности". Как российские военные применяют сексуализированное насилие"Я дрожала от стыда", – так вспоминает свое состояние 50-летняя жительница Запорожья, которая пережила похищение и насилие со стороны российских военных. В октябре 2022 года к ней домой пришли с обыском – из-за того, что ее муж служил в ВСУ. Женщину увезли сначала в полицейский участок на допрос. Там ее избивали, душили шнуром и при помощи пластикового пакета, а позже изнасиловали. После ее перевозили в сначала в тюрьму в другой город, а в январе 2023 – к линии фронта, где заставили рыть окопы. Как она вспоминает, за это время ее несколько раз изнасиловали начальник тюрьмы и двое российских военных. О случившемся женщина рассказала после освобождения следователям Независимой международной комиссии ООН по расследованию нарушений во время войны в Украине. В своих отчетах они регулярно публикуют свидетельства о преступлениях, совершенных военными и представителями силовых ведомств. Комиссар Независимой комиссии ООН и юристка, много лет работающая с темой гендерного насилия, Вринда Гровер рассказала Настоящему Времени, что российские военные систематически используют сексуализированное насилие в отношении украинок и украинцев. "[Сексуальное насилие] является частью более широкой скоординированной политики систематических пыток со стороны российских властей, которую мы в данном контексте квалифицировали как преступление против человечности", – говорит Гровер. За четыре года с начала полномасштабного вторжения России в Украине официально зарегистрировали 393 дела о сексуализированном насилии со стороны российских военных в отношении мирных граждан. Об этом Настоящему Времени сообщили в Офисе генпрокурора Украины. По их данным, от этого вида насилия пострадали как минимум 23 ребенка, 22 из них – девочки. Организации, помогающие пережившим сексуализированное насилие со стороны российских военных, сообщили НВ, что число пострадавших, по их подсчетам, превышает 2000. Однако узнать точное число людей, переживших насилие, невозможно. Некоторые люди предпочитают не сообщать властям о пережитом или не могут. Это связано с тяжелыми психологическими последствиями, общественной стигмой, гибелью или миграцией пострадавших. Более того, Генпрокуратура не включает в официальную статистику данные о военнопленных, а они, как рассказывают правозащитники, сталкиваются с сексуализированным насилием в заключении постоянно. В Независимой комиссии ООН, Генпрокуратуре Украины и в организации Truth Hounds, которая помогает расследовать преступления российских военных в Украине, говорят, что пострадавшие чаще всего сообщают об изнасилованиях, угрозах изнасилования, нанесении увечий половым органам, принудительном обнажении, принуждении смотреть на сексуальное надругательство над близкими, а в некоторых случаях и о кастрации. Подобное насилие имеет ярко выраженный гендерный характер, говорит Гровер, а следовательно оно проявляется и влияет по-разному на людей разного гендера. "Тело женщины рассматривается как воплощение чести общества""Я чувствовала только боль. Я не могла даже дышать. Я не могла понять, почему они делают это со мной, как они вообще могут делать такое с кем-то". Это слова бывшей военнопленной украинки. Она рассказала о пережитом опыте сексуализированного насилия в российском плену следователям Независимой международной комиссии ООН по расследованию нарушений во время войны в Украине. В тюрьме на территории России она провела почти два года, в 2024 году ее выпустили в результате обмена. Когда она сдалась в плен, ей было 24 года. Она рассказывает, что сорудники ФСИН регулярно применяли к ней пытки. Во время одного из допросов, ей завязали глаза, раздели, связали руки и щиколотки и изнасиловали дубинкой. "В это время сотрудники говорили, что она заслуживает все, что с ней происходит", говорится в отчете комиссии. В результате полученных травм у женщины развились тяжелые заболевания, по возвращении в Украину ей потребовалось сделать две операции и проводить длительную реабилитацию. Также множество украинок столкнулись с сексуализированным насилием со стороны военных РФ в своих домах во время оккупации или в фильтрационных лагерях, говорит Андрей Лацыба, юрисконсультант организации Truth Hounds. "Мне кажется, что сексуальное насилие в отношении женщин было более распространенным явлением, например, в их домах или за пределами мест заключения. [В первые месяцы полномасштабного вторжения] мужчин в основном убивали на месте, а женщин после этого насиловали", – говорит он. О подобной тенденции также свидетельствуют множественные отчеты Независимой комиссии ООН. В одном из них описывается случай, когда двое российских военных ворвались в дом к 42-летней жительнице Киевской области во время оккупации в марте 2022 года. Женщина была на третьем месяце беременности, вместе с ней дома находился ее сын и его 17-летняя девушка. Военные несколько раз изнасиловали их обеих, заставляли сына смотреть на происходящее, стреляли в его сторону и угрожали убийством. Многие исследователи и пострадавшие говорят, что сексуализированное насилие часто используется как еще одно оружие войны. В этих обстоятельствах, считает комиссар Независимой комиссии ООН Вринда Гровер, подобные действия в отношении женщин напрямую связаны с представлениями об их роли в обществе. "Цель конечно же состоит в унижении. Но на тело женщины, как мы знаем из других конфликтов, покушаются в особенности, поскольку оно рассматривается как часть воплощения общества и его чести. [Этот вид насилия] несет за собой стигму. В большинстве обществ женщины не рассказывают об этом", – говорит она. В этих условиях в отношении женщин также совершаются групповые изнасилования, говорится в отчетах ООН. Пострадавшие делятся, что во время изнасилований российские военные нередко оскорбляли их по гендерному и национальному признакам. На оккупированных украинских территориях военные РФ похищают некоторых женщин из-за их активной проукраинской позиции или помощи ВСУ, и помещают их в тюрьмы. Кого-то перемещают по оккупированной территории, кого-то депортируют в Россию. В местах заключения сексуализированное насилие – повсеместно, рассказывала ранее Настоящему Времени правозащитница Людмила Гусейнова, которая провела в российском плену несколько лет. Сейчас она возглавляет гражданскую организацию "Нумо, Сестри", которая помогает пережившим насилие. "Через принуждение к оголению 100% на "Изоляции" (тюрьме в Донецке – НВ) прошли все, просто все, – рассказывала Гусейнова. – А дальше – нельзя сказать, кому как повезло, потому что это будет звучать цинично, – дальше [насилию подвергали] многих людей. Женщин шантажировали, так сказать, возможностью увидеть или услышать детей. Это так цинично и низко, это противно". В заключении женщины также сталкиваются и с другими видами гендерного насилия. Например, во время менструации некоторым и гражданским, и военным украинкам отказывались предоставлять средства личной гигиены. Вместо этого предположительно сотрудники ФСИН, говорится в последнем отчете комиссии ООН, "насмешливо предлагали рвать простыни и матрасы, чтобы использовать их в качестве прокладок". Невозможность соблюдать личную гигиену в свою очередь приводит к тяжелым последствиям для репродуктивного здоровья. Бывшие военнопленные украинки также рассказали Независимой комиссии ООН, что в заключении их регулярно заставляли обнажаться и приседать или принимать душ в присутствии мужчин-конвоиров и других заключенных. После душа женщинам не давали одеться и заставляли их идти голыми до своих камер. Комиссия также описывает случай, когда у беременной на раннем сроке женщины произошел выкидыш из-за издевательств и отказах в оказании медицинской помощи. Однажды она упала в обморок и пришла в сознание уже в больнице. Конвоир заявил, что она сама виновата в случившемся. Кастрации, пытки и унижения. Что происходит с мужчинами в российском пленуСпустя четыре года после полномасштабного вторжения официальное число судебных дел о сексуализированном насилии со стороны военных РФ в отношении мужчин – почти в два раза меньше, чем в отношении женщин. В Генпрокуратуре ведут 146 дел о насилии в отношении мужчин, и 247 в отношении женщин. Однако, как рассказали Настоящему Времени в Truth Hounds, Global Survivors Fund и ООН, число мужчин, обратившихся за помощью из-за сексуализированного насилия, значительно превышает число пострадавших женщин, но они не хотят говорить об этом публично. В основном, следует из доступных данных, к мужчинам применяют этот вид насилия в качестве пыток в местах заключения на оккупированных территориях Украины и в России. С насилием сталкиваются как военнопленные, так и похищенные и неправомерно осужденные гражданские. Свидетельства приходят из официальных колоний, секретных тюрем и фильтрационных лагерей. Среди самых серьезных случаев, которые зафиксировали Truth Hounds, – кастрация. По имеющейся у организации информации, такие случаи не очень распространены или, по крайней мере, их трудно выявить, поскольку нет подтверждений того, что жертвы выживают после кастрации. Информацию о таких случаях чаще всего передают свидетели. Тем не менее, угрозы кастрацией довольно широко распространены. "Угрозы направлены на то, чтобы унизить человека и заставить его что-то сделать. Это попытка воздействовать на мужественность, самопонимание человека, его самоидентификацию. Например сказать [пленному], что ты больше не будешь мужчиной, или если ты этого не сделаешь или ничего нам не расскажешь, то у тебя не будет детей. И здесь мы можем выдвинуть различные квалификационные критерии в судах. Это может быть пытка, это может быть сама кастрация как неправомерное деяние. Это также может быть частью более широкой квалификации геноцида", – говорит юрист. Независимая комиссия ООН называет сексуализированное насилие одной из форм пыток украинцев, которых российские военные держат в местах заключения или в фильтрационных лагерях. "Комиссия расследовала и задокументировала крайне тревожную практику неоднократного и систематического применения российскими властями сексуального насилия, а также сексуального надругательства, сексуального насилия, которое можно приравнять к пыткам, – говорит Вринда Гровер. – Это изнасилования, принудительное оголение, калечащие операции на половых органах, угрозы кастрации". Самая распространенная форма этого насилия – пытка током половых органов, говорят в Truth Hounds. По данным организации, около 80% мужчин, прошедших через российский плен, рассказали об этом. "Речь идет о старом советском полевом телефоне, который называется ТА-57 ("тапик"). В нем есть динамо-машина, которую вы вращаете, и она генерирует электричество, и эти провода присоединяют к области половых органов, анальному отверстию, пенису и другими частями тела. И это действительно очень распространенная тактика", – говорит Андрей Лацыба. Мужчины также сталкиваются с изнасилованиями предметами со стороны российских военных и сотрудников мест лишения свободы, следует из показаний, собранных Truth Hounds. Многие мужчины рассказывают, что угрозы изнасилованием также широко распространены. Это ранее в интервью Настоящему Времени подтверждал украинский правозащитник Максим Буткевич, который пробыл в российском плену больше двух лет. В отличие от гражданских, говорят в Truth Hounds и ООН, во многих случаях сексуализированные пытки применяются к военнопленным чтобы выбить из них признания в совершении преступлений. В некоторых случаях, их удерживают без контакта с внешним миром, и признание становится единственной возможностью получить адвоката или связаться с родными, говорит Лацыба: "Военнопленных обычно заставляют признать совершение определенных видов преступлений. Например, приказ об убийстве мирных жителей или что-то подобное. Можно увидеть множество судебных процессов, "трибуналов" в так называемой "ДНР". Потому что, когда [военнопленные] признаются в этом, начинается национальная процедура в России, и у них есть определенные процессуальные гарантии российского уголовного-процессуального права. А некоторые люди под пытками признаются. Таким образом, у них, по крайней мере, есть время и право позвонить своим родным или связаться с адвокатом, потому что иначе у них ничего нет". В то же время, отмечает Лацыба, из-за общественной стигмы и консервативных установок о мужественности многие пережившие сексуализированное насилие мужчины не готовы рассказывать о случившемся властям. И хотя система работы с пострадавшими от этого вида насилия в Украине меняется в сторону травма-информированного подхода, некоторые люди либо боятся повторно проживать эмоции, либо не хотят проходить через публичные судебные процессы. "Им проще сказать: "А, меня просто пытали". Сказать, что тебя где-то изнасиловали, – это чрезвычайно болезненно для многих мужчин, и они просто не хотят об этом говорить. Эти мужчины объединяются, они общаются, поддерживают друг друга. – говорит юрист. – Но они не хотят взаимодействовать с представителями власти. Они хотят быть в этой группе выживших, потому что чувствуют себя там в безопасности. Они могут говорить, могут делать все, что угодно, но не хотят выходить за рамки и говорить с властями". Гомофобия и преследование ЛГБТК-людей"Они сразу же вытащили платье красное в зеленый горошек и заставили меня его надеть. Где они его взяли, я не знаю, но, вероятно, это из личных вещей бывших узников, потому что это был полицейский участок. На надевание платья они мне дали 5 минут. Потом сказали мне покружиться", – так описывал свое задержание херсонский ЛГБТ-активист и партизан Алексей Полухин. Российские военные похитили его на блокпосту во время оккупации весной 2022 года. Во время задержания его также раздели, чтобы осмотреть на наличие "проукраинских" татуировок – это частая практика и в фильтрационных пунктах. Полухин провел в плену два месяца, его регулярно оскорбляли и подавляли морально, но жестоких физических пыток к нему не применяли – на момент похищения ему был всего 21 год. Структурированных данных о насилии в отношении ЛГБТК-людей со стороны российских военных в Украине очень мало. Однако следователям ООН удалось задокументировать несколько случаев, когда люди подвергались насилию из-за своей сексуальной и гендерной идентичности. В докладе, опубликованном в 2023 году, комиссия рассказала о случае насилия в отноешении двух лесбиянок, которые жили вместе в в Херсонской области. В мае 2022 года к ним домой пришли российские военные и потребовали переночевать. Военные догадались об ориентации девушек, стали допрашивать их об интимной жизни, а позже изнасиловали. Следователям ООН также поступили сообщения о рейдах (В России уже много лет преследуют ЛГБТК+ людей по обвинениям в так называемой "пропаганде гомосексуализма". В декабре 2023 года Верховный суд признал несуществующее "международное движение ЛГБТ" "экстремистской организацией". Но еще до этого признания российские силовики устраивали рейды в квир-пространствах. Теперь они проходят и на оккупированных территориях Украины, и по всей России.)военными в штаб-квартирах ЛГБТК-организаций на территориях, оккупированных армией РФ. В отчете сообщается о нескольких случаях таких рейдов в Киевской, Херсонской и Донецкой областях, когда они находились под российской оккупацией. Российские военные догадывались о сексуальной ориентации людей во время досмотров их телефонов и личных вещей. "Они оскорбляли их из-за их сексуальной ориентации и ВИЧ-статуса, угрожали изнасиловать и убить их. Также [военные] украли их деньги", – говорится в отчете комиссии. Проявления гомофобии часто присутствуют и при пытках неквир-людей, говорит юрисконсультант Truth Hounds Андрей Лацыба. "Угрозы изнасилованием очень распространены. Мне кажется, это уходит глубоко корнями в гомофобную и сексуализирующую культуру в России. Даже во время несексуализированных пыток военные используют оскорбления, чтобы унизить человека и ассоциировать его с гомосексуальностью, усиливая стигму в отношении квир-людей". Исходя из информации, доступной Truth Hounds, в Херсонской области в одной из тюрем российские военные устроили камеру, в которой насиловали мужчин. Российские военные называли ее "п*дорской камерой". "Гражданским пленным угрожали, что их бросят в эту "п*дорскую камеру", если они не будут выполнять их требования", – говорит Лацыба. "Мы делаем все возможное, чтобы нейтрализовать вред". Репарации и помощь пережившим насилиеСексуализированное насилие значительно влияет на здоровье. Оно приводит к серьезным хроническим заболеваниям, включая ЗППП, увечьям не только половых органов, психологическим травмам. Часто пережившим необходима длительная и тяжелая реабилитация, рассказывает Ольга Опаленко, глава отдела доказательств Truth Hounds и глава технического секретариата по Украине в Global Survivors Fund. "Во-первых, это проблемы с зубами. Почти 100% людей нуждаются в такой помощи, а также во многих других видах медицинской помощи, начиная от диагностики и заканчивая специфическими операциями. Так что все 100% людей нуждаются в различных видах медицинской помощи. С точки зрения реабилитации, многим необходимо санаторное лечение, потому что их врачи им об этом сказали", – рассказывает Опаленко. В связи с этими и другими преступлениями России в Украине остро стоит вопрос о возмещении ущерба. Полноценный международный механизм репараций, которые Россия должна будет выплатить Украине, пока не установлен (В ЕС лишь в декабре 2025 года подписали декларацию о создании комиссии, которая будет рассматривать заявления о вреде, причиненном Россией. Это второй из трех шагов для установление полноценного репарационного механизма. Ранее был создан Реестр убытков. Следующий шаг – создание компенсационного фонда.). В конце 2024 года президент Украины Владимир Зеленский подписал закон, который вводит дополнительную государственную помощь пострадавшим от сексуализированного насилия со стороны российских военных. Его инициировала депутатка Верховной рады Марина Бардина. Хотя закон приняли больше года назад, по многим причинам на практике он все еще не заработал, рассказывает Опаленко. Но помощь пострадавшим нужна прямо сейчас. Хотя власти активно сотрудничают с правозащитниками для разработки эффективной системы поддержки, основную помощь – юридическую, психологическую и медицинскую – оказывают НКО. Среди них: JurFem,SEMA Ukraine,"Нумо, Сестри",La Strada Ukraine,"Марш Жінок",сеть "Випускники" (ALUMNI) и другие.Весной 2024 года международная организация Global Survivors Fund запустила программу выплаты так называемых промежуточных репараций для людей пострадавших от сексуализированного насилия со стороны российских военных в Украине. Тем людям, чьи случаи удалось подтвердить, фонд выплачивает единовременно 3000 евро. "Государство и организации оказывают не просто помощь какую-то, а именно есть вложенное понимание, что это возмещение тех убытков, которые им были нанесены агрессором. Но при невозможности пока осуществить трибунал и обеспечить длительные репарации, мы делаем все возможное для того, чтобы этот вред как-то нейтрализовать", – говорит Ольга Опаленко. Как рассказали Настоящему Времени в организации, к концу февраля 2026 года более 1200 человек обратились за выплатами, чуть больше 1000 из них получили выплаты. Как рассказывает Ольга Опаленко, каждый случай в GSF проверяют в несколько этапов при помощи экспертов и партнерских организаций, работающих с пережившими насилие. Truth Hounds – одна из них. За годы своей работы TH удалось собрать объемную базу данных, в которой есть информация о пострадавших, предполагаемых преступниках, боевых действий, а также свидетельства других людей. Зачастую, по ее словам, у НКО есть больше доказательств случившегося, чем у самих пострадавших. "Truth Hounds управляет этой базой данных, анализирует информацию и разделяет ее на логические кластеры. Таким образом, для каждого пережившего насилие у нас был очень большой кластер с доказательствами преступлений, совершенных против каждого из них. Именно поэтому у нас появилась возможность стать частью этого временного проекта по репарациям", – говорит Опаленко Вместе с этим, Global Survivors Fund предоставлял возможность обратившимся за выплатами также передать информацию в Офис генпрокурора, в котором существует специальное подразделение, занимающееся этими делами. Но главное в программе GSF, рассказывает Опаленко, – возможность получить официальный статус потерпевшего. "В проекте отдельно говорилось, что вас признают потерпевшими, и государство этот статус также признает, потому что взяло на себя эти обязательства. И кажется, менеджмент проекта больше делал ставку не столько даже на деньги, а сколько на признание, чтобы убрать стыд, убрать, возможно, часть той большой травмы, которая есть у человека и попытаться этим, в том числе, реинтегрировать его в общество", – говорит она. Однако, говорят правозащитники, они сталкиваются с еще одной проблемой. Большинство международных механизмов по расследованию военных преступлений России в Украине начинают отсчет от полномасштабного вторжения в 2022 году. Сейчас правозащитники борются за то, чтобы добиться правосудия и для тех, кого военные действия России в Украине затронули с самого начала войны – 2014 года. "Амнистия за военные преступления станет катастрофой". Понесут ли военные России наказаниеОпыт других конфликтов и международных военных трибуналов показывает, что военные преступления, особенно сексуализированное насилие, расследовать тяжело и долго, еще труднее – наказать конкретных исполнителей. Иногда на это уходят десятилетия. Из-за активных боевых действий почти невозможно физически найти и судить подозреваемых в военных преступлениях: кто-то был убит, кто-то все еще воюет на фронте, а кто-то скрывается на территории РФ. И это еще одна преграда на пути к правосудию для пострадавших. Однако украинские следователи все равно расследуют и передают в суды подобные дела. За прошедшие четыре года суды в Украине вынесли лишь 17 приговоров в отношении 22 российских военных за сексуализированное насилие, рассказали Настоящему Времени в Офисе генпрокурора. Всех их приговорили к наказанию в виде лишения свободы. Все приговоры вынесены заочно. Еще 86 военным РФ было объявлено подозрение, а в судах находится на рассмотрении 50 обвинительных актов в отношении 61 военного. В Независимой комиссии ООН говорят, что даже когда подобные расследования и судебные процессы затягиваются на годы, следователи делают все возможное, чтобы установить личности преступников и привлечь их к ответственности в будущем. "Мы документируем и идентифицируем преступников, как тех, кто непосредственно совершает преступления, так и тех, кто отдает приказы, – говорит Вринда Гровер. – Все это способствует созданию долгосрочного механизма привлечения к ответственности. И эти доказательства, при необходимости, предоставляются соответствующим учреждениям". В то же время для многих переживших насилие, правозащитников и следователей стало шоком, когда в конце 2025 года был опубликован проект потенциального мирного плана, который США предлагали заключить Украине и России. Одним из пунктов была "полная амнистия" за все военные преступления, совершенные в ходе конфликта. Включен ли этот пункт в новые варианты мирного плана – не известно. "Безнаказанность потенциально приведет к еще большим преступлениям агрессии. Нам об этом говорит история и политика памяти. Этого нельзя допускать", – говорит Опаленко. Но даже подобные предложения могут создать опасный прецедент в международном праве и лишить переживших насилие шанса на правосудие, говорит юрист Андрей Лацыба: "Это станет катастрофой, если будет объявлена амнистия за военные преступления. Я считаю, что это должно быть красной линией, которую нельзя пересекать, – говорит юрист. – Это может сломить многих людей, например, в будущем, когда произойдут новые конфликты, и выжившие просто поймут, что справедливости все равно не будет. По крайней мере сейчас есть хоть какая-то надежда на справедливость, учитывая все недостатки, которые существуют в международном и национальном праве". У военных преступлений нет срока давности, среди главных принципов репараций для жертв нарушений международного права – компенсации, реабилитации, гарантии неповторения преступлений, а также наказание преступников. Поэтому комиссар Независимой комиссии ООН Вринда Гровер называет подобную амнистию недопустимой. "Мы неоднократно настаивали, что любое мирное соглашение должно обеспечить ответственность за международные преступления. Мир должен быть подкреплен тем, что к ответственности будут привлечены те, кто совершил [военные] преступления. Безнаказанность не может продолжаться". https://www.currenttime.tv/a/kak-v-ukraine-rassleduyut-dela-o-seksualizirovannom-nasilii-so-storony-voennyh-rf/33685509.html https://www.currenttime.tv/a/kak-v-ukraine-rassleduyut-dela-o-seksualizirovannom-nasilii-so-storony-voennyh-rf/33685509.html Tue, 24 Feb 2026 06:25:00 +0300 ЛонгридыРоссияУкраинаВыбор редакции Одна из крайних форм насилия в отношении женщин – фемицид или феминицид, убийства женщин на почве гендерной дискриминации, ненависти или идеологических убеждений. Посчитать случаи фемицида часто довольно тяжело – лишь некоторые государства официально ведут подобную статистику, поэтому основная работа по изучению этого вида преступлений ложится на НКО, социальных исследователей, активистские группы или журналистов. Ежегодно 25 ноября отмечается Международный день борьбы против насилия в отношении женщин. В этот день Настоящее Время рассказывает, что такое фемицид и как с ним пытаются бороться в Восточной Европе, Центральной Азии, в Балтии и на Кавказе. Предупреждение: в тексте присутствуют описания сцен насилия Что такое фемицидСуд в Ростове приговорил российских военных к 18 и 12 годам за убийство девушки из Луганска, к которой домогался один из них. В Бишкеке судят мужчину по делу о жестоком убийстве жены – он нанес ей 22 удара ножом. Мужчину, который убил и расчленил невесту в Киевской области, приговорили к 15 годам тюрьмы. В Ереване нашли мертвой бежавшую от домашнего насилия чеченку. Все это – случаи фемицида. "Попросту говоря, фемицид – это гендерно-мотивированные убийства, – говорит Софья, специалистка в области прав женщин из России. – Фемицид отличается от убийства женщин именно мотивом преступления. В огромном количестве дел о домашнем насилии, которые закончились убийством, видим именно гендерно-мотивированный сегмент: из-за ревности, невыполнения, по мнению агрессора, домашних обязанностей. То есть, все, что связано с гендерной идентичностью женщины". Это понятие тесно переплетено с домашним и другими видами гендерного насилия, рассказывают опрошенные Настоящим Временем экспертки. "Это причина номер один. Согласно нашему исследованию, чаще всего фемицид становится конечным результатом многолетнего домашнего насилия, – рассказывает исследовательница из Центральной Азии Айнура (имя изменено из соображений безопасности). – Большая часть этих убийств совершается дома либо интимным партнером, либо кем-то из ближайшей семьи, и только в редких случаях это какие-то незнакомые люди, когда это связано с похищением или с преследованием". Организация "ООН Женщины" называет фемицид "скрытой пандемией" и "глобальным кризисом". По последним данным, в 2023 году свыше 85 тысяч женщин стали жертвами фемицида, из них – 60% были убиты интимными партнерами или членами семьи. Тяжело понять весь масштаб проблемы также из-за того, что в разных странах данные собираются и классифицируются по-разному. А Управление ООН по наркотикам и преступности выпустило единые рекомендации лишь в 2021 году. Это также могло повлиять на резкое увеличение в статистике случаев фемицида. Для Центральной Азии вопрос фемицида стоит особенно остро. В СМИ регулярно попадают случаи об убийствах и истязаниях женщин, но в уголовных кодексах ни одной из стран до сих пор не зафиксировано понятие "фемицида", и статистика не ведется. Часто подобные убийства сопровождаются особой жестокостью, а на телах жертв находят множество тяжелых травм, рассказывает Айнура. По ее словам, насилие часто становится следствием патриархальных традиций и гендерного неравенства: "Ненависть [к женщинам] воспитывается обществом с детства. У нас в регионе очень патриархальное общество. Я могу сказать это про любую страну в Центральной Азии. С детства преференции отдаются мальчикам. Все ресурсы семьи вкладываются в них. К девочкам изначально относятся как к чужой семье, потому что она выйдет замуж, уйдет в чужую семью. Мы сталкивались даже с тем, что было многолетнее насилие, и не раз женщина обращалась за помощью к родным, но условно совет махалли говорит, что супруги должны примириться. Потом это заканчивается смертью женщины". Но в некоторых странах, как, например, Туркменистане, информацию о гендерных преступлениях получить почти невозможно, рассказали Настоящему Времени исследователи и журналисты. За последние годы лишь несколько громких случаев попадали в СМИ, но и о них тяжело узнать детали. Так, например, последнее известное убийство произошло в 2024 году. Журналисты Радио Азадлыг узнали об убийстве девушки в столичной бане. По данным источников журналистов, один из посетителей пытался принудить женщину к сексу, после чего убил. Единственное всеобъемлющее исследование о состоянии домашнего насилия в Туркменистане провели в 2021 году при помощи ООН. Около 12% опрошенных женщин в стране рассказали, что сталкивались с разными формами гендерного насилия. Однако во время интервью не все женщины готовы были рассказывать о пережитом опыте, но некоторые использовали возможность анонимно передать форму в конверте. Таким способом около 1,6% опрошенных женщин сообщили о сексуализированном насилии в возрасте до 15 лет. В России тоже не ведется официального учета случаев домашнего насилия и фемицида. Но Россия предоставляет данные в ООН. Согласно им, почти 1000 женщин была убита в 2024 году в результате домашнего насилия, в 2023-м – ненамного меньше. Хотя до последнего года число убийств женщин ежегодно сокращалось, согласно данным ООН, доля убийств от рук члена семьи или интимного партнера ежегодно растет. В 2024 году она составила 47%. Однако эти данные отличаются от опыта российских правозащитниц. Консорциум женских НПО несколько лет публикуют собственное исследование под названием "Алгоритма света". Они анализируют судебные приговоры, в которых фигурируют убийства женщин. По их данным, в период с 2022 по 2023 годы более двух тысяч женщин погибли только в ситуации домашнего насилия, а общая доля фемицида от убийств женщин достигала 66%. "Есть у полиции термин "семейно-бытовое насилие", но в "семейно-бытовое" входит много чего другого, что, конечно, не совсем отражает суть происходящего в отношении прав женщин. Кроме того, в статистике ведомственной не учитываются неофициальные браки. [И совсем не берется в расчет], если партнеры, например, живут в разных квартирах, а насилие происходит на некой нейтральной территории: улице, в магазинах, на спортивных площадках", – объясняет исследовательница из России Софья. На уровень насилия в отношении женщин сильно влияют внешние обстоятельства. Например, в странах, где доступны полные данные, ООН фиксировала рост насилия во время пандемии коронавируса. О влиянии COVID-19 свидетельствуют и данные, собранные Консорциумом женских НПО. Например, в 2020–2021 годах в России выросла доля женщин, погибших от домашнего насилия: если в 2011–2019 годах она составляла около 66%, то в годы пандемии поднялась до 71%. Значительно увеличился и уровень партнерского насилия. Из всех женщин, убитых в результате домашнего насилия, 93% были убиты партнерами, остальные – другими родственниками. Война и фемицидПолномасштабное вторжение России в Украину значительно повлияло на уровень насилия в отношении женщин в обеих странах. С самого начала военных действий жительницы разных регионов Украины, которые оккупировали российские военные, стали сообщать о случаях сексуализированного насилия. Глава Ассоциации женщин-юристок Украины "ЮрФем" Кристина Кит ранее рассказывала Настоящему Времени о нескольких случаях в Киевской области, когда во время оккупации российские военные предположительно после насилия убивали женщин. В Украине эти дела расследуются как военные преступления. Хотя статистику о случаях фемицида, сопряженного с насилием, публично власти не приводят, известно, что с 2022 года Офис Генпрокурора Украины расследует не менее 372 уголовных дел о сексуализированном насилии со стороны российских военных, 255 из них – в отношении женщин и девочек. Это только те случаи, в которых пережившие насилие женщины выжили и готовы свидетельствовать в суде. В реальности переживших насилие со стороны российских военных – гораздо больше, рассказывали Настоящему Времени в правозащитных организациях и в Генпрокуратуре. По данным главы украинской организации SEMA-Ukraine Ирины Довгань, только в селах Киевской области около 5% всех женщин пережили сексуализированное насилие со стороны военных РФ. Вместе с этим война влияет на уровень насилия в отношении женщин и в самом украинском обществе. В ноябре, например, житель Драгобыча Львовской области задушил во сне свою жену, по его словам, потому что увидел, как она общалась с его другом. В полицию он позвонил сам, но ранее утверждал, что она в состоянии алкогольного опьянения упала и умерла. По данным ООН, с 2022 года уровень гендерного насилия вырос на 36%. За 2024 год в Украине открыли 277 уголовных дел по статье о домашнем насилии. Организация "Ла Страда–Украина" сообщает, что на их горячую линию ежемесячно поступают около 4000 обращений за психологической и юридической помощью, связанной с темой домашнего насилия. "В любом масштабном кризисе – войне, длительных чрезвычайных ситуациях, климатических или экономических кризисах – уровень напряжения в обществе всегда растет. Наши дома стали опасными, ведь в них в любой момент может прилететь российская ракета или дрон. Из-за этого возросло напряжение в обществе, а агрессия и насилие в семьях ушли на задний план освещаемых вопросов. Однако людей, страдающих от насилия не становится меньше, и они нуждаются в поддержке и напоминании, что помощь можно получить", – говорит менеджер по стратегическим коммуникациям "Ла Страда–Украина". На фоне войны увеличиваются случаи домашнего и гендерного насилия в России. Об этом с начала вторжения предупреждали правозащитники. По данным ООН видно, что именно в 2024 году число убийств в ситуации домашнего насилия в России снова начало расти. В 2022–2023 годах полномасштабной войны в приговорах, по подсчетам исследователей, бывщие военные упоминались нечасто: им удалось найти лишь восемь таких случаев. Однако они регулярно появляются в СМИ. Весной 2025 года во Владимирской области вернувшийся с войны в Украине военнослужащий изнасиловал и убил сотрудницу местной библиотеки Людмилу Фомину. По сообщениям СМИ, он напал на женщину, избил ее и оставил умирать в безлюдной местности. А на следующий день вернулся и попытался спрятать тело в лесу. Тогда же в Тюменской области другой участник войны в Украине в первую же ночь после заключения брака убил жену Марину, ударив ножом в сердце. Исследователи предполагают, что реальное количество дел может быть выше, поскольку суды иногда не указывают сведения о прежней судимости бывших заключенных или участии обвиняемого в так называемой "СВО". "Верстка" писала о случаях, когда уже после публикации приговоров участников "СВО" тексты редактировали: удаляли упоминания о госнаградах или и вовсе убирали документ из публичного доступа. По словам исследовательницы Софьи, война стала точкой отката в теме домашнего насилия. Если раньше российская массовая культура активно поднимала эту проблему, то после 2022 года работать с темой становится все труднее. Этот откат почувствовали на себе и пострадавшие от насилия, говорит Софья. Обращаясь за помощью в организацию, где она работает, женщины все чаще просят сохранить анонимность. А в соцсетях под публикациями о насилии в отношении женщин, по словам собеседницы, заметно выросло количество комментариев, обвиняющих пострадавших в "неправильном поведении". "В России, я думаю, откат был бы и без "СВО", учитывая консервативный поворот Путина и всей системы, которая ему подчинена. Просто "СВО" в принципе усугубило положение женщин, потому что наказывать за домашнее насилие стало невозможно. Агрессор подписывает контракт и уходит на "СВО", – говорит исследовательница Софья. Она отмечает, что консервативный поворот влияет и на общее отношение к женщинам в стране: запрет "пропаганды чайлдфри" , репродуктивная политика, где деторождение становится основной "функцией" женщины. Но этот же поворот бьет и по организациям, которые работают с темой насилия в России. В октябре 2025 года о закрытии объявил центр помощи пережившим домашнее насилие "Насилию.нет" из-за "иноагентского" статуса, который постепенно лишал организацию пожертвований. Доведения до самоубийства и "убийства чести"Одной из форм фемицида в некоторых случаях считают и доведение женщин до самоубийства. Как рассказала Настоящему Времени исследовательница из Центральной Азии Айнура, в традиционно-патриархальных семьях жертвами в основном становятся келин – невестки. После свадьбы на келин часто падает вся физическая работа по дому, некоторые регулярно подвергаются вербальному и физическому насилию. Это толкает их к суициду. "Это большая невидимая проблема для статистики, – говорит она. – [Есть случаи, когда] вся семья в течение какого-то периода издевалась над жертвой, и она приняла такое решение. У нее – безвыходное положение. Были случаи, когда женщина понимала, что она совершит самоубийство, она перед этим убивала своих детей и потом убивала себя". Например, Таджикистан ратифицировал несколько конвенций по защите прав человека и, в частности, женщин. По мнению гендерной исследовательницы Фарангис Давроновой, подобные традиционные практики напрямую противоречат этим документам и нарушают права женщин. "Статус келин и его практики не просто устаревшие – они незаконны. [Конвенции] говорят, что любая форма угнетения, будь то физическая или психологическая, не может быть оправдана культурой, права женщины – это не предмет для торга между традицией и современностью", – говорит Давронова. Еще один вид фемицида – так называемые "убийства чести", когда смерть женщины родственники оправдывают тем, что действия жертвы "навлекли позор на семью" или были "аморальными". Этот вид фемицида распространен в Центральной Азии и на Кавказе. За последний месяц как минимум две женщины, бежавшие из Чечни, были убиты подобным образом: Айшат Баймурадова в Армении, которая бежала от домашнего насилия, и Лариса Арсанукаева во Франции, которую преследовал бывший муж. В ноябре также стало известно о смерти насильно возвращенной в Чечню Алии Оздамировой, которая бежала от угроз из-за ее сексуальной ориентации со стороны родственников, как правозащитники также считают, что ее убили родственники. Журналистка и правозащитница из Дагестана Аида Мирмаксумова рассказала Настоящему Времени, что в нынешнее время "честью" стали оправдывать насилие в отношении женщин или ЛГБТК+ людей. "Мужчины в последнее время все чаще показывают нам, что они считают, что их честь находится у женщины между ног и они – хозяева. Поэтому так называемые "убийства чести" происходят. Мир перевернулся с ног на голову, убийца становится героем. Как в случае с Ларисой Арсанукаевой, [убийца] был ее бывшим мужем, они три года были как разведены, он только отец ее детей, но он все равно ее убил. А все эти хейтеры обрушились [с критикой] на жертву, на ее детей. Даже чеченским женщинам, которые вышли на протест в поддержку Ларисы и против домашнего насилия, говорили: "Куда вы лезете, это семейное дело". Нет, это фемицид", – говорит Мирмаксумова, добавляя, что сама регулярно подвергается подобной критике. Хотя правозащитники и родственники часто знают о многолетнем насилии, в некоторых случаях официально смерти женщин фиксируют как естественные, говорит Мирмаксумова. С этим в том числе связаны трудности в сборе статистики по домашнему насилию. "Официально статистики по домашнему насилию и по так называемым "убийствам чести" нет. Официально все женщины умерли от болезней: сразу плохо с сердцем стало, вечером уснула, утром не проснулась. [Родственники покупают] липовые справки местных врачей за деньги, конечно, или по знакомству. Хотя [о насилии] знают соседи, все все прекрасно знают", – говорит она. Но есть и другая сторона этого явления. Правозащитница рассказывает, что иногда под ярлыком "убийств чести" пытаются скрыть и другие преступления. "Если отец насилует дочь, и потом убивает ее, то это спокойно может выдаваться за "убийство чести", потому что отцу не стоит ничего сказать, что она гуляла. Или родственники делят имущество, и женщину убивают, чтобы ей не досталось наследство, и ее смерть вуалируют "убийства чести", – говорит она. Азербайджанский правозащитник Эльдар Зейналов ранее рассказывал Настоящему Времени, что подобные убийства тесно связано с растущим традиционализмом, патриархальными общественными устоями в регионе и тем, что сотрудники правоохранительных органов – в основном мужчины, разделяющие подобные взгляды. Именно поэтому жалобы на домашнее насилии часто остаются проигнорированными. "В подавляющем большинстве случаев поводом [для убийства] был развод или завышенное самомнение, – говорит правозащитник Эльдар Зейналов. – Чаще всего жертвами этих убийств были женщины, а мужчины-убийцы брали на себя роль судьи и палача в одном лице". Например, в Азербайджане, летом 2025 года сын попросил дядю убить свою мать Халимат Мамедову за то, что она переписывалась с мужчиной, по его мнению, это было "аморальным". Родственник нанес ей несколько ударов ножом. Хотя женщина выжила, а нападавшего приговорили к 7 годам тюрьмы, это дело показывает, насколько легко мужчины готовы лишать жизни женщин. По словам Мирмаксумовой, эти убийства продолжают происходить, потому что преступники остаются безнаказанными, а в обществе все еще превалирует мнение, что насилие – семейное дело: "Мужчины чувствуют свою безнаказанность, с них никакого спросу нет, официально они – не убийцы. Как они сами с этим живут, я не знаю. А в лице общественности они – герои. А те, кто знают, молчаливо кивают головой. В основном женщины, но и адекватные мужчины это осуждают, потому что понимают, что эти "убийства чести" никакой чести им не делают". Что помогает предотвратить убийства женщинМногие юристы, исследователи и активисты, которые работают с темой фемицида и домашнего насилия в разных странах мира говорят, что крайне важно иметь законы и легальные механизмы, которые бы защищали женщин. Один из важнейших факторов – криминализация домашнего насилия. Как ранее выяснило Настоящее Время, почти четверть всех убийств в Казахстане происходит дома, в основном жертвы – именно женщины. Данные также показывают, что домашнее насилие жестокое и регулярное. Как и во многих случаях подобных убийств в мире, часто множественные обращения женщин в полицию за защитой остаются проигнорированными. Побои в стране снова криминализовали в 2024 году в разгар судебного дела о смерти Салтанат Нукеновой, которую убил муж экс-министр экономики Куандык Бишимбаев. В офисе уполномоченного по правам человека отчитались, что за год число убийств в семейно-бытовой сфере снизилось на 35%. Если за первые пять месяцев 2024 года в стране были убиты 59 человек, то за тот же период в 2025-м – 39. Также предыдущий опыт криминализации побоев в Казахстане (2015-2017 годы) показал, что подобные механизмы помогают предотвращать убийства и вовремя помогать пострадавшим уйти от насильника. Во многих странах, в том числе в Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане и Узбекистане также действует система защитных предписаний. Это документ, который правоохранительные органы выдают в случае насилия – он запрещает агрессорам приближаться к пострадавшим на определенный срок. Хотя правозащитники позитивно оценивают этот инструмент, на практике он не всегда помогает предотвращать убийства, потому что к проблеме не подходят комплексно, говорит исследовательница Айнура. "Раньше, например, охранный ордер выписывают, мужчине назначают штраф, он оплачивает штраф из семейного бюджета. А штраф шел в пользу государства. Получается, меня побили, бенефициары этого избиения – государство и этот мужчина, который в целом просто заплатил деньги за то, что он меня побил. Потом меня еще повторно за это побили, потому что это фрустрация. И женщины очень часто не подавали, не заявляли, потому что это им надо кормить детей, а они полностью зависят финансово от мужчин. Но сейчас именно штрафную систему убрали, вместо нее – либо арест на определенный период, либо общественные работы". В такой ситуации, например, оказалась жительница Алматы Индира Тергеубаева. После заявлений в отношении бывшего мужа и его арестов, рассказывала Настоящему Времени Индира, насилие и преследование с его стороны усиливались, а полиция не реагировала с должной скоростью. Это привело к тому, что бывший муж попытался заживо ее сжечь и погиб в пожаре сам. Индира из-за серьезных ожогов получила инвалидность. Уже несколько лет она через суды добивается компенсации и наказания для полицейских, которые не реагировали на ее регулярные жалобы и заявления. И хотя спустя почти четыре года борьбы суд признал полицейских в халатности, от наказания их освободили, в компенсации женщине отказали. "Для самого преступника это ни о чем бумага. А а к женщине не приставлена никакая охрана, она не может сразу позвонить, кого-то вызвать. Пока, к сожалению, предписания не будут подкреплены очень быстрым реагированием милиции, мне кажется, это не будет сильно помогать ситуации. Но ситуация все равно улучшается", – говорит Айнура. Еще один важный инструмент для защиты женщин от насилия и предотвращения убийств – ратификация международных договоров и конвенций по защите прав человека. Стамбульская конвенция – одна из них. Ее разработал Совет Европы в 2011 году. Она включает подробные рекомендации о том, как государства могут и должны работать над тем, чтобы Европа стала регионом, свободным от гендерного насилия. Среди обязательств: создание убежищ для переживших гендерное и домашнее насилие, открытие кризисных центров, организация круглосуточных бесплатных телефонов доверия, а также просвещение населения по вопросам гендерного равенства и здоровых отношений. "Это важный документ, который охватывает разные сферы, которые могли бы защищать женщин и гендерно-уязвимых лиц, – говорит экспертка в области прав женщин Софья. – Очень много мифов вокруг [конвенции], но если читать сам документ, то это, можно сказать, правовая Библия, которая могла бы реально защищать пострадавших. То есть, сама Стамбульская конвенция не влияет на уровень насилия, но многое зависит от того, насколько есть политическая воля у самой страны. Например, Дания и Швеция меня очень воодушевляют. Они приняли огромное количество мер, включая травмо-информированный подход к работе с пострадавшими. И это все прописано на на правительственном уровне, что очень важно". Благодаря Стамбульской конвенции во многих странах происходят законодательные изменения: появляются акты о кибернасилии и сталкинге, меняется юридическое определение изнасилования. В Финляндии, например, финансирование убежищ для переживших домашнее насилие полностью взяло на себя государство. А в Албании, Сербии и Черногории были созданы национальные телефоны доверия. Грузия ратифицировала Стамбульскую конвенцию в 2017 году. И хотя проблема насилия над женщинами остается острой – каждая седьмая грузинка хотя бы раз сталкивалась с насилием со стороны партнера, а экс-президентка Саломе Зурабишвили называла фемицид "позором для страны" – правозащитницы отмечают положительные изменения. "В 2017 году мы присоединились к Стамбульской конвенции, и Грузия взяла на себя ряд обязательств. Предотвращение домашнего насилия в семье стало одним из приоритетов государства. Теперь, когда женщина жалуется на гендерное насилие, она больше не подвергается такому осуждению со стороны полиции. Раньше же насилие в семьях носило системный характер, оно даже не считалось проблемой. Теперь в Грузии есть электронные браслеты для насильников, программа для коррекции их поведения", – говорила в интервью Paper Kartuli соосновательница некоммерческой феминистской организации Femina Нино Баисонашвили. Украина ратифицировала Стамбульскую конвенцию уже после начала полномасштабной войны в 2022 году, хотя подписала ее еще в 2011-м. Ратификация откладывалась из-за сопротивления консервативных политиков и представителей церкви, которые критиковали документ за использование понятия "гендер" и называли его угрозой "традиционной семье, самобытности и культуре украинского народа". Однако все это время Украина постепенно усиливала законодательство. В 2018 году в Уголовный кодекс внесли статью, предусматривающую до пяти лет лишения свободы за умышленное физическое, психологическое или экономическое насилие в отношении супруга, бывшего партнера или другого члена семьи. А сам факт совершения преступления против близкого человека стал считается отягчающим обстоятельством. В том же году изменилось и определение изнасилования: если раньше речь шла о половом акте под угрозой или с применением силы, то новая редакция закрепила современный подход: изнасилованием стало считаться любое проникновение в тело человека без его добровольного согласия. Ратификация Стамбульской конвенции во многих странах происходит с большими задержками. Армения, например, подписала ее в 2018 году, но из-за общественного сопротивления до сих пор не ратифицировала. Тем не менее еще в 2017 году в стране приняли закон о защите жертв домашнего насилия и пытаются с проблемой бороться. Однако обострения войны в Нагорном Карабахе и связанные с этим кризисы привели к резкому росту случаев домашнего насилия, который в Армении фиксируют последние два года. Но есть и обратное движение. В 2021 году из конвенции вышла Турция. Президент Реджеп Тайип Эрдоган объяснял решение "неправомерным использованием" положений конвенции и тем, что отдельные пункты противоречат ценностям и верованиям турецкого общества. В 2025 году обсуждение разгорелось уже в Латвии. Парламент страны проголосовал за выход из конвенции, но после массовых протестов президент наложил вето и отправил решение на повторное рассмотрение. Одним из главных аргументов противников является понятие пола как социальной роли, которое содержится в документе. Они считают, что это косвенно навязывает Латвии "чуждые либеральные ценности". Сторонники конвенции называют это манипуляцией и популизмом за счет людей, страдающих от насилия. Согласно данным, которые Латвия предоставляет в ООН, за последние пять лет в стране ежегодно погибают около 20 женщин от домашнего насилия. А по информации за 2023 год, Латвия занимает первое место в Европе по числу убийств женщин на душу населения. "Я бы сказала, что тут много связей, конечно, и с культурой, и с ментальным здоровьем мужчин в нашей стране. Там есть много факторов, которые объединяются. Мы тоже на первых местах по алкоголизму, мы на первых местах по моббингу (травле – НВ) в школах. Это просто такая очень спрятанная культура агрессии, которая может быть, не выявляется на улице, но она очень сильно выявляется за закрытыми дверьми", – рассказала Настоящему Времени представительница ресурсного центра для женщин Marta Беата Йоните. Помимо правовых механизмов, существуют и другие факторы, которые помогают противостоять фемициду. Например, в центральной России, по словам исследовательницы Софьи, росту убийств женщин частично препятствует высокая занятость женщин в экономике. В отличие от регионов Северного Кавказа, где девочкам с ранних лет внушают, что работать не нужно, в центральных регионах женщины все же могут, несмотря на разрыв в оплате труда, добиваться большей экономической самостоятельности. Это позволяет уходить из отношений, где к ним применяют насилие, или вовсе выбирать, вступать в отношения или нет. Как говорить о фемициде и какова роль медиаЕще одна проблема – романтизация подобных преступлений в обществе и СМИ, рассказывает исследовательница из Центральной Азии Айнура, в том числе из-за того, что медиа могут пересказывать версию событий со стороны преступника, которая удобна ему. Она вспоминает случай, когда мужчина в Узбекистане зарезал женщину и сам получил ранение. На суде он утверждал, что они договорились покончить жизнь самоубийством, потому что родственники запретили им быть вместе. "Их прямо называли Ромео и Джульетта. Медиа это романтизировали писали про них, что они влюблены, и в целом история подавалась именно с его точки зрения, потому что мы не знаем, почему он ее убил. Мы не должны верить ему на слово, что там какая-то душещипательная история. Мы и не узнаем, потому что у жертвы отобрали голос. Она ничего не может сказать", – говорит Айнура. О похожем говорит и исследовательница из России Софья: "У нас есть традиция, когда убийца называется влюбленным, используется лексика, которая обесценивает страдания жертвы. Достаточно часто до сих пор пытаются показать вторую сторону вместо того, чтобы в центр ставить само преступление и страдания жертвы. То есть, часто дается бэкграунд в публикациях, который как будто бы оправдывает само преступление. Или ищется негатив в отношении личной жизни пострадавшей или убитой женщины". Но говорить об этом открыто удается не везде. В странах, где свобода слова под угрозой и почти нет независимых медиа, обсуждать фемицид особенно сложно. "Я вот выступала на одной конференции в России, и меня попросили вот так вот прямо не говорить слово "гендер" и как-то смягчить вопросы насилия, выбрать другую терминологию. Слово "феминизм" тоже просили иногда убирать и заменять, например, на "женское движение", – вспоминает Софья. Софья подчеркивает: терминология важна, но еще важнее – сама возможность донести проблему до аудитории. По словам экспертки, изменение языка может менять и отношение общества к гендерному насилию: "Можно использовать хейт-спич, а можно использовать толерантный язык. Можно перестать романтизировать преступления на гендерной почве, на почве брака и просто писать об этом как об умышленных убийствах женщин, обусловленных их полом". Исследовательница Айнура рассказывает, что к работе с темой фемицида ее и коллег привело именно желание изменить, как в обществе и СМИ говорят о жертвах: "Часто у журналистов есть данные [о жертве], они просто ее не публикуют. Я помню очень большую статью, когда журналисты даже опубликовали скриншот охранного ордера, где были полные данные жертвы: имя, фамилия, отчество, год рождения. Но при этом во всей статье не было ни одного упоминания ее имени. То есть она просто какая-то очередная цифра. И я хотела превратить этих женщин не в цифры, а в личности". Если вы тоже переживали насилие в отношениях и смогли из них выйти, расскажите, что помогло вам сделать этот шаг. Ваш опыт может поддержать других. https://www.currenttime.tv/a/chto-takoe-femitsid-i-kak-s-nim-boryutsya-v-evrope-azii-i-na-kavkaze/33603577.html https://www.currenttime.tv/a/chto-takoe-femitsid-i-kak-s-nim-boryutsya-v-evrope-azii-i-na-kavkaze/33603577.html Tue, 25 Nov 2025 06:15:00 +0300 ЛонгридыРоссияУкраинаЕвропаВыбор редакцииТаджикистанТуркменистанУзбекистанАзербайджанАрменияГрузияКазахстанКыргызстанЛатвия Проект "Голоса смелых" исследует проблему гендерного насилия в странах Центральной Азии и рассказывает истории женщин, которые его пережили https://www.currenttime.tv/a/voices-of-the-brave/33441095.html https://www.currenttime.tv/a/voices-of-the-brave/33441095.html Mon, 16 Jun 2025 08:32:00 +0300 ЛонгридыВидео и статьиАзияВыбор редакцииАктуальноеТаджикистанУзбекистанКазахстанКыргызстан