Ссылки

"Жертвы есть, преступников — нет": зачем нужен справочник сотрудников НКВД в 2016 году


Степан Карагодин, расстрелянный сотрудниками НКВД, и его семья

Степан Карагодин, расстрелянный сотрудниками НКВД, и его семья

Из-за наплыва посетителей сайт с базой данных сотрудников НКВД эпохи "Большого террора", который опубликовало международное правозащитное общество "Мемориал" 23 ноября, был временно недоступен для пользователей.

Накануне правозащитники открыли доступ к справочнику Андрея Жукова "Кадровый состав органов государственной безопасности СССР. 1935-1939", который включает в себя сведения о почти 40 тысячах сотрудников. Главным источником информации для справочника стали приказы НКВД СССР по личному составу. На создание этого справочника ушло 15 лет.

В справочнике приведены номера и даты приказов о присвоении спецзваний и об увольнении из НКВД, сведения о занимаемой на момент увольнения должности, а также информация о полученных государственных наградах. Информация из приказов дополнена биографическими данными из других источников. Предварительную версию справочника изначально выпустили на компакт-диске в мае 2016 года.

К моменту публикации базы в интернете изменения и дополнения внесены примерно в 4500 биографических справок. О том, как велась работа над справочником, и кому он может быть полезен, рассказывает сопредседатель Международного "Мемориала" Ян Рачинский.

Как составлялся справочник?

Этот справочник – результат многолетней работы Андрея Жукова, он хотел создать максимально полный перечень людей, которые получили спецзвания госбезопасности в период с момента введения этих званий в конце 1935 года и до конца эпохи большого террора и даже несколько больше, до середины 1939 года.

Это была неимоверно кропотливая работа, поскольку он изучил огромное число приказов НКВД – многие сотни томов, поднял множество документов в наградном отделе Верховного совета СССР. Был перелопачен огромный объем информации. Этот справочник уникален, так как источники информации советской эпохи достаточно скудны: значительная часть архивов до сих пор недоступна, особенно это касается документов НКВД (архивы НКВД сейчас разделены между МВД и ФСБ).

Зачем продолжать исследовать тему репрессий, уже много лет прошло?

Прежде всего это вопрос о личной ответственности. Без личной ответственности не может быть нормального общества. Точно так же и знание истории, понимание собственной истории – это часть культуры. Это некоторый элемент гигиены, по существу. Это просто отличие культурного человека от не очень культурного. Если мы хотим быть современным обществом, мы должны понимать, как мы пришли к тому, что сейчас у нас есть. Не дав адекватную оценку коммунистическому режиму, мы не сможем построить что-то отличное от него, по существу.

Жертвы есть. Преступников – нет

Кроме практического значения, на мой взгляд, есть и значение более широкое. С одной стороны, это значение моральное, потому что все-таки каждый должен понимать, что он сам отвечает за свои дела, и рассчитывать на то, что что-то останется навсегда неизвестным, это пустые надежды. Все равно перед историей каждый за свои дела отвечает, и все становится известным.

С другой стороны, это исправляет некоторый перекос в информации, существовавшей до сих пор, потому что довольно много, в разных регионах по-разному, в разных постсоветских странах по-разному, но довольно много сделано по выявлению имен жертв репрессий, жертв преступлений. Но как-то так получилось, что жертвы преступлений есть, а преступников у нас вроде как и нет.

Названы несколько сотен имен главных руководителей, возглавлявших областные управления, но они почти никогда не занимались непосредственно допросами, выдумыванием дел. Этим занимались их подчиненные, имена которых оставались неизвестными. Вот теперь среди этих 40 тысяч имен практически все имена тех, кто вел допросы, кто фальсифицировал обвинения, кто совершал преступления.

Думаю, что речь должна идти об осмыслении этой истории и о назывании вещей своими именами. Если разбираться, среди потомков этих сотрудников НКВД есть люди, чрезвычайно достойные. И мне кажется не очень правильным считать в чем-то виновными шоферов и машинисток, потому что они не обладали возможностью оценивать достоверность показаний, которые они перепечатывали, степень вины людей, которых они возили туда, на место казни и из тюрьмы в тюрьму.

Эта ответственность все-таки лежит на тех, кто сознательно пытал и сознательно фальсифицировал обвинения. И именно на них и надо сосредоточиться, на мой взгляд.

Даже палачи, хотя это отвратительная профессия, невообразимая для нормального человека, по существу только исполнители. Они не знали, кого они расстреливали, по ложному обвинению или по действительному. Среди них встречались и те, кто заведомо знал об этом, но большая часть – это были просто не очень далекие люди с не очень развитыми моральными критериями. Так что у меня к этому сюжету отношение довольно сложное.

Я за то, чтобы люди выясняли, что случилось с их предками и кто ответственен за то, что с ними случилось, но вот с четким разделением по степени вины.

Кому и для чего можно этот справочник пригодиться? ​

В первую очередь для историков. Потому что в документах, в том числе, и в архивно-следственных делах, значится обычно только фамилия и звание, хотя и это не всегда. Имя, отчество и даже инициалы, как правило, не приводятся. И понять, о ком речь, что это за человек, где искать его следы, очень сложно. Этот справочник позволяет решить проблему, по крайней мере, для тех, кто имел эти вот спецзвания, понять, когда он это звание получил, каким приказом, зачастую по какому региону.

Для очень многих удалось выяснить и дополнительную информацию – дату, место рождения, и теперь можно определить, что за человек фигурировал в данном документе, и по разным документам связать, построить какую-то цепочку судьбы, понять, что это был за человек и что он совершил. Это, в общем, для комментариев к любым мемуарам, к огромному числу документов абсолютно бесценный, на мой взгляд, источник.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG