Ссылки

"При слове "перемирие" все смеются"


Обозреватель "Настоящего Времени" Шахида Якуб - о том, на сколько реален мир на Востоке Украины

Обозреватель "Настоящего Времени" Шахида Якуб вернулась командировки на Восток Украины, где снимала документальный фильм - про Донецкий аэропорт и о боях, которые велись за контроль над этим объектом.

***

"Настоящее Время": Первый вопрос о ситуации боевых действий сейчас. Такое впечатление, что перемиие на Донбассе вызывает у всех кривую ухмылку. По прежнему стреляют, стреляют более интенсивно, чем раньше. По твоим ощущениям, нас ждёт эскалация конфликта?

Шахида Якуб: "Ну, во-первых, после слова перемирие бойцы с той и с другой сторны просто начинают смеяться и говорить что его никогда небыло и не будет (особенно те, которые стоят не передовой). Как с украинской стороны, так и со стороны сеператистов говорят, что никакой тяжёлой артиллерии не было выведено, что её прячут где-то, а потом опять доставляют на те места, и что ОБСЕ не эффективно. Всё, как и раньше, в то же самое время. Та и другая сторона, проведя время с бойцами ВСУ, а также тех, кто представляет собой сепаратистов, они все говорят, что начнется наступление. Абсолютно откровенно, что после майских праздников все пойдут вперёд, и все уже к этому готовы".

"НВ": Главной целью твоей командировки было снять материал для документального фильма про Донецкий аэропорт и про его защитников, «киборгов», как их называют. И при чем эту историю ты рассказываешь, поворачиваешь, перломляешь человеческие судьбы. Какие истории ты привезла, личные истории?

Ш.Я.: "Они все личные истории потому, что я разговаривала с людьми, которые были как со стороны сепаратистов, которые контролировали аэропорт и брали его штурмом, и со стороны ВСУ - ребят, которые стояли до последнего. И, честно говоря, самая трагичная история, что на самом деле всех бросили. Когда был второй взрыв, под завалами остались люди. Ребята рассказывали, что кто-то сам смог выбратся, а тех, которые остались под завалами, некоторых удалось спасти. К вечеру, когда восемь человек вытащили, старшина сказал, что к утру живых было только трое. Они уже просто умирали, и он был вынужден пойти и договариваться с бойцами на другой стороне. Он просто пошел, не смотря на то, что сам был ранен, это Анатолий Свирид, и договорился о том, чтобы раненым была оказана медицинская помощь, и чтобы их эвакуировали из аэропорта".

"НВ": А что сейчас с «киборгами» - защитниками аэропорта. Как складываются их судьбы"

Ш.Я.: "Многие после реабилитации вернулись на передовую. Те, с которыми я разговаривала, Юрий Совак, который был в плену, он уже с побитыми плечами, на таблетках, стоит прямо на передовой".

"НВ": "То есть их избивали боевики?"

Ш.Я.: "Да, их избивали боевики. Они уже до этого были ранены, контуженны. У некоторых, как Анатолй Свирид, появились проблемы с вооруженными силами. Не понятно, вернется он или нет, но он очень хочет вернуться. Еще один - Ярослав Гальванец, рассказал, что на него заведено уголовное дело из-за Львова. Такое ощущение, что эти ребята никому не нужны до сих пор. Они все говорят: "в чем дело? Мы там стояли до последнего и даже хотя бы посмертно, кого-то бы наградили героем Украины потому, что мы своими жизнями рисковали!" Об этой истории просто хотят забыть".

"НВ": "Как было и в Иловайске?"

Ш.Я.: "Как было в Иловайске, как было в Дебальцево. Они сейчас говорят: "вот, посмотрите, сейчас начнётся Авдеевка. Если начнётся Авдеевка, нас опять возьмут в кольцо. Что нам опять умирать?"

"НВ": "Авдеевка уже начинается?"

Ш.Я.: "Авдеевку обстреливают каждый день и непонятно, с какой стороны. Факт тот, что ее обстреливают. Кто обстреливает - это уже не важно, но ребята говорят, что будет "Авдеевский котел". Это говорят ВСУ. Со стороны сепаратистов, в принципе, говорят и за Авдеевку, и за Пески, и, конечно же, за Широкино".

"Настоящее Время"

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG